Город
Шрифт:
— И где же вы его приобрели, мистер председатель? — спросил кто-то. — Я тоже не прочь подарить моему отпрыску такую штуковину.
— Да тут, за углом. Магазин игрушки, вы его знаете. Как раз сегодня поступили.
Ну вот, можно и закругляться… Еще несколько шутливых замечаний, потом пора бы вставать и расходиться.
Однако они не уходили. И он знал, что так просто они не уйдут. Ему сказали об этом внезапная тишина и громкое шуршание бумаг, призванное смягчить ее натянутость.
А затем Стефан Эндрюс задал вопрос, которого Вебстер так опасался.
— Мистер председатель, — начал Эндрюс, — поговаривают, будто на Землю возвратился человек, который подвергался преобразованию на Юпитере. Нам хотелось бы услышать от вас, верно ли это сообщение?
— Верно, — сухо ответил Вебстер.
Все ждали, и Вебстер тоже ждал, сидя неподвижно в своем кресле.
— Вы не хотите комментировать его? — спросил наконец Эндрюс.
— Нет, — сказал Вебстер.
Он обвел взглядом лица собравшихся. Напряженные, угадывающие причину его решительного отказа обсуждать эту тему. Довольные, маскирующие мысль о том, как можно переиначить его скупой ответ. Сердитые — эти возмущенно выскажутся о праве народа знать истину.
— Прошу прощения, господа, — сказал Вебстер.
Эндрюс тяжело поднялся.
— Благодарим вас, мистер председатель, — заключил он.
Откинувшись в кресле, Вебстер смотрел, как расходятся репортеры, а когда они разошлись, остро ощутил холод опустевшего помещения.
Они распнут меня, думал он. Разделают под орех, и я не могу дать сдачи. Не могу рта раскрыть. Он встал, подошел к окну и посмотрел в сад, освещенный косыми лучами уходящего на запад солнца.
Нет, он просто не мог сказать им правду.
Рай!.. Царство небесное для тех, кто искал его! И конец человечества… Конец всем мечтам и идеалам, конец самого рода людского.
На столе замигал зеленый огонек, пискнул звуковой сигнал, и он поспешил вернуться на свое место.
— Что случилось?
На маленьком экране возникло лицо.
— Псы сейчас доложили, сэр, что мутант Джо пришел в вашу усадьбу и Дженкинс впустил его.
— Джон! Вы уверены?
— Так говорят псы. А они никогда не ошибаются.
— Верно, — медленно произнес Вебстер. — Они не ошибаются.
Лицо на экране растаяло, и Вебстер опустился в кресло.
Дотянулся негнущимися пальцами до пульта и, не глядя, набрал нужный индекс.
На экране выросла усадьба, приземистое строение на открытом ветру холме в Северной Америке. Строение, которому скоро тысяча лет. Место, где жили, мечтали и умирали многие поколения Вебстеров.
В голубой выси над домом летела ворона, и Вебстер услышал — или вообразил, что услышал, — донесенное ветром «каррр»…
Все в полном порядке. Во всяком случае, с виду. Усадьба дремлет в лучах утреннего
Никакого переполоха, вообще никакого движения.
Рука Вебстера нажала рычажок, экран погас.
Дженкинс справится, сказал он себе. Лучше, чем справился бы любой человек на его месте. Что ни говори, эта металлическая коробка начинена тысячелетней мудростью, скоро сам позвонит и скажет, в чем там дело. Он набрал другую комбинацию.
Прошло несколько долгих секунд, прежде чем на экране появилось лицо.
— Что стряслось, Тайлер?
— Мне только что сообщили, что Джо…
Джон Калвер кивнул.
— Мне тоже сообщили. Я как раз проверяю.
— Ну и что ты скажешь об этом визите?
Начальник Всемирной службы безопасности задумчиво наморщил лоб.
— Может, он сдался. Ведь мы ему и прочим мутантам вздохнуть не даем. Псы потрудились на славу.
— Но до сих пор не было никаких данных, ничего, что говорило б об их готовности уступить.
— Подумай сам, — сказал Калвер. — Вот уже больше ста лет они шагу шагнуть не могут без нашего ведома. Все, что они делают, записывается на наши ленты. Что ни затеют, мы блокируем. Вначале они думали, что им просто не везет, но теперь-то убедились, что это не так. Вот и признали, что мы загнали их в угол.
— Вряд ли, — строго произнес Вебстер. — Когда эти парни почуют, что их загоняют в угол, гляди, как бы самого не припечатали к ковру.
— Постараюсь оказаться сверху, — обещал Калвер. — И буду держать тебя в курсе.
Изображение погасло, но Вебстер продолжал уныло глядеть на стеклянный прямоугольник.
Черта с два их загонишь в угол. Калвер знает это не хуже его. И все-таки…
Почему Джо пришел к Дженкинсу? Почему не обратился сюда, в Женеву? Самолюбие не позволяет? Предпочитает переговоры через робота?… Как-никак Джо с незапамятных времен знает Дженкинса.
Вебстер невольно ощутил прилив гордости. Ему было лестно, что Джо пришел к Дженкинсу (если они верно угадали причину). Ведь Дженкинс, пусть у него металлическая шкура, тоже из Вебстеров…
Гордость… думал Вебстер. Были свершения, были и промахи… Но ведь все — незаурядные личности. Кого ни возьми. Джером, из-за которого мир не получил учения Джуэйна. Томас, который давал миру усовершенствованный теперь принцип тяги для космических кораблей. Сын Томаса — Ален, который попытался долететь до звезд, но не смог. Брюс, который первым пришел к мысли о двойной цивилизации человека и пса. Наконец, он сам, Тайлер Вебстер, председатель Всемирного комитета… Он поставил локти на стол и сплел пальцы, глядя на струящийся в окно свет вечернего солнца.