Город
Шрифт:
До редакции я добираюсь, свернув с улицы на самую настоящую тропинку, виляющую между удаленно стоящих домиков и густых сиреневых зарослей. Дорогу мне указывают привязанные к ветвям дощечки с нарисованными от руки стрелками.
Красный почтовый ящик на двери забит конвертами – небось, очередной выпуск похождений лунатиков. Я оглядываю себя в кстати попавшейся луже, немного растрепываю волосы и, довольный результатом, стучу в дверь.
В ответ приглушенно доносится тонкий девичий голос. Решив, что меня пригласили,
Внутри полутемно: лампа под плотным зеленым абажуром, а окна заполнены мокрой листвой. Прохожу к стойке из темного полированного дерева. Девушка за ней – белая блузка с накрахмаленным воротником, юбка в синюю клетку и короткие темные волосы, обрамляющие тонкие черты симпатичного и дерзкого мальчишки – встает мне на встречу.
– Здравствуйте.
– Здравствуйте. Я хотел бы видеть Томаса Луни, – уверенно говорю я.
– Вы заранее договаривались о встрече?
– Нет. Я даже лично с ним незнаком. Но у меня есть эксклюзивная информация для журнала.
– Какого рода информация? – девушка смотрит бесстрастно и доброжелательно.
– Если возможно, я бы сначала поговорил о цене. Хотя бы в самых общих чертах.
– Хорошо, – она кивает и чиркает что-то в блокноте, – Подождите здесь.
И уходит по крошечной винтовой лесенке, спрятавшейся в темном углу между книжными шкафами. Я прислоняюсь к стойке и готовлюсь к ожиданию, но она тут же спускается.
– Пойдемте.
Лесенка приводит нас прямо кабинет. На полу ковер, вдоль стен узкие книжные стеллажи, за столом, спином к окну, сидит грузный человек.
Он слегка приподнимается и указывает на стул, – Садитесь.
Я сажусь, девушка, как часовой, встает слева от меня, вполоборота к редактору. От того, что она стоит, а мы сидим, мне становится неудобно. Да и вообще странно тут все устроено.
– Добрый день, – говорю. Вся моя лихость куда-то пропала. Еще и редактора толком не разглядеть, яркое голубое небо из окна светит ему в спину.
– Добрый день, – благодушно басит он и кивает.
– Представьтесь, – шипит мне девушка.
Я наконец беру себя в руки и говорю, – Меня зовут Артем Луниш. Я журналист и недавно прибыл в Город.
Томас делает легкое вопросительное движение, я останавливаюсь, но продолжения не следует.
У меня есть возможность, вернее, есть один очень интересный контакт… информатор. Иными словами, я могу вести расследование недавних пропаж детей. Думаю, читателям это было бы интересно.
Луни не реагирует никак. И я тороплюсь и почти сбиваюсь на просительный тон, – Тема волнующая. А полиция представляет свои отчеты крайне редко, да и то в очень скупых и туманных выражениях. «Еженедельный журнал» первым действительно расскажет о преступлениях.
Томас кряхтит, морщится и наконец выдавливает фразу, – Боюсь, это не очень соответствует редакционной политике и ожиданиям целевой аудитории «Еженедельного вестника». Мы – домашний журнал для домохозяек.
Выдав такую длинную тираду, он с облегчением откидывается на спинку
Затем осторожно говорю, – Редакционная политика это, конечно, ваше дело. Но вам не кажется, что немного остроты, волнующих переживаний – это как раз то, что хотели бы видеть домохозяйки?
Луни не реагирует никак. Если бы он только что не говорил, у меня было бы полное впечатление, что передо мной валун, случайно напоминающий силуэт человека.
– Можно было бы сделать это в форме детективного романа с продолжением, – говорю, – Из номера в номер. Только настоящего детектива! А у читателей появилось бы чувство сопричастности большому и сложному делу.
Томас никак не реагирует, зато отвечает мне девушка.
– А вам не кажется, что это опасно?
– Что? Почему? – нервно кошу на неё глазом. Обстановка здесь явно выводит меня из колеи. А за окнами этого логова – сиреневые сады, ну надо же.
– Похититель или похитители тоже могут читать наш журнал. Они будут предупреждены.
Томас в своем кресле важно кивает на эти слова.
– М-даа, – говорю. Это мне в голову не приходило, – Риск есть. Но можно все это тонко организовать. Так, чтобы одновременно давать читателям остросюжетное чтиво и не открывать действительно важную информацию.
– То есть симулировать расследование? – спрашивает девушка.
– Нет. Просто подавать его в художественной форме.
Наступает пауза, затем Томас неожиданно говорит «Ясно» и несколько раз кивает. Я смотрю, как он махает большой темной головой, окруженной голубым ореолом неба в окне и думаю, что скорее бы все это закончилось и я бы пошёл домой.
Девушка вздыхает, – У вас что-то уже готово?
– Заканчиваю первый материал, – не моргнув глазом, бодро рапортую я, – Закончу завтра-послезавтра.
– Хорошо. Пришлите нам почтой, пожалуйста. Только с указанием источников, которыми вы пользовались и ссылками на все реальные факты. Т.е. те, которые не являются частью вашей «художественной формы».
Я оглядываюсь на Томаса. Тот снова кивает. Да кто здесь редактор вообще?
– А оплата?
– Если первый материал понравится Томасу, будете приняты как внештатный корреспондент. Оклад – 250 гульденов, плюс оплата документально подтвержденных рабочих расходов.
Она устало вздыхает, я тоже выдыхаю с облегчением.
– Хорошо, договорились. Пришлю материал завтра- послезавтра.
– Договорились, – важно вставляет Томас. Меня вдруг разбирает смех, который я сдерживаю с большим трудом.
Томас тем временем медленно поднимается и протягивает руку. Все еще внутренне хихикая, жму большую и мягкую ладонь, говорю о том, как рад был познакомиться и, подталкиваемый острыми локтями девушки, удаляюсь.
Внизу мы с ней синхронно облегченно вздыхаем. Затем она смеется и говорит, – Вот, значит, какой оказалась ваша эксклюзивная информация. Что вы безработный журналист, нуждающийся в деньгах.