Город беглецов
Шрифт:
Из темного угла вновь подал голос Форестер:
– Ему придется подняться и работать, а иначе он просто не получит свою пайку.
Рэмедж не обратил внимания на ворчание их нового соседа и спросил Кирка:
– Как ты?
– Со мной все в порядке... Где мы?
– Кирк попытался приподняться, сморщился, но вопреки протестующему жесту Стоуна, сел, опираясь на руки.
Рэмедж вздохнул и кратко изложил ему все то, что произошло после налета, закончив свой рассказ:
– Мы в шахтах Биджулистана. Наверху город, но до него несколько сотен метров запутанных коридоров.
Кирк предпринял попытку встать на ноги, и Рэмедж был вынужден
– Моя рана не так серьезна, сэр. Вживленная металлопластовая броня выдержала удар. Всего лишь контузия и сбой в... системах, - Кирк вымученно улыбнулся.
– Разрешите, я попробую открыть дверь?
Рэмедж молча отступил с дороги гиганта, а Форестер сзади отлепился от стены, заинтригованный поведением очнувшегося Кирка. Рэмедж вопросительно посмотрел на Стоуна, но тот лишь пожал плечами в ответ:
– Я сам до конца не знаю всех его возможностей.
Тем временем Кирк подошел к двери, закрыв ее целиком своей фигурой. Он приложил ладони к краю двери и застыл без движения. Рэмедж сначала не понял, что тот делает, но тут вдруг услышал слабый скрип металла. Его издавал начавший гнуться засов. Сама дверь тоже застонала, уступая чудовищному давлению. Лысая голова Кирка покрылась капельками пота, и все внутри камеры почувствовали, что неизбежно что-то должно лопнуть - либо канаты мышц человека, либо засов и сама дверь. Крепления засова сдались первыми, и полоса металла выстрелила в противоположную стену коридора. Дверь с громким скрипом распахнулась и, перекошенная, застыла неподвижно. Одновременно с этим в толще скал что-то ухнуло, и каменные своды над людьми колыхнулись, пронизанные титанической дрожью. По стенам поползли трещины, а с потолка посыпался щебень. Кирк повернулся к Рэмеджу и растерянно пробормотал:
– Сэр, это не я...
Толчки все нарастали, светильник в коридоре раскачивался в такт толчкам, наполняя коридор какими-то мистическими двигающимися тенями. Потолок прорезала трещина, и огромный кусок камня рухнул посреди коридора, за ним другой, и вот уже целый обвал погреб под собой часть коридора, заполнив его пылью и летящим щебнем. Рэмедж обернулся вглубь камеры:
– Форестер, ты с нами или нет?
– Тебе нужна моя помощь, чтобы пройти лабиринт, Рэмедж?
– в голосе Форестера слышалась издевка.
– Да, черт бы тебя побрал, мне нужна твоя помощь. Удовлетворен!?
Форестер вдруг разразился сумасшедшим хохотом:
– Забавно помогать своему врагу, не правда ли, майор. В этом даже что-то есть!
– выбравшись из камеры, Форестер взглянул на заваленный конец коридора и поморщился: - Короткий путь отменяется. Придется идти нижними катакомбами, если они еще не завалены...
Рэмедж уже было двинулся вслед за Форестером и остальными, но, оглянувшись, заметил, как из соседних камер люди, сидящие там, тянут сквозь решетки руки. Их крики невозможно было различить в грохоте камней, но призыв о помощи был понятен и без слов.
– Подожди...
– Рэмедж бросился к ближайшей камере, намереваясь открыть ее.
– Кирк, Стоун, Форестер, помогите мне!
Форестер плюнул на пол и топнул босой ногой:
– Оставь свое человеколюбие, Рэмедж! Половина из этих людей бандиты и воры, не заслуживающие твоего милосердия. Мы должны спасать собственные шкуры. Если ты не намерен выбираться отсюда, то я пойду один...
Видя, что майор не обратил на его призыв внимания, Форестер мотнул головой, порываясь
Форестер, похоже, хорошо изучил катакомбы и поначалу уверенно вел их. Несколько раз они натыкались на тупики, образованные свежими завалами. Форестер постоянно чертыхался, так как они все шли и шли, плутали и плутали, поднимались по металлическим лестницам вверх или опускались вниз, а выхода все не было. Наконец, когда надежда выбраться из каменного лабиринта уже испарилась, они вышли в обширную залу, которая была освещена парой мигающих ламп и искрящейся проводкой. Форестер облегченно вздохнул и бросился к противоположной стене залы, в которой виднелся проем лифтовой шахты:
– Наконец-то! Думал, заблудились. Это основной подъемник...
Форестер подбежал к панели управления лифтом и стал нажимать кнопку вызова. Стоун, в надежде услышать шум приближающейся кабины, вцепился пальцами в защитную решетку и попытался заглянуть вверх. Там он увидел лишь покачивающиеся оборванные тросы. Скосив глаза вниз, он рассмотрел ниже уровнем расплющенную лифтовую кабину. Обернувшись к Форестеру, все еще остервенело нажимающему кнопку, он упавшим голосом пробормотал:
– Не будет никакого лифта... Он упал вниз.
Кирк схватился за панель защитной клетки и сдернул ее в сторону. Рэмедж, страхуемый Стоуном, осторожно выглянул в шахту и подтвердил наблюдения сержанта:
– Тросы оборваны слишком высоко. Нам их не достать.
Пещеру в очередной раз колыхнуло, и Рэмедж, не удержавшись, сорвался в шахту. Стоун не смог его удержать, и майор успел лишь кончиками пальцев уцепиться за край металлического порожка лифтовой площадки. В глубине пещеры опять громыхнуло и огромная трещина, пройдя с самого потолка через стену до самого пола, разверзлась гигантским разломом, из которого пространство зала стали засыпать каменные глыбы, заставляя людей в панике отступать к пустой шахте, площадка возле которой все еще оставалась островком стабильности.
Кирк плюхнулся на живот и, морщась от боли в потревоженной ране, протянул свою мускулистую руку, ловя срывающегося Рэмеджа. Ему не хватило доли секунды. Пальцы Кирка схватили воздух в том месте, где только что была рука майора. На лице Рэмеджа мелькнуло отчаяние, и он полетел вниз...
Но кто-то другой, оказавшийся в шахте, успел подхватить падающего майора. Гибкая фигура на канате перевернулась головой вниз, вытянутая рука поймала майора за запястье, и тот закачался на конце необычного маятника. Человек, ступня которого сейчас торчала в петле каната, вытянул вторую руку, выхватил из-за спины короткий меч и когда оказался возле стены, с размаху вонзил клинок в трещину, предотвращая дальнейшее раскачивание. По стенам шахты уже спускались, отталкиваясь согнутыми ногами от стен, еще трое человек. Кирк уцепился за канат и вытащил на рушащуюся площадку повисших на его конце людей. Незнакомец, высвободив ногу из веревки, внезапно выхватил второй клинок из-за спины, вонзил его в камни пола и, не вставая с колен, положил на вершину рукоятки ладони, склонил голову и глухо заговорил: