Шрифт:
Chapter One
– Ну что, сынок, придется нам с тобой прощаться! – говорил профессор, кандидат юридических наук Федор Семенович Коростылев. – Сам знаешь, сейчас полно людей нашей профессии, поэтому так и получилось.
– Профессор, а что мне делать дальше? Я на третьем курсе, денег у меня нет, а на бесплатное меня вряд ли куда-то возьмут. Получается, они просто берут и выкидывают меня на улицу? – отвечал Кирилл.
– А что мы с тобой можем поделать? Такие нынче времена, сами же голосовали за такую власть, – продолжала Федор Семенович, – в мое время институт не закрывали,
– Да за кого мы голосовали? – отчаявшись, продолжал студент. – Я вот ни за кого не голосовал.
– А это еще хуже! Твой голос был учтен, но только за того кандидата, который это проплатил, и человек из избирательной комиссии, вычислив это, поставил в твоем бюллетене нужную им галочку.
– Но это же незаконно!
– Сколько тебе лет? Как будто не знаешь, как все происходит!
– Это верно, но власть властью, а мне-то что делать?
– Есть у меня одно предложение к тебе, но оно очень необычное.
– Какое? Чтобы доучиться, я, наверное, готов на все.
– Недавно я общался со своим коллегой – Гоголевым Иваном Петровичем. Мы с ним однажды работали над одним очень серьезным делом, о нем я тебе говорить не имею права, но могу сказать, что у него в тот момент сорвало крышу, и он с головой погрузился в свой предмет. Сейчас один из лучших криминалистов в России, если не самый лучший.
Так вот, он сейчас преподает в одном малоизвестном институте, думаю, если я его попрошу, он примет тебя доучиться, но предупреждаю: окончив там институт, ты не станешь прежним.
– А какой институт? В каком городе?
– Институт им. ИВ. Грозного в Городе Порока.
Услышав это, Кирилл широко раскрыл глаза и сел от удивления на стул. Он слышал про этот город много баек. Люди, которые туда уезжали, больше не возвращались, а те, кто пытался переехать оттуда, редко задерживались дольше чем на год.
– Город Порока? Туда даже полицейские переводиться боятся, несмотря на то что зарплаты в два-три раза больше, чем в Москве.
– Да, опасный город, там у тебя будет много практики и возможности проявить себя.
– А других вариантов нет? – попытался студент.
– Институт официально закрывают послезавтра, и всем выдадут документ, можешь с ними идти продавцом бургеров, а можешь продолжить учиться у Ивана Петровича. Понимаю, выбор неравноценный, ведь в бургерной ты хотя бы сможешь чего-то добиться, – злобно начал смеяться профессор.
– Иван Петрович, говорите? Я согласен!
Chapter Two
Кирилла поселили в относительно неплохую общагу, как он позже узнает – это был лучший вариант из тех, что предлагает институт. Вещей у него было немного, поэтому он довольно-таки быстро заселился и разложил вещи в свободные шкафчики возле своей кровати. Рядом было еще две кровати, на одной лежала куча вещей, на другой – несколько больших пачек презервативов и несколько тюбиков смазки. Кирилл знал, что в этом городе живет много странных людей, поэтому старался не вдумываться в возможные варианты использованиях их.
Комната была небольшая. При входе слева стоял большой шкаф, который служил своеобразной стенкой. Через два метра справа стоял старый холодильник, который очень громко гудел, а на нем находились несколько столовых предметов. Чтобы пройти в комнату,
– Привет, я Лина! – звонко прозвучал голос сзади. Это была невысокая девушка ростом с холодильник и русыми волосами. На ней плотно сидели черные обтягивающие шорты и староватая красная маечка с небольшим вырезом. У нее была маленькая грудь, поэтому Кирилл не сразу заметил, что она без лифчика, только немного просвечивающиеся соски выдавали ее.
– Привет, я Кирилл! – он, конечно, был возмущен тем, что она ворвалась без стука, но не стал особо возмущаться, так как еще не знал местных правил.
– Я тут живу по соседству, в 306-й комнате. Иван Петрович сказал тебе тут все показать, но я забыла, только сейчас соседка напомнила. Идем ко мне, я тебе немного расскажу о нашей жизни, а потом нам к 12-ти на занятия.
– Хорошо, давай! – согласился Кирилл, взял телефон и пошел за Линой. – А ты случайно не знаешь, кто со мной живет? Я просто еще не успел познакомиться с ними.
– А, эти, что ли? Два негра! Мы только про них ничего не знаем, все время запрутся, ни с кем не общаются, нормальные, короче! – ответила она, открыла перед собой дверь и запустила спутника. Комната была идентичной, только находилась с другого угла и выглядела зеркально. При входе послышались небольшие стоны, чем дальше приближался Кирилл, тем они становились громче. Зайдя за шкаф, слева он увидел темнокожую девушку по виду лет шестнадцати, со средними кучерявыми волосами, закрепленными непонятной тканью. По пояс у нее было длинное одеяло, и из-под него торчали две ноги, явно не неё, так как они было повернуты пятками вверх. Кирилл сразу же отшатнулся и прикрыл лицо рукой.
– Ты чего? – спросила Лина и спокойно пошла вглубь комнаты.
– Ну тут же… – не зная, как изъясниться, пробормотал Кирилл и показал рукой на активно двигающееся под одеялом темнокожей девушки тело.
– И что? Проходи давай! – приказала собеседница и сделала символичный взмах рукой. Кирилл стал заходить в комнату, как обнаружил на кровати, стоящей прямо за шкафом, еще одну девушку. Она читала журнал и, ничем не смущаясь, слушала музыку.
– Так вот, город у нас хороший, чистый! Институт один из лучших в городе. Самый главный у нас Иван Петрович, поэтому если он за тебя ручается, то, считай, у тебя проблем не будет. Остальные преподы так, козлы отпущения, одного недавно школьники обоссали! Помнишь, Лесь? – она обратилась к темнокожей девушке, получавшей оральные ласки.
– Да, да, помню, там и Вилли был! – из-под одеяла показалась белая рука, поднятая вверх, но сразу же опустилась.
– На пары можно не ходить, – продолжала Лина, – главное в итоге не завалить экзамены. Ну а что еще? Сам прогуляешься, увидишь! Если будут вопросы – спрашивай.
– У вас что-то чернокожих много для России, – подметил Кирилл.
– Наших предков одно время сюда много завезли, еще и азиатов достаточно, мы вообще мегаполис, – ответила Леся, и все засмеялись, так что человек под одеялом поперхнулся.