Город богов
Шрифт:
Колдун чуть наклонил голову: — Я не задал его.
— Но почему?!
— Храм, в который ты вошел, создается лишь для одного вопроса. Этот, — он махнул рукой за арку за своей спиной, — был нужен, чтобы ответить на твой.
— Но тогда создай еще один!
— Это не так просто, — грустная усмешка скользнула по губам колдуна. — Потребуется время, чтобы собрать достаточно сил.
— Но, господин, почему Ты распорядился всем именно так, а не иначе? Ведь то, что искал я, не может сравниться с величием божественного поиска…
— Давай
— А все остальные? Они прошли испытание? — ему было стыдно в этом признаться, но он только сейчас вспомнил о них. В душе он уже корил себя: как он мог забыть, не думать о том, что им, возможно, нужна помощь…
— Да, — кивнул Шамаш, отвечая на вопросы, произнесенные вслух. Он быстро скользнул по горожанину взглядом, а затем взмахнул рукой. И звездный мир исчез сдернутым пологом.
Перед ними была пещера.
— Ларс! — первой увидев их, вскрикнула Нинти, подбежала, остановилась рядом, не решаясь коснуться, боясь, что перед ней не человек, а лишь его призрак, которого прогонит поднятая движением руки воздушная волна.
— Моя госпожа, — он чуть склонил голову, не спуская с нее взгляда сверкающих глаз.
— Шамаш, — богиня повернулась к повелителю небес. Ее глаза сверкали. — Спасибо тебе!
— Тебе спасибо, — увидев лицо молодой караванщицы — пусть грустное, но все же живое, ее глаза, обретшие цель, проговорил он. — Я очень надеялся, что ты найдешь способ помочь девочке… Горожанин, — он вновь повернулся к магу. — Ступай к костру. Он поможет собраться с силами. А я пока подготовлю все для возвращения в верхний храм.
Он повернулся, собираясь уходить, но Нинти остановила его: — Шамаш… — ей нужно было так о многом его спросить.
— Не сейчас, — остановил ее колдун, и, пройдя сквозь стену, он исчез.
— Странно, что камень не остановил его, — пробормотала Нинти.
— Но ведь Он — небожитель! — воскликнул замерший с Ней рядом Бур, пораженной столь странным удивлением богини.
— А это — камень судьбы… Ладно, — она повернулась к смертным. — Пока у нас есть несколько мгновений… — она подошла к Ларсу, осторожно села рядом с ним на краешек камня. — Ты…
— Со мной все хорошо, — маг улыбнулся. — Ты не представляешь себе, какое облегчение сознавать, что не все потеряно.
— Он объяснил тебе, как снять с камня проклятие жертвенной крови?
— Он привел меня к Тем, кто знал ответ… Этот город будет жить. Я сделаю все для этого.
— Хорошо, — улыбка легким крылом бабочки коснулась ее губ. — А пока, — она пронзила подошедшего к ним, остановившись рядом с другом, Бура пристальным взглядом вдруг показавшихся бескрайними, как небо, глаз, — поговорим о судьбе. Расскажи ему.
— Но, госпожа моя… — юноша вдруг смутился.
— Ты узнал что-то важное? — Ларс повернулся к приятелю,
— Да ничего особенного… — начал Бур, но богиня прервала его:
— Если это – "ничего особенного", тогда что важно? — воскликнула она. — Рассказывай же! Я так хочу! — теперь это была не просьба, а приказ.
И Буру ничего не оставалось, как подчиниться воле богини.
— Господин Намтар предрек мне судьбу… — он умолк, не зная, как лучше будет все выразить словами.
— Нинти, — воспользовавшись его молчанием, Ларс повернулся к подруге, — может быть, мы зря расспрашиваем его? Судьба — это нечто очень личное. И делиться подобными тайнами даже с друзьями…
— Эта тайна касается не только его! — решительно возразила та. — Во всяком случае, ты должен ее знать!
— И, все же…
— Ничего, Ларс, все в порядке, — вновь заговорил Бур. — Госпожа права: предсказанное касается не меня одного, но и тебя, всего города. И я расскажу… Господин Намтар сказал, что я стану жрецом…
— Ну, это само собой разумеется, — Ларс, улыбнувшись, задорно подмигнул Буру, подбадривая друга и одновременно показывая, что маг и сам хотел, чтобы все сложилось именно так.
— И еще… Он сказал, что у нас с Ликой будут двое детей… — его щеки залились густым румянцем. Слова вдруг как-то все закончились…
Глядевшая на него богиня прыснула со смеху, ну совсем как обычная смертная девченка. Это заставило Бура окончательно смутиться. Теперь он не смог бы заговорить вновь, даже если бы подобрал нужные слова.
Нинти качнула головой. Ей ничего не оставалось, как закончить рассказ самой, тем более, что ей этого страстно хотелось:
— Его сын будет наделен даром, — проговорила она, не спуская с Ларса внимательного взгляда, ожидая, как отреагирует ее Хранитель на это известие.
— Это же здорово! — воскликнул тот, глядя залучившимися вмиг глазами на Нинти. — Просто чудесно знать, что у Керхи есть будущее не на одно поколение! И еще. Это избавит нас от множества соблазнов и ошибок, не так ли? — он заглянул в глаза богини, которая, улыбнувшись ему, кивнула, довольная тем, что Ларс так хорошо ее понимает и не требует большего, чем она способна дать. — Зачем растягивать горе на вечность, когда можно быть счастливым, пусть хотя бы миг? — спросил он.
— Миг пролетит так быстро! — в ее глазах зажглась печаль о еще столь далеком грядущем.
— Но он ведь останется навсегда с нашими душами.
— Конечно…
Они могли бы не отрываясь глядеть друг на друга целую вечность, отрешившись от всего мира, не видя и не слыша ничего вокруг себя, словно во всем мироздании более и не было никого и ничего, но…
— Пора, — Шамаш возник так же внезапно, как исчез.
А за ним в стене образовалась дверь, за которой виднелись галереи храма.