Город Барабу

Лонгиер Барри Брукс

– Заходите и присаживайтесь куда-нибудь. Я вас оставлю на минуту. – Он прошел в глубь фургона.

Диввер кивнул великану, уже спускавшемуся по ступенькам:

– Спасибо.

Раскоряка помахал рукой и направился к своей груде канатов. Диввер сглотнул, поднялся по ступенькам и вошел в фургон. Внутри почти все пространство занимали четыре письменных стола, стеллажи и ящики. Там, где стены были свободны от мебели, бюллетеней и окон, висели яркие рисунки диких зверей, каких-то странных людей и золотисто-белого космического корабля, украшенного необычными узорами.

В дальнем углу фургона в комфортабельном кресле сидел белобородый человек. Рядом с ним стоял высокий, худой мужчина в черном костюме. Отыскав взглядом свободный стул, Диввер опустился на него и выжидающе посмотрел на людей.

Бородатый кивнул худому:

– Валяй, Ловкач.

– Так вот, мистер Джон, я ценю ваше предложение, но дорога уже утомляет старика. На «Барабу» я чувствую себя неплохо, однако путешествовать по планетам – это уж слишком.

Мистер Джон покачал головой:

– Не хочу терять тебя. Ты лучший в своем деле.

– Был, мистер Джон. Был. – Худой покачал головой. – Мне тоже неохота уходить и оставлять вас в состоянии войны с «Арнхайм и Бун», но ничего другого не остается. Мне нужно отдохнуть.

– Ты уверен, что все решено?

Ловкач кивнул:

– Дело не представляло никакого труда. – Он пожал плечами. – Эти ребята настоящие простофили.

Мистер Джон сложил руки на животе и улыбнулся:

– Не будешь скучать без цирка?

– Уверен, что буду. Надеюсь только, что работа окажется интересной. Она не связана с цирком, но такому, как я, разводиле есть чем заняться.

О'Хара поднялся и протянул руку:

– Удачи тебе и не забывай о нас.

Худой пожал руку мистеру Джону, повернулся и вышел из фургона. Диввер поднялся и приблизился к столу, за которым сидел белобородый.

– Меня зовут Диввер-Сехин Тхо. Я пришел по объявлению.

Некоторое время Хозяин смотрел куда-то вдаль, затем перевел взгляд на посетителя. Диввер увидел, что под густыми белыми бровями у него голубые глаза.

– Диввер-Сехин Тхо. Что ж, это ненадолго… Знаете английский?

– Да. – Пендианец посмотрел на дверь и опять на Хозяина. – Вы не возражаете, если я задам вопрос? Кто такой разводила?

– Советник по юридическим вопросам. Занимается тем, чтобы нас не запретили, работает с полицейскими, политиками. Не знаю, удастся ли когда-нибудь найти ему замену. – Он подался вперед, поглаживая бороду. – Разбираетесь в законах? Знаете, как положить сахар, чтобы было послаще?

Пендианец пожал плечами:

– Нет. Я пришел по объявлению. Вам нужен умеющий читать, писать и говорить по-английски. Я занимаюсь этим в Бюро жалоб.

– Хм. – Хозяин откинулся на спинку стула. – Так как, вы говорите, вас зовут?

– Диввер-Сехин Тхо.

– Хм. – Хозяин погладил бороду. – Послушайте, Диввер, я думал о человеке… землянине.

– Мне представляется, что у вас неправильная точка зрения. Те существа, которых я видел на площадке… многие из них едва ли похожи на людей!

О'Хара рассмеялся и кивнул:

– Да, у нас тут разнообразие размеров и форм.

– Особенно это касается той, с двумя головами.

– О,

На-На выступает в детском шоу. Тем не менее она человек. – Хозяин подался вперед. – Мне нужен кто-то, кто занимался бы маршрутным журналом. Наш цирк первым ступил на звездную дорогу. Прошло всего два года, а уже более тридцати компаний, называющих себя шапито, занимаются тем же самым. Большинство из них не с Земли, но и те, которые оттуда, представляют собой не более чем летающие выставки технических трюков. – Хозяин ткнул пальцем в сторону Диввера. – Я не желаю, чтобы труппа забыла о том, что такое настоящий цирк.

– Но какое это имеет отношение к маршрутному журналу? – спросил Диввер.

О'Хара снова откинулся на спинку стула, расстегнул пуговицы пиджака и оттянул желтые широкие подтяжки.

– Так вот, Скивви, маршрутный журнал – это регистрационный журнал цирка. Что-то вроде судового журнала. В него ежедневно вносятся записи, которые показывают, где мы находимся, что происходит, в какой мы форме. – О'Хара щелкнул подтяжкой и снова ткнул пальцем в сторону Диввера. – Но от своего вахтенного я хочу большего, будь он человек или… не человек. Я хочу, чтобы журнал стал летописью. Мне нужен тот, кто напишет историю нашего цирка. Ну, как?

Диввер почесал подбородок.

– Интересно, что случилось с тем, кто занимался этим раньше.

– Убит на Масстоуне. В конце прошлого сезона. – О'Хара нахмурился. – Потом журнал вел я, но у меня получается не так, как хотелось бы. – Он изучающе посмотрел на пендианца и, подумав, кивнул: – У вас, пендианцев, как я слышал, хорошее зрение.

Диввер подался вперед и, понизив голос, произнес:

– Должен сказать, у меня есть серьезные сомнения насчет этой должности.

– Какие сомнения?

– Помимо прочего, я воевал против людей во время революции. Не окажусь ли я объектом враждебности?

Хозяин громко рассмеялся и покачал головой:

– Нет. Успокойтесь, Скиввер. Наша цель – развлекать, а не сводить счеты. Видите ли, мы должны обращаться ко всем, а значит, быть вне политики. – О'Хара щелкнул второй подтяжкой. – Это нерушимый принцип. – Он ухватился за лацканы пиджака и уставился через кустистые брови на потолок. – Чужак будет работать с маршрутным журналом… Что ж, возможно, это как раз то, что нам требуется. – Хозяин взглянул на Диввера. – Вы станете обращать внимание на те мелочи, которые нами принимаются как само собой разумеющееся, а мне не хотелось бы их терять…

Дверь открылась, и в нее просунулась голова бригадира.

– Мистер Джон, мои ребята пришли с участков. До конца дня я поставлю их на фургоны.

– Старый брезент залатали? Нельзя, чтобы завтрашнее представление задержалось.

– Все сделано. Дорога еще чиста?

О'Хара покачал головой:

– Ты видел на площадке того сластену?

– Да. Он тут болтается уже минут десять. – Раскоряка посмотрел через плечо. – Вон, пришел. – Бригадир остался у двери, словно охраняя вход.

– Мне нужно увидеть владельца цирка, – раздался голос с сильным пендианским акцентом.