Город Барабу
Шрифт:
Говорун пожал плечами, потом покачал головой:
– Нет. Они просто ничего не делают. Пусть бы уж начали бросать гнилые помидоры. Хоть какая-то реакция. От этого молчания у меня аж мороз по коже. – Он повернулся налево, заметив, что зрители начали выходить из шатра, где выступал Удивительный Озамунд. – Ну что ж, пора за работу.
Зазывала подхватил бамбуковую трость, сдвинул на правый глаз соломенную шляпу и затараторил:
– Леди и джентльмены, здесь, в этой палатке, вас ждут самые ошеломляющие чудеса магии, которые сотворит Удивительный
Крыса отошел от палатки, и спустя несколько секунд за билетами уже выстроилась длинная очередь желающих посмотреть представление мага. Крыса покачал головой и собрался уходить, когда заметил приближающихся Хозяина и бригадира. Трое мужчин отошли в сторону и остановились между двумя палатками.
О'Хара оглянулся через плечо и, убедившись, что их никто не подслушивает, повернулся к Крысе:
– Ты что-нибудь узнал?
– Нет. Но у меня появилось такое чувство… Не знаю, что-то здесь не так.
О'Хара кивнул бригадиру:
– После представления пусть все останутся здесь. Зверинец и кухня тоже. Раскоряка уже предупредил наших бойцов.
Раскоряка взглянул на Хозяина:
– А как насчет этого Ларвуна, представителя монарха?
– Никак не могу объяснить ему, в чем дело. Рассказываю, но он только спрашивает, в чем трудность. – О'Хара пожал плечами. – Так или иначе, он обещал прислать кого-нибудь на всякий случай.
Крыса почувствовал, как что-то коснулось его ноги, посмотрел вниз и увидел лысоватого мужчину в строгом черном костюме, который вылезал из-под тента шатра, где выступал Удивительный Озамунд. Крыса схватил человека за шиворот и поднял на ноги. Это был сам Удивительный Озамунд.
– Оззи, ты что здесь делаешь?
Волшебник посмотрел поочередно на всех троих. В его глазах прыгали огоньки, лицо выражало отчаяние безумца.
– Ничего. Ничего! Эти остолопы приходят, садятся и пялятся на меня!.. Ни аплодисментов, ни ахов, ни охов! Пусть бы свистели, шикали, ругались! Я был бы только рад, если…
О'Хара схватил Оззи за руку:
– Что ты делаешь здесь?
Маг горько хохотнул:
– В данный момент, мистер Джон, я совершаю акт исчезновения. И я намерен довести его до конца. Исчезнуть!
Хозяин кивнул в сторону палатки:
– Сейчас ты вернешься туда, Оззи. Люди заплатили деньги, чтобы увидеть твое представление, и ты доведешь его до конца.
– Мистер Джон, вы просто не представляете, каково это! Вы просто не…
– Возвращайся на сцену, Оззи, или я возьму вот этот четырехфутовый штырь и добавлю в твое шоу кое-что новенькое!
Оззи нахмурился, заломил руки, глубоко вздохнул и лишь затем кивнул:
– Очень хорошо. – Он кивнул еще раз. – Очень хорошо. Волшебник опустился на корточки и полез под тент.
Хозяин повернулся к Раскоряке:
– Проверь с другой стороны. Присмотри, чтобы Оззи не скрылся.
Бригадир отправился в обход палатки, а Крыса развел руками.
– Извините, мистер Джон. Если бы я знал, что все так получится, я бы выбрал какое-нибудь другое
Хозяин нахмурился и почесал затылок.
– Никаких проблем с получением разрешения? Никаких вымогательств?
– В Генеральном Агентстве по контролю мне сказали, что более легкого времени у них еще не было. Мы обо всем договорились: и об афишах, и о транспарантах. Не понимаю.
Зазвучала труба, и О'Хара навострил уши.
– До главного представления пять минут. – Он посмотрел на темнеющее небо. – Стемнеет еще до конца шоу. Надеюсь, этот ангарианец из дворца не заставит себя ждать.
О'Хара повернулся, собираясь уходить.
– Мистер Джон, а что делать мне?
О'Хара остановился и потер подбородок.
– Возьми у Раскоряки пару его «зубочисток» и постой с нашими бойцами. Может быть, пригодишься.
Крыса стоял в темноте вместе с грузчиками, рабочими и теми из исполнителей, что уже закончили выступление. Каждый держал в руке «зубочистку», как называл бригадир крепкие четырехфутовые деревянные штыри. Клоун, еще не смыв грим, подошел к группе, вооружился штырем и приблизился к Крысе, негромко ругаясь себе под нос.
– Ну что, Чолли, похоже, здесь собрались одни весельчаки. Такой публике достаточно палец показать.
Клоун сердито посмотрел на шатер:
– Мне приходилось встречать ребят поживее, это уж точно. – Он прислонил штырь к ноге и вытянул руки. Они немного тряслись. – Ты посмотри на это. Только посмотри! – Чолли опустил руки. – Ужасно. Эта публика тихая, как смерть. Они смотрят на тебя, словно из пустоты. Даже не мигают! – Клоун поднял штырь и постучал им по ладони. – Надеюсь, что-то будет. Надо же мне как-то разрядиться!
– А как другие?
Чолли покачал головой:
– Кто как. Кто-то плачет, забившись в уголок. Представляешь? Стенни, который выступал в самом начале, попытался вышибить себе мозги. – Он пожал плечами. – Бедняга не нашел ничего, кроме водяного пистолета. За ним сейчас присматривают.
Крыса вздохнул:
– Никогда не видел ничего подобного.
– Знаешь, Сэм всегда призывает зрителей притихнуть, когда Риетта делает пирамиду на проволоке.
– Ну да.
– Так вот, было так тихо, что Сэм не стал вмешиваться. Но это мертвое молчание так подействовало на Поля, что он разнервничался и чуть не свалился с проволоки. – Чолли снова постучал штырем по ладони. – Ну, пусть только начнут!..
Оркестр заиграл побыстрее, и Раскоряка выступил вперед, помахивая «зубочисткой».
– Внимание все! Музыканты заканчивают, так что приготовьтесь.
Крыса шагнул вперед.
– Раскоряка, этот парень из дворца уже появился?
Бригадир кивнул:
– Пришел… только что. – Он махнул рукой в сторону освещенного главного входа. – Зашел туда с Хозяином. – Раскоряка прислушался к музыке. – Ну, вот и все.
Все замерли в напряжении, сжав штыри. Музыка оборвалась, наступила мертвая тишина. Крыса почувствовал, как на лбу выступили капли пота.