Город чужих
Шрифт:
Глава 1
– Красная все же лучше будет, – улыбнулась Джеки, прикладывая к белым розам атласные ленты, – думаю, получится чудесный букет.
– Отлично, – прозвучал мужской голос из-за высоких стендов со свежесрезанными цветами.
Джеки была молодой и очень красивой: высокой, стройной, с длинными темно-русыми волосами и золотисто-зелеными глазами. Она вернулась в Хилтон всего пару лет назад, и не было ни одного человека в этом маленьком городе, кто бы плохо о ней отзывался. Как и она не могла сказать
Джеки завернула розы в прозрачный целлофан и подвязала букет красной лентой. Вдруг над входной дверью звякнули колокольчики – в лавку вошла одна из самых частых посетительниц: старушка Бекки в розовом кашемировом кардигане с нитью жемчуга на шее. Джеки всегда удивляло, что эта женщина походила больше на аристократку с побережья, чем на жительницу маленького городка, окруженного заснеженными горами и непроходимым хвойным лесом.
– Дорогая, добрый вечер, – произнесла Бекки, подойдя к прилавку. – Помнишь, мы вчера договаривались, что ты принесешь мне саженец тех прекрасных цветов из своего сада?
– Ох, да, конечно, – закивала Джеки, отставила букет белых роз и скрылась в маленькой подсобке. У окна стояло старое кресло, к которому был прислонен саженец кустовой розы в пакете. Она забрала его, но напоследок бросила взгляд в окно и заметила на улице, залитой вечерним солнцем, припаркованную машину шерифа. Джеки задумалась и посмотрела на настенный календарь – четверг, 10 августа 1995 года.
Вновь послышались колокольчики, и она, обрадовавшись, что сможет сегодня продать больше одного букета, вернулась в зал. Но никого, кроме Бекки, не увидела, а вместо собранного букета на прилавке лежали деньги.
– А куда делся мужчина? – Джеки кивнула в сторону стендов, за которыми недавно стоял покупатель.
– Ах, дорогая, я не заметила, – оглядевшись, ответила Бекки. – У тебя тут такой интересный журнал. Могу одолжить? А то у меня какой-то жучок поел все листья на лилиях, а здесь такая хорошая статья.
– Конечно, берите. – Джеки отдала старушке саженец и, забрав деньги с прилавка, пробила чек.
– Через сколько он зацветет? – спросила Бекки, осторожно заворачивая пакет с саженцем в платок.
– Скоро, – улыбнулась Джеки, – совсем скоро.
Оливер ехал по пустой трассе. Вдалеке виднелись заснеженные вершины гор, а дорогу окружал темный хвойный лес. По местному радио играло кантри, которое ему так не нравилось. Но как только он подумал переключить волну, очередная мелодия сменилась голосом радиоведущего. Оливер прибавил громкости и прислушался к новостям:
– Напоминаю, что до сих пор продолжаются поиски Джеки Браун, всем, кто обладает информацией о ее нахождении или о нахождении ее красного «Форда Эскорт» 1981 года, просьба обратиться в офис шерифа. А теперь к хорошим новостям: ежегодное состязание по ловле карпа состоится уже через несколько недель. И, как всегда, наша чудесная лесопилка выступает спонсором и обеспечила неплохой призовой фонд. Пора доставать спиннинги, готовить снасти и надеяться на хорошую погоду. К этому часу все, и с нами снова наш любимый хит «Цветочки на стене».
Пришлось сделать звук потише – эту песню
Оливер работал детективом в полицейском департаменте Сиэтла и к тридцати трем годам уже успел раскрыть немалое количество сложных преступлений. Он был высокого роста и стройным, даже худым – за последний год потерял не один десяток фунтов. Черная футболка смотрелась на нем мешковато, а коричневый ремень на темных джинсах приходилось застегивать на последнее отверстие. Лицо сильно заострилось, заметно выделяя прямой нос. Под зелеными глазами темнели круги, а на щеках – щетина. Темные волосы были давно не стрижены и отросли чуть ниже ушей, чего бы раньше он никогда не допустил.
– Да что ж это такое? – пробормотал Оливер, когда по радио заиграла очередная раздражающая песня, и, подумав, что хватит с него на сегодня музыки, выключил магнитолу. – Наконец-то, – вздохнул он, оказавшись в тишине, и взглянул на наручные часы с металлическим браслетом, чтобы еще раз убедиться, что приедет вовремя.
Последний год Оливер провел в отпуске за свой счет и хотел уже отойти от дел. Но капитан попросил его не торопиться с решением и заняться недавней пропажей девушки вдали от Сиэтла. Оливер не мог ему отказать и согласился. Вернул значок детектива, заново получил разрешение на ношение оружия и уже через несколько дней держал путь на север штата, где горы поднимались все выше, а лес становился все гуще.
Он проехал высокий мост над рекой, и на обочине показалась высокая деревянная вывеска на массивных бревенчатых столбах. Под потрескавшимся рисунком серой рыбы виднелось название небольшого городка.
– Ну, здравствуй, Хилтон, – вздохнул он, – в такой глуши я еще не был.
Первое, что Оливер проехал, – это небольшой трейлерный парк; за ним – жилые разноцветные дома. Повернув, он оказался на центральной улице, вдоль которой стояли невысокие многоквартирные здания с магазинными витринами на первых этажах. Оливер сбавил скорость и стал искать место, где ему назначили встречу.
– Вот, кажется, и оно, – проговорил он, заметив на одном из перекрестков закусочную.
Выглядела она как и все закусочные за городом: простое одноэтажное здание, обшитое оцинкованными панелями, с широкими закругленными окнами. Неоновая вывеска над входом гласила, что каждый посетитель, переступив порог, окажется «У Рона».
В безоблачном небе ярко светило полуденное солнце, и Оливеру пришлось припарковаться напротив закусочной в тени, чтобы салон не нагрелся. Он даже подумал оставить черную кожаную куртку на переднем сиденье, но в кобуре висел тяжелый пистолет, и чтобы его прикрыть, куртку пришлось все же надеть.
Он вышел из машины и внимательно ее оглядел – хорошая дорога закончилась на подъезде к городу, и надо было убедиться, что с подвеской все в порядке. Все служебные машины в департаменте были заняты, и в Хилтон он отправился на своей – длинный черный седан «Линкольн» 1985 года с квадратными фарами и белым кожаным салоном. К облегчению, с машиной ничего не случилось. Даже не запылилась. Кузов, как и прежде, когда он выезжал из Сиэтла, блестел воском, а в больших хромированных дисках отражалась улица.