Город богов
Шрифт:
На следующий день, едва колокола местной церкви отзвонили терцию, Риккардо сел за написание письма, адресованного дону Алонзо. Комендант был на редкость красноречив: он долго и витиевато распинался в своём совершенном почтении и уважении к энкомендеро, заверял его в своей безграничной преданности, искренне сожалел о своей вчерашней дерзости и молил простить его. Наконец, он закончил сию эпистолию, ещё раз пробежался по ней глазами, оставшись вполне довольным своим экспромтом. Он свернул письмо и запечатал сургучовой печатью.
Однако к письму, дабы раскаяние выглядело более правдоподобно, он присовокупил подарок – тушу оленя, подстреленного намедни охотниками.
Дон Алонзо, получив сие послание, поначалу
89
Поговорка, популярная в средневековой Европе.
Тем временем Мендоса отправился в арсенал и, разглядывая устаревшие аркебузы [90] , подумал, что in hostem omnia licita [91] . Ибо в его голове созрел план, как заполучить прекрасную Джованну и наказать её несговорчивого отца.
Он выбрал десяток аркебуз, в которых пороховой заряд поджигался помощью фитильного замка, ими не пользовались последние лет десять, ибо из Испании были присланы ружья с колесцовыми замками.
90
Аркебуза – гладкоствольное, фитильное дульнозарядное ружьё, один из первоначальных образцов ручного огнестрельного оружия, появившийся в первой трети XV. Поначалу аркебуза была громоздкой, однако пуля, выпущенная из аркебузы конца XV века имела дульную скорость около 300 м/сек и пробивала тяжёлый рыцарский доспех на расстоянии до 30–35 метров. Позднее с XVI века за аркебузами (после появления мушкетов) закрепляется репутация лёгких ружей малого калибра, также применяемых знатью на охоте. В европейских средневековых армиях формировались специальные полки аркебузиров.
91
По отношению к врагу всё дозволено (лат.)
Сам же Мендоса предпочитал (помимо эспады) пользоваться новейшим изобретением оружейного дела – пистолетом типа Puffer [92] , сравнительно небольшие размеры, которого позволяли носить его незаметно под колетом или жилетом-корпесуэло [93] .
Также Риккардо намеревался прихватить из арсенала бочонок пороха. Всё это он приказал своим сподручным загрузить в повозку и тщательно укрыть пустыми мешками. Затем он сел верхом и покинул крепость в сопровождении трёх matones, один из которых правил повозкой.
92
Такие пистолеты появились в конце XVI века, предположительно в 1580 году, возможно, несколько ранее.
93
Корпесуэло – узкий безрукавный жилет, к которому часто привязали чулки тесемками.
Мендоса направился к Тимауке, кацику [94] здешнего племени, не присоединившегося ни к одному из христианских
…Небольшой отряд испанцев приближался к селению-касикасго [95] . Мендоса по опыту знал, что отряд из десяти-двенадцати индейцев охраняют касикасго, искусно скрываясь за деревьями. Не доезжая до него, он отдал своим людям приказ остановиться и спешился. Риккардо за время пребывания в Парагвае освоил язык гуарани и вполне мог изъясняться на нём. Он нарочито громко произнёс:
94
Кациками называли замиренных вождей гуарани.
95
Как правило, испанские хронисты и миссионеры именовали вождей гуарани касик. Владения их называли – касикасго.
– Я пришёл с миром к вашему кацику Тимауке и принёс дары!
В подтверждении своих слов Риккардо извлёк из повозки одно из ружей и потряс им, дабы гуарани, притаившиеся в сельве хорошо его разглядели. Наконец, словно духи леса, перед ним появились два воина-гуарани.
– Мы проводим тебя к кацику, – сказал один из них.
Вскоре испанцы достигли селения, его окружала высокая деревянная стена. Ворота распахнулись, отряд беспрепятственно вошёл внутрь. Его тотчас окружили мужчины, вооружённые копьями.
Риккардо снова повторил, что пришёл с миром и показал ружьё. Гуарани охватил неподдельный восторг, ибо огнестрельное оружие являлось пределом их мечтаний.
Наконец Риккардо проводили в самый просторный дом, обиталище почтенного кацика Тимауке. Хозяин встретил гостя сидя на плетёной циновке. Испанец бросил на кацика беглый взгляд, индеец сразу же ему не понравился. Полноватый, скуластый, с маленькими заплывшими глазками, он чем-то напоминал дикого поросёнка выбежавшего из сельвы.
Однако Риккардо почтительно поклонился и сказал:
– Я пришёл к тебе с миром и принёс десять ружей.
Тимаука вперил свои поросячьи глазки в гостя.
– Ружья заряжаются порохом? – тотчас уточнил он.
– Да, кацик…
Тот, выражая удовлетворение ответом, кивнул.
– Садись, – Тимаука сделал приглашающий жест рукой. Мендоса опустился на циновку, лежавшую напротив кацика. – Расскажи, что привело тебя в моё селение…
– Дело, благодаря которому ты можешь получить богатую добычу и ещё с десяток ружей. – Без обиняков признался Мендоса.
Кацик был отнюдь не глуп, он сразу же догадался:
– Ты хочешь кого-то убить…
– Энкомендеро, который отнял у меня любимую девушку.
Кацик усмехнулся.
– Странно об этом слышать от испанца… Ты христианин хочешь убить себе подобного. Хорошо, если я избавлю тебя от этого человека, что получу взамен?
– На корабле, который покинет крепость и отправится в Асунсьон, будет много красивой одежды и домашней утвари, а также золота, возможно, испанских реалов. Мне нужны лишь женщины. Мужчин ты можешь убить…
Кацику понравился ответ гостя. Давно он не убивал испанцев, пришедших на его землю.
– Если доставишь женщин в условленное место целыми и невредимыми, я дам тебе двух лошадей в полной упряжи.
Кацик задумался. Предложение испанца было весьма заманчивым…
Через несколько дней, едва забрезжил рассвет, Алонзо дель Гарсия и его дочь Джованна в сопровождении дуэний, прислуги, телохранителей и небольшого вооружённого отряда покинули асьенду и отправились в направлении Энкарнасьона.