Город костей
Шрифт:
— Не переживай, — ответил Люк. — Мы уже закончили. — Он бегом спустился по лестнице. Внизу с грохотом захлопнулась дверь подъезда.
Саймон нерешительно переминался у порога:
— Я, наверное, попозже загляну.
— Дело в том… — начала Джослин.
— Все в порядке, Саймон. Пошли. — Клэри влетела в прихожую. — До свидания, мама.
— Клэри, нам надо поговорить, — произнесла Джослин.
— У нас будет полно времени в поездке, — ядовито отозвалась девушка. — Меня не жди, вернусь поздно.
С этими словами она
Саймон крикнул ей через плечо:
— До свидания, миссис Фрэй!
— Заткнись, Саймон! — Клэри с грохотом захлопнула дверь.
— Господи, ты мне сейчас рукав оторвешь! — причитал Саймон, пока Клэри тащила его за собой по лестнице.
Она мельком взглянула наверх, опасаясь, что мама выйдет на лестничную площадку, но дверь квартиры по-прежнему была закрыта. Зеленые «скечерс» девушки выбивали частую дробь по ступенькам, сумка колотилась о бедро.
— Прости. — Клэри выпустила руку Саймона.
Трехэтажный особняк, в котором жила Джослин с дочерью, раньше целиком принадлежал одной богатой семье. О былом великолепии свидетельствовали мраморный пол в вестибюле первого этажа и винтовая лестница, в центре которой находился широкий световой колодец, увенчивающийся большим витражом в крыше. Сейчас в доме было две квартиры. На первом этаже жила пожилая женщина, устроившая в своей квартире салон медиума. Соседку практически не было видно, посетители к ней ходили очень редко. Золотая табличка на неплотно прикрытой двери гласила: «Мадам Доротея, ясновидящая». Оттуда в вестибюль просачивался густой сладковатый запах благовоний. Клэри расслышала за дверью чьи-то голоса.
— Похоже, бабулька не бедствует: сумела разжиться клиентурой.
— Хватит ехидничать! — раздраженно бросила Клэри.
Саймон оторопело уставился на нее:
— А я-то думал, тебе нравятся мои умные и ироничные замечания.
Не успела Клэри ответить, как дверь кабинета мадам Доротеи распахнулась. Из нее вышел мужчина со смуглой кожей, кошачьими золотисто-зелеными глазами и спутанными черными волосами. Незнакомец ослепительно улыбнулся, блеснув острыми белыми зубами.
Клэри почувствовала сильное головокружение. Ей казалось, что она сейчас потеряет сознание.
Саймон встревоженно покосился на Клэри:
— Тебе плохо?
— Что? Нет, все нормально, — рассеянно ответила она.
— Ты как будто привидение увидела, — не унимался Саймон.
Клэри отрицательно покачала головой. Кажется, она действительно что-то видела, но никак не могла вспомнить. Мысли путались.
— Нет. Наверное, из квартиры выбежал кот. А может, просто свет мелькнул.
Саймон уставился на нее с подозрением.
— Между прочим, я ничего не ела со вчерашнего дня, — оправдывалась Клэри. — От голода уже крыша едет.
Саймон ласково обнял ее:
— Не переживай, сейчас
— Не понимаю, что на нее нашло! — в четвертый раз повторила Клэри, макая начо в соус (по дороге они зашли в мексиканскую закусочную). — Раньше чуть что — сажала меня под домашний арест, а теперь вообще хочет до конца лета за город увезти.
— Действительно, какая наглость! — пошутил Саймон.
— Давай веселись! — оборвала его Клэри. — Тебя не тащат в богом забытую дыру неизвестно насколько!
— Клэри, — мягко произнес Саймон, — на меня-то что кричать? И потом, это же временно.
— Откуда такая уверенность?
— Мы с тобой лет десять дружим, не меньше. Я неплохо знаю миссис Фрэй. На нее накатывает периодически, но всегда ненадолго.
Клэри задумчиво откусила краешек острого перца:
— Порой мне кажется, что по-настоящему ее не знает никто.
— Ты не поняла, — стал объяснять Саймон.
Клэри шумно втянула воздух: во рту немилосердно жгло.
— Джослин ничего о себе не рассказывала: ни про детство, ни по семью. Даже об отце я знаю очень мало. У нее нет ни одной свадебной фотографии. Такое впечатление, что до моего рождения мама вообще не жила. Именно так она каждый раз и отшучивается.
Саймон состроил гримасу:
— Очень трогательно.
— А по-моему, странно. Я до сих по не знакома ни с бабушкой, ни с дедушкой. Они вроде не ладили с мамой. Неужели так разругались, что даже родную внучку видеть не хотят?
— А может, миссис Фрэй вообще не желает поддерживать с ними отношения? Может, они ее избивали? — предположил Саймон. — Откуда тогда шрамы?
Клэри пораженно уставилась на приятеля:
— Какие шрамы?!
Он проглотил огромный кусок буррито:
— Тонкие светлые шрамы по всей спине и на руках. Вообще-то я не раз видел миссис Фрэй в купальнике.
— Нет у мамы никаких шрамов, — уверенно сказала Клэри. — Тебе показалось.
Саймон хотел возразить, но тут у Клэри зазвонил сотовый. Она выудила телефон из вместительной сумки.
— Это мама, — простонала девушка, глядя на экран мобильного.
— Я по твоему лицу понял… Поговоришь?
— Не сейчас. — Телефон замолчал, и звонок автоматически перевелся на голосовую почту. — Не хочу опять скандалить.
— Поживи пока у нас, — предложил Саймон.
— Надеюсь, она все-таки образумится.
Клэри нажала на кнопку голосовой почты.
Джослин явно старалась говорить как можно мягче:
«Детка, прости, что с поездкой вышло так сумбурно. Давай спокойно обсудим все дома».
Клэри не дослушала сообщение. Ее раздирали чувство вины и сильная досада.
— Что будешь делать?
— Не знаю. — Она потерла глаза. — Кстати, ты про вечер поэзии не забыл?
— Я обещал прийти.
Клэри поднялась из-за стола:
— Тогда я пойду с тобой. Позвоню домой, когда концерт закончится.