Государство

Абрамов Алексей

Большая бытовка. Из комнат, нескольких коридоров и лестницей ведущей на второй этаж. Запнувшись, переступил через широкий, с явно заметной впадиной, протертой суровой обувью – деревянный порог.

Интуитивно провел за дверью рукой и наткнулся на провод-косичку из двух жил, которые обычно тянутся между фарфоровых вставок в деревенских,

бревенчатых избах, вдоль пакли, проложенной между стволами деревьев. Провод привел к круглому выключателю с острой кнопкой. Щелкнул несколько раз и медленно пошел дальше. На полу лежал толстый слой пыли и ноги ступали мягко и тихо. Здесь было еще темнее и когда попадалось окно, то оно выделялось серым квадратом и казалось, что за ним можно что – то разобрать. Почти все помещения без дверей. В них стоят столы, стулья, старые огромные громоздкие сейфы с ключами в замках. Все ящики, что попадались в комнатах, оказались пустыми.

Покидали все это не в спешке, а основательно и по плану. Ни листочка, ни бумажки. Чистые незамысловатые урны для мусора и даже стулья аккуратно придвинуты к столам.

Иногда под ним скрипела половица, заставляя замереть на секунду и идти вперед. Первый этаж походил на что – то среднее между канцелярией Рогов и копыт и жилого блока. В нескольких комнатах стояли железные кровати, с тяжелыми от сырости и пыли полосатыми матрасами и свалявшимися подушками. Возле каждой стояла тумбочка, с отломанной ручкой.

– Прямо как в лагере, – сравнил Павел.

В одной нашел зубную пасту в железной тубе. Комнат было много, и чем дальше он продвигался, тем меньше времени уходило на знакомство с будущим жилищем. Если и жить в этом месте, то жить здесь. Вопрос решился сразу и сам собой.

Второй этаж дома был рассчитан на привилегированных жильцов. Большой кожаный диван с откидывающимися валиками по бокам, что делало его похожим на площадь. Мягкие, обитые цветастым тряпьем стулья и дверь.

Осматривая здание, он забыл об их существовании, а тут снова вернулся в реальность. Дверь закрыта. Толкнул рукой, плечом – она не поддалась, а потом всадил со всей

силы ногой в то место, где должен находиться замок. Силы удара хватило, чтобы механизм вывернуло из коробки, обитой тонкой фанерой.

Замок закрыли всего на один оборот, и он легко выскользнул из паза. Это было самое большое помещение в доме. Командный, центр или пульт управления. В центре стоял железный стол, скупо усеянный кнопками, датчиками и рычагами. Под руку попалось несколько крошечных экранов и переговорное устройство.

Рядом обычный офисный стол с раритетной печатной машинкой, черного цвета. Щелкнул по клавише, и тонкая металлическая лапка с буквой на конце ударила в пустоту и с цоканьем отскочила назад. Вдоль стен, не прерываясь, вплотную друг к другу, одной цепью стояли железные шкафы.

За пультом большое, в пол – стены окно, изредка прерываемое тонкими рамками. Окно наклонялось вперед так, что можно было увидеть, что происходит у внешних стен здания.

Подошел к окну и посмотрел в темноту. Еще раз обежал стену из ящиков и в углу, там, где было менее заметно, разглядел электрощит. Следуя из того, что было найдено до этого, соваться туда смысла не было. Тот, кто уходил, свел к минимуму все шансы долго здесь продержаться.

А может за тем, кто уходил, поработала группа зачистки: слив, перекрыв, придвинув, переключив и таким образом обездвижив все, что может привести к непредсказуемым последствиям. Створки щитка открылись, представив взору три десятка самых разных кнопок.

– Одна за другой, – сказал Павел, – Слева, направо, – он щелкнул первым рубильником.

Кнопок становилась все меньше, и он все время боялся, что через секунду его рука уткнется в пустоту, но ряд кончался, начинался следующий. При очередном щелчке здание вздрогнуло, в дальних комнатах раздались хлопки, а за спиной, разрезав темноту, вспыхнул яркий, как тысяча солнц – свет. Слух обострился. В тишине было слышно, как по проводам, с ровным гудением течет электроэнергия.

Конец ознакомительного фрагмента.