Господа Смуглеры...
Шрифт:
В следующий месяц шкиперу пришлось дважды выдержать атаку со стороны властей. Сначала к нам попытались сунуться яйцеголовые. Когда до них дошли слухи, что их новомодная прошивка действительно творит чудеса, то эти придурки не придумали ничего лучше, чем попытаться ввалиться к нам с какими-то дурными бумажками на тему «изъять для изучения». Кэп даже обострять ситуацию не стал. Можно было просто намекнуть дядюшке, что эта толпа приехала его разбирать, после чего лишь подтаскивать каннистры с напалмом и заряженные ленты для пулемета. Но шеф сделал финт хвостом и выдернул знакомых журналистов, которые слетелись словно коршуны на поживу и стали
— А правда, что вы решили нарушить гражданские права у нашего гения в математике? Вот, у него вид на жительство, вот грамота за участие в конкурсе, а вот мы статью писали о награждении за скользящие корни! Кстати, личико вот так поверните, губу оттопырьте и нос наморщите, мы снимочек для вечерних новостей сделаем. Отличная сволочная рожа получится, иллюстрация к заголовку: «Безумные ученые живодерствуют!»
Больше мы этих мозголомов не видели.
Вторыми сунулись вояки. Они почему-то решили, что раз их эксперимент дал положительный результат, то почему бы под это дело не попытаться распилить финансы еще раз. Но тут помог уже господин гешефтер. Он поднял статистику по старому контракту, охнул от найденных цифр в графе «расходы» и задал вопрос в лоб:
— Господа генералы, а вы точно все это задекларировали? А то у нашего дядюшки очень давние связи в налоговой службе, ему стоит только рот открыть — как многие не только погон лишатся, но и положенной пенсии и всех тяжело нажитых накоплений.
И все. После чего — наступила тишина и спокойствие.
Правда, к концу осени нам пришлось сделать еще один рейс. Потому что госпожа Шторм заглянула на вечерние чайные посиделки и сообщила, что многие из ее знакомых не прочь завести такую же заботливую и надежную няню. Особенно когда мимо проходит Тёша в своем новомодном фраке и галстуке бабочке, пуская солнечные зайчики полированной макушкой. Так что мы позвонили старому знакомому и вывезли все полторы тысячи оставшихся у фермеров Терминаторов-Специально Модернизированных. А щеночками их уже обеспечивали местные бывшие криминальные авторитеты. Говорят, что после такого массового десанта — все перевоспитались. Ну, говорят так. Мы не проверяли…
Глава 10. Маршрутка
Больше всего на свете мы не любили рутину. Это когда все концы увязаны, рейс по расписанию, график движения внесен в списки космопорта и ты пыхтишь себе из точки А в точку Б, согласно утвержденных документов. Ни тебе премиальных, ни возможности протащить чего-нибудь эдакого. Таможня твою рожу отлично знает, в порту досматривают до резинки трусов, корабль каждый раз готовы перебрать по винтику, а в ближайших кабаках делают ставки, когда весь экипаж схомутают и отправят на каторгу. Рутина.
Другое дело, попасть в новые места. На планете смотрят с удивлением на идиотов, которые приволокли битком забитый трюм чего-то непонятного. Пограничники продирают глаза и спрашивают, как это мы успели проскочить не только «туда», но уже собрались и «обратно». Замороженная контрабанда оживает и начинает выгрызать холодильники изнутри. А в довершении всего великая неразлучная троица шкипер-старпом-гешефтер весь груз впаривают с дикой наценкой и мы уносим ноги, прихватив попутно что плохо лежит. Есть что вспомнить и что продать по возвращении домой.
Но иногда «Антилопу»
— Да, в этом болоте ловить нечего.
Сами подумайте, что можно взять с аборигенов, если у них весь космопорт — это покосившаяся будка на краю бесконечной пыльной степи и вся таможня, погранслужба и начальство в одну упившуюся рожу, которую добудиться так и не получилось.
В этом случае шкипер обычно закусывал удила и заявлял о самоокупаемости рейса. И это значило, что если туда мы что-то сумели доставить и на этом навариться, то назад придется ползти от системы к системе, чтобы хотя бы отбить горючку. А именно — работать маршруткой, не гнушаясь любыми пассажирами.
Первым делом мы задраивали все переборки. Затыкали дыры, конопатили вентилляцию и старались обезопасить себя от любых возможных неприятностей.
Не, проблемы все равно случались, но хотя бы часть клиентуры оставалась в трюме, а не бродила по каютам с жалобами на скудный сервис.
И второй важной задачей было собрать разные ценности и запереть их в сейфе господина гешефтера. Правда, добыть что-то обратно по завершению рейса было сложно, потому как Изя считал, что у него за бронированной дверью все эти ценности сохранятся куда как лучше, чем в карманах дезорганизованного экипажа. Правда, в остальном он был честен и чужого не брал, но выбивать свое кровное приходилось с боями. Поэтому каждый решал сам для себя, что лучше: потерять совсем, если кто из пассажиров сопрет, или потом пободаться на тему «отдай эту цацку, я собираюсь ее пропить».
К капитану в сейф никто не отдавал. Потому что даже если составить опись, то по итогам сверки оказывалось, что у шкипера опись короче, а взятое на хранение уже куда-то приспособлено. С бывшими чужими вещами наш шкипер поступал куда радикальнее, чем другие офицеры корабля.
— На Дромаллу кому, кому на Дромаллу, не дорого! — зазывал старпом, высунувшись из орудийного люка на носу корабля. Буер был мудрым человеком и считал, что лучше орать с этой верхотуры, чем надрывать глотку внизу в толпе. Слышно оттуда намного дальше и эполеты целее останутся. А то зазеваешься — и прости-прощай любимое украшение.
— На Дромаллу… Эй, ты, патлатый, куда верблюда тащишь? Мы что тебе, скотовозка?.. Что ты там бормочешь, слышу плохо… Платишь? Тройной билет оплачиваешь?.. Слушай, а чего ты тогда одного верблюда приволок? Давай все стадо, мы потеснимся…
В толпе рядом с опущенным пандусом вовсю суетился здоровяк Томми. Он по секрету всем и каждому рассказывал, что наш специалист по реакторам чуть-чуть перестарался и поэтому в туалете теперь периодически урановый выхлоп. Поэтому каждому здравомыслящему пассажиру просто необходимо прикупить трусы со свинцовой подкладкой. И как ни странно, у Томми таких чуть-чуть в запасе имеется.
С другой стороны Счастливчик Боб предлагал продегустировать жареные крылышки, которые еще вчера скупил в ближайшей забегаловке. Закупленный товар обильно поперчили и посолили, чтобы отбить запах тухлятины. Халява — слово межпланетное, поэтому бесплатную еду жевали каждый, мимо кого успел протиснуться наш коробейник. О том, сколько будет стоить стакан воды на борту «Антилопы» — про это никто даже не заикался. Зачем заранее людей в обморок вгонять.
— До отлета осталось пять минут! — неожиданно заорал старпом и лягнул дремавшего рядом капитана. — Четыре! Три!.. Да не спи ты, жаба хвостатая, стартовать пора!