Город богов
Шрифт:
Сарин остановилась позади своего стула. Она видела, что лорды размышляют над ее предложением, но перемены пугают их.
— Подобные новшества несут с собой немалый риск, — заметил Шуден.
— Риск, равный нападению на короля во главе армии Иондела? Если мой план не сработает, вы потеряете часть денег и толику гордости. Если сорвется атака достопочтимого генерала, вы потеряете головы.
— Она права, — поддержал принцессу Эхан.
— Во многом, — согласился Иондел. Хоть он и был солдатом, но чувствовал облегчение от мысли, что
— Тебе легко говорить. — Эдан заерзал на стуле. — Если крестьяне разленятся, ты можешь отправить на поля легионеров.
— Мои воины охраняют тракты, лорд Эдан, — засопел генерал. — Их помощь необходима, я не могу отозвать их оттуда.
— И тебе неплохо платят за их услуги, — злобно откликнулся молодой барон. — А у меня все доходы идут с ферм; и хотя мои земли кажутся обширными, посередке проходит эта чертова трещина. Я не могу разрешить работникам бездельничать. Если они не посадят картофель, а потом не окучат и не соберут его, я лишусь титула.
— Ты и так его лишишься, — подсказал Эхан.
— Хватит, — приказал Ройэл. — Эдан тоже прав. Откуда нам набраться уверенности в том, что если мы дадим работникам свободу, они соберут обильный урожай?
Эдан согласно закивал.
— Всем известно, что арелонские крестьяне ленивы и не любят трудиться. Единственный способ добиться от них желаемого — применить строгость.
— Они вовсе не ленивы, милорд, — ответила Сарин. — Они озлоблены. Десять лет — не такой долгий срок, и они помнят время, когда над ними не стояли хозяева. Пообещайте им независимость, и они приложат все усилия, чтобы добиться ее. Вы еще удивитесь, когда увидите, какую прибыль принесет свободный, трудящийся на себя человек по сравнению с рабом, которого не заботит ничего, кроме следующего обеда. Поставьте себя на их место и подумайте, в каком положении вы бы работали лучше?
За столом снова воцарилось задумчивое молчание.
— Ваши слова во многом звучат разумно, — кивнул Шуден.
— Но у принцессы нет доказательств, — возразил Ройэл. — Жизнь до реода сильно отличалась от сегодняшней. Элантрийцы обеспечивали всех пищей, и страна могла обойтись без крестьян вообще. Теперь мы лишены подобной роскоши.
— Тогда помогите найти доказательства моей правоты. Пожертвуйте парой месяцев, и мы создадим собственные живые свидетельства.
— Мы… подумаем над вашим предложением, — ответил герцог.
— Нет, лорд Ройэл, вам придется принять решение сейчас. Помимо всего прочего, я верю, что вы — патриот. Вы знаете, что пойдет ей во благо, а что нет. Не убеждайте меня, что никогда не ощущали вины за то, что сотворили с Арелоном.
Сарин с тревогой вглядывалась в герцога: пожилой придворный произвел на нее приятное впечатление, но принцесса не могла знать, стыдится ли он перемен в Арелоне. Она положилась на его доброе сердце, жизненный опыт и надежду, что он понимает, в каком упадке находится королевство.
— Нас всех ослепили Йадоновы обещания богатства, — прозвучал голос Шуцена. — Я последую совету ее высочества.
Темнокожий джиндосец повернулся к Ройэлу и кивнул. Его решение давало герцогу возможность согласиться, не теряя лица.
— Хорошо, — вздохнул придворный. — Ты мудрый человек, лорд Шуден. Если ты считаешь, что план принесет удачу, я ему последую.
— Кажется, у нас нет выбора, — согласился Эдан.
— Любые действия лучше ожидания, — заметил Иондел.
— Правда. Я согласен.
— Остался я один, — внезапно понял Эхан. — Ой-ой. Что мне делать?
— Лорд Ройэл согласился крайне неохотно, — сказала Сарин. — Неужели вы последуете его примеру?
Толстяк разразился громким смехом, колыхаясь всем телом.
— Что за восхитительная девушка! Ладно, придется мне одобрить план от всего сердца и твердить, что принцесса была права с самого начала. А теперь, Киин, я надеюсь, что ты не забыл о десерте. Я слышал, как расхваливают твои сласти.
— Забыть десерт? — проскрипел Киин. — Эхан, ты меня обижаешь!
С улыбкой он поднялся из-за стола и исчез в дверях кухни.
— Она знает свое дело, Киин, возможно, даже лучше меня, — донесся до Сарин голос герцога Ройэла.
Принцесса замерла. Попрощавшись с гостями, она отправилась на поиски умывальной комнаты, думая, что все уже разошлись.
— Сарин очень необычная молодая женщина, — услышала она голос дяди.
Голоса доносились с кухни. Девушка неслышно проскользнула поближе и затаилась за дверью.
— Она выхватила контроль над собранием у меня из рук, а я все еще не могу понять, где совершил ошибку. Тебе следовало предупредить меня.
— И дать тебе возможность вывернуться? — рассмеялся Киин. — Давненько уже никому, даже Эхану, не удавалось утереть тебе нос. Тебе пойдет на пользу напоминание, что даже лучших из нас можно застать врасплох.
— Хотя ближе к концу она чуть не проиграла, — размышлял герцог. — Я не люблю, когда меня зажимают в угол, Киин.
— Я пошла на рассчитанный риск, милорд, — произнесла Сарин, распахивая дверь и входя на кухню.
Ее появление не удивило Ройэла. Он продолжал, как будто ничего не случилось:
— Вы практически угрожали мне, Сарин. Плохой способ для убеждения союзников — особенно старых сморчков вроде меня. — Герцог с Киином сидели у кухонного стола за бутылкой фьерденского вина, в еще более непринужденной обстановке, чем та, что царила за ужином. — Несколько дней не повредят делу, а я бы, несомненно, предложил вам поддержку. Я всегда считал, что тщательно обдуманное согласие гораздо надежнее, чем то, что дано из-под палки.
Сарин кивнула и, достав с полки стакан, налила себе вина и присела к столу.