Говорящая душа
Шрифт:
"...Дозревают желуди и в этом году", - вздыхал старый-старый дуб.
"Что за маленький человечек?" - любопытствовала белочка.
"Забрали все мое ясное солнышко!" -
"...Неведомо - опасно", - кружилась стрекоза...
"...Здесь я, - трепетала бабочка, - спешите, милые, далекие рыцари ко мне, здесь я!.."
"...Сплю, - лепетала фиалка, - посплю..."
– Алик!
– Что, дядь Сережа?
– Пора нам, пойдем в институтскую столовую, перекусим.
На людях глаза Сергея стали совсем растерянными. Суетливо он занял столик. Чего-то ждал, беспрерывно поглядывал на вход. И вдруг озарился:
– Валентина! Валя, Валя, сюда...
Снисходительно подплыла, села.
– Так как вам работалось на воздухе, мужчины?
– Неплохо... Благодаря ему... Я сейчас, только возьму... Что тебе, Валюша?
– Тебе должно быть известно, что я люблю.
– Любишь...
– Сергей побежал.
– А меня тоже зовут Валентин, -
– И мне очень нравится дядя Сергей.
– Да?
– она скривилась и стала смотреть в сторону очереди у раздачи. Он?..
Алик, словно между прочим, нацелил на нее очки, и сходу перенесся в ее забаву. В ее внутреннюю улыбку по поводу того лысого чудака с полной талией, короткими волосатыми руками, крючковатым носом, недоуменными глазами.
"Нельзя вмешиваться... Факты, только факты..." - припомнилось Алику.
Но это же дядя Сережа!..
Тот прибежал с подносом, поставил тарелки на стол, взглянул на Алика и понял. Понял, что мальчик невзначай успел перенестись в чужую, ее, Валину душу. Наклонился, попросил:
– Говори, Валик...
– Сережа, - выдохнул Алик. И прикрыл глаза. Чтобы говорить самому. От себя. Только от себя.
– Ты, Сережа, очень добрый и любимый. Мне страшно хочется с тобой дружить...
Прибор с очками валялся рядом на стуле, совсем ненужный в шумливой, многоголосой, переменчивой институтской столовке...