Город древних
Шрифт:
«Пересчитан общий параметр, определяющий физическое здоровье ментооператора, и теперь он равен семидесяти пяти. Разница с предыдущим значением составляет пятьдесят единиц».
«Ничего себе, – подумал я. – Это получается, что не зря интуиция так откровенно не реагировала на этот артефакт, считая его полностью для меня безопасным. Он оказался не просто безопасен, но и очень полезен для моего здоровья. Сломать теперь меня, в прямом смысле этого слова, стало гораздо труднее». И я улыбнулся этой своей последней мысли. Слишком уж она двусмысленно и самоуверенно прозвучала. А такие самоуверенные
Мои метания с последним артефактом остались не замеченными для моих компаньонов. Эрея была тиха и задумчива, и, казалось, её из этого состояния не сможет выбить никакое событие. Корнол был сосредоточен на поставленной ему задаче: он прикрывал наш тыл. И благодаря этой их сосредоточенности на своих мыслях и обязанностях я и смог спокойно разобраться с магическим браслетом.
Закончив с последним артефактом, я уже более спокойно стал продвигаться сам и вести наш небольшой отряд дальше. Однако следующие полчаса нам, на удивление, не встретилось ни одной ловушки или какого-то зачарованного предмета. Вообще, казалось, будто этот участок туннеля вычищен подчистую. Даже осколков и прочего мусора, на который мог обратить внимание только я, мне не встретилось. И это было очень подозрительно.
«Кто мог тут так качественно прибраться?» – пройдя очередной поворот, уже в который раз задал я себе этот вопрос.
Моих же спутников эта задачка не особо волновала, по-моему, корнол и Эрея вообще не обратили на эти изменения никакого внимания. Они, практически бесшумно двигаясь следом за мной, вели между собой тихий неторопливый разговор на разные темы, и говорили сугубо на высоком эльфаре. Пару раз мои спутники всё жё удивились тому, зачем я ищу и собираю весь этот мусор. Но корнол на заданный вопрос девушки лишь пожал плечами.
Наше продвижение закончилось, когда я увидел… Если честно, не могу сказать, что меня насторожило в направлении нашего движения. Но идти дальше у меня однозначно не было никакого желания. Да и интуиция просто вопила об опасности, поджидающей нас там.
Хотя все мои чувства и способности твердили об одном, коридор был всё так же пуст, как и последние полчаса. Но я точно знал, что это не так. А потому остановился.
– Впереди ловушка или что-то смертельно опасное, – тихо предупредил я наш небольшой отряд, указывая туда, где в моём воображении, на виртуальной модели туннеля, сейчас уже ярко переливалась краснотой тревоги активная и смертельно опасная зона.
Участок, на который упорно указывала моя интуиция, был не слишком большим. Однако по размерам он превышал те стандартные ловушки, что попадались нам ранее.
Стараясь разобраться в своих предчувствиях, я стал разглядывать участок всеми доступными мне способами, повысив свою чувствительность до максимально возможного уровня восприятия.
Приглядевшись на пределе своих возможностей, я стал различать некоторые сегменты проявившейся ментальной структуры. Но они никак не складывались в моей голове в единое целое. И слишком уж не похожи были на отдельные модули структурных моделей уже встреченных ранее ловушек. Складывалось впечатление, что перед нами наложение одно на другое нескольких плетений.
И как только я об этом подумал, ментоинтерфейс ухватился за это и мгновенно разделил их на три отдельные, схожие по своим структурным
А вот два других плетения пока не поддавались идентификации. Слишком небольшой процент от общего объёма всей структуры плетения в этих случаях удалось расшифровать и восстановить.
Дальше разобраться я не успел, так как ко мне подошли корнол и Эрея. Оборотень настороженно поглядывал вдаль, и уже на автомате прикрывал своим телом пытающуюся выглянуть из-за его спины девушку. Мне это понравилось, так и нужно. В случае опасности она – наше самое слабое звено и одновременно наибольшая наша ответственность. Он прикрывает её, а я – их обоих.
Я уже более подробно сообщил корнолу и Эрее то, в чём мне удалось хоть как-то разобраться. Вернее, даже не так, я передал им, что мне не нравится этот коридор, есть в нём какая-то опасность, но в чём она выражена, я пока разобраться не могу. И добавил, что уверен в наличии там ловушки, подобной тем, что нам встречались ранее.
На это отреагировал оборотень.
– Как далеко от нас эта ловушка? – спросил он, приблизившись ко мне и максимально понизив голос.
– Метрах в семидесяти, – ответил я и ещё раз указал её примерное месторасположение: – Вон там.
– Ясно, – сказал он, и я понял, что он начал из рун выкладывать стандартное плетение определения магической активности.
Да и Эрея постаралась выполнить то же самое и выяснить суть происходящего самостоятельно.
Видя всё это, я предупредил их, что простые заклинания опознания магической активности в этом случае не подойдут. Их базы знаний и возможностей не хватит, чтобы разобраться в найденной мной странной аномалии, окружающем её поле.
Я сам постарался разобраться хотя бы с тем, что мне было известно. По сути, если совместить на виртуальной модели этот участок туннеля и структурную схему аналога тех ловушек, что встречался мне ранее, то получалось, что в этот раз она перекрывала туннель только с одного из четырёх направлений. И направления эти были или стенами туннеля, или его полом и потолком, но никак не располагались по ходу нашего движения.
То есть получалось, что по идее нам эта ловушка, даже сработай, никак не смогла бы повредить. Ведь, судя по вектору ударного или разрушительного воздействия, она была направлена не вдоль туннеля, а поперёк его и не внутрь пространства туннелей, а куда-то наружу.
Однако это было нелогично, хотя в глупость создателей этого города верилось с трудом. А значит, нужно было думать дальше.
«Зачем делать такую нелепую западню? – рассудил я. – Ведь старая схема работала на пять с плюсом, а тут что-то непонятное».
При этом, по предварительному расчёту Искателя, эта ловушка из-за столь специфичного своего расположения должна была быть менее мощной. Но если предположить, что использовался во всех типах ловушек один и тот же тип магических накопителей, то, как следствие, она по идее должна была стать и более опасной, смертоносной. Правда, точечного воздействия.
«Здесь что-то не так», – подумал я: что-то не давало мне покоя.
Я представил на схеме, как это должно работать.
«Ловушка перекрывает не коридор, а что-то, выходящее в него», – как озарение проскочило в моей голове.