Город Бездны
Шрифт:
Но был еще один повод. Гидеон представлялся мне кем-то вроде паука, который сидит в центре темной паутины, контролируя каждую нить, и мнит себя неуязвимым. Я снова вспомнил Кагуэллу.
– «Топливо грез», которое ты ввела… Мне снились странные сны. Это не из-за него?
– Иногда такое бывает. Особенно если это твоя первая доза. Наркотик проникает в мозг, воздействуя на нейронные связи. Потому-то его и называют «топливом грез». Но этим эффект не ограничивается.
– Значит, теперь я бессмертный?
Зебра позволила платью-дымке соскользнуть с тела. Я привлек ее к себе, глядя в лицо.
– Сегодня – да.
Я
Впрочем, смерть – это тоже нечто неподобающее.
Я взвесил находку на руке. Модель была мне незнакома, но принцип управления оказался стандартным, а дисплеи выдавали привычную информацию. Это оружие требовало тонкого обращения, и я не был уверен, что оно уцелеет при контакте с остаточными следами чумы. Однако оставлять его здесь не было смысла – оно словно само просилось, чтобы его украли.
– Весьма неосмотрительно с твоей стороны, Зебра, – заметил я вслух.
Вспоминая события предыдущей ночи, я пришел к выводу, что в первую очередь Зебру беспокоила моя рана. Понятно, что она бросила оружие у дверей и забыла о нем, понятно, что это действительно неосмотрительно… Я тихонько положил ружье на место. Когда вернулся в комнату, Зебра все еще спала. Пришлось двигаться осторожно, не давая мебели поводов уступать мне дорогу, – любой звук мог разбудить женщину. Найдя ее пальто, я обшарил карманы и обнаружил пачки купюр.
И комплект полностью заряженных аккумуляторов для плазменного ружья.
Разложив деньги и батареи по карманам украденного у Вадима сюртука – и чем же, интересно, он так заинтересовал Зебру? – я погрузился в раздумья. Может, оставить записку? Наконец я нашел ручку и бумагу – похоже, после эпидемии старомодные писчие принадлежности снова вошли в моду – и нацарапал, что благодарен ей за все, но просто не способен ждать два дня, зная, что на меня охотятся, а потому не могу воспользоваться предоставленным мне убежищем.
Уходя, я прихватил плазменное ружье.
Фуникулер стоял снаружи в нише стены ее жилища. Похоже, Зебра действительно спешила – машина была запитана, панель управления подсвечена, на дисплее надпись: «Ожидаю инструкций».
Я видел, как Зебра работала с панелью, и решил, что фуникулер управляется полуавтоматически, – водителю не нужно выбирать, за какие тросы цепляться. Достаточно джойстиками и дросселями задавать направление и регулировать скорость. Остальное – забота внутренних процессоров фуникулера: они найдут нужный трос, обеспечат движение по маршруту с оптимальной или близкой к тому эффективностью. Если водителю вздумается направить машину в ту часть Полога, где нет тросов, фуникулер откажется выполнять команду или, что вероятнее, выберет кружной путь.
Тем не менее управление машиной требовало куда большего мастерства, чем я думал. Поначалу она совершала чудовищные прыжки, раскачиваясь, точно утлый челнок в бурном море. Я едва справлялся с приступами тошноты. Однако через какое-то время удалось
Нет, у меня была цель, причем я прекрасно знал какая. Однако в ночных похождениях окончательно потерял ориентацию в пространстве. Даже не представлял, где находится жилище Зебры, хотя и помнил, что где-то неподалеку от Бездны.
Солнце поднималось по Москитной Сетке. Теперь, при дневном свете, передо мной разворачивалась панорама Города, и я узнавал особенно приметные дома-калеки, на которые обратил внимание вчера, правда я видел их под другим углом и с другой высоты.
Один из них выглядел жутким подобием человеческой руки, тянущейся к небу, – пальцы превратились в щупальца и переплелись с отростками соседних строений. Другой походил на гигантский дуб, а рядом несколько зданий словно покрылись пузырящейся пеной, напоминая лицо человека, пораженного ужасной болезнью.
Я вел машину вниз. Полог нависал надо мной, точно пелена из диковинных облаков. Вот и нейтральная территория, отделяющая его от Мульчи. Рывки усилились – рычагам фуникулера становилось все труднее найти точку опоры, он все чаще скользил вниз по одиночным тросам.
Наверное, Зебра уже обнаружила мое отсутствие. Еще через пару минут она убедится в пропаже своего оружия, денег и машины – но что дальше? Если в «Игру» действительно вовлечены все слои общества Полога, Зебра и ее союзники вряд ли объявят о краже. Ведь Зебре придется объяснять, как я оказался у нее дома. Подозрение падет на Уэверли, и оба будут объявлены саботажниками.
Подо мной уже расстилалась Мульча – петляющие дороги, затопленные водой и покрытые наростами трущобы. Кое-где пылали очаги, выбрасывая в воздух клубы дыма, горели электрические лампы. Похоже, мне повезло: я попал в густонаселенный район. Я даже видел снаружи людей, рикш и животных. Открыв дверцу машины, наверняка почувствовал бы запах пищи, которую они готовили на своих очагах.
И тут фуникулер дернулся и устремился вниз.
Головокружительные падения случались и раньше, но это явно затянулось. В кабине гнусаво взвыла сирена. Потом нормальное движение возобновилось, хотя толчки стали сильнее. Фуникулер мчался вниз, раскачиваясь как пьяный. Что случилось? Оборвался трос? Или поблизости не оказалось точки опоры – и фуникулер будет падать, пока не ухватится за спасительную нить?
Наконец я взглянул на пульт управления и увидел пульсирующую схему фуникулера. Место повреждения было обозначено мигающим красным прямоугольником.
Один из рычагов просто исчез.
Глава 22
Судя по всему, меня подбили.
Доверившись машине – пусть ищет наиболее короткий и безопасный путь, – я взял плазменное ружье Зебры и встал поустойчивее, стараясь не обращать внимания на беспорядочные толчки и пронзительный вой сирены. Прежде всего надо пробраться за пассажирское сиденье, в задний отсек, – там, раненый, я лежал прошлой ночью. Опустившись на колени и открыв крыловидную боковую дверь, я дотянулся до противоположной дверцы, распахнул ее и высунулся насколько мог. Снаружи бушевал ветер, а до земли оставалось несколько сот метров. Осторожно посмотрев вверх, я разглядел обугленный обрубок. Рычаг был аккуратно срезан явно лучевым оружием.