Грааль
Шрифт:
Благо квартира была трехкомнатной, поэтому я смогла обеспечить сравнительную изоляцию детей от себя любимой. Для душевного спокойствия и равновесия, твёрдо постановила считать свою болячку простудой или гриппом и принимать все меры исходя из этого. С каким-то молчаливым остервенением организовала себе отдельную комнату, отдельную посуду, отдельное полотенце и прочие вещи, рекомендуемые в таких случаях.
Машенька в своей комнате смотрела мультики и больше не плакала, Миша традиционно мочил каких-то монстров на экране компьютера, хотя и был непривычно хмурым. Ну, что, дети были сыты,
За прошедшую ночь мне плохо спалось, а точнее я совсем почти не спала. Тяжкие думы не давали уснуть, и лишь несколько раз проваливалась в какой-то тревожный сон, каждый раз просыпаясь в ужасе от мысли, что я тоже вот так засну, как заснули все Марковы, и дети не смогут меня разбудить. От такой картины продирал мороз ужаса, и, если бы не дети, то, пожалуй, не удержалась бы и заревела в голос.
Но реветь нельзя.
Нельзя.
Чтобы как-то отвлечься, включила телевизор. На экране появилась миленькая ведущая телеканала «Москва 24», которая бодрым голосом вещала о каких-то пробках на каких-то улицах, об открытии очередной станции метрополитена и прочие будничные благоглупости.
Отвернувшись от телевизора, взяла чашку с чаем и подошла к окну. На улице ничего примечательного не происходило. Я откровенно томилась без своего ноутбука, но он остался дома, а о том, чтобы туда сбегать не могло быть и речи.
Внезапно моё внимание привлекли слова дикторши.
— Из-за пробок на Ленинградском шоссе и на Профсоюзной улице не могут проехать в больницу несколько экипажей скорой медицинской помощи. Это, кстати, не единичные случаи за сегодня. Медики жалуются, что пятничные пробки сильно мешают их работе, а число вызовов за сегодняшнее утро резко выросло до почти пиковых значений, характерных обычно для осенне-зимнего сезона. Предлагаем вашему вниманию репортаж из Коммунарки на эту тему.
На экране появился сосредоточенный доктор, который поведал о резко возросшем количестве простудных заболеваний в столице, связав это с бушевавшей давеча стихией.
— Мы не исключаем, что вчерашняя буря привела к отмечаемому всплеску простудных заболеваний. Резкое похолодание, дождь и пронизывающий ветер сделали свое черное дело, и привыкшие к летней погоде москвичи, далеко не всегда оказывались готовы к такому изменению погодных условий. Служба скорой медицинской помощи работает сегодня с полной нагрузкой, и я хотел бы обратиться к москвичам, с просьбой с пониманием отнестись к сложившейся ситуации.
— А сколько случаев заболеваний за сегодня? — спросила корреспондентка.
— Пока точной статистики у меня нет, — ушел от прямого ответа доктор, но затем все же добавил, — Но за последний час к нам поступило уже несколько сотен звонков по поводу высокой температуры. Пока с количеством вызовов мы справляемся, но число вызовов стремительно растет. Поэтому я еще раз обращаюсь к водителям — пропускайте машины скорой помощи беспрепятственно,
Вновь показалась сверкающая ослепительной улыбкой ведущая, которая завершила тему на оптимистической ноте
— Что ж, как мы видим, вчерашняя непогода натворила не только бед в городе, но нанесла вред здоровью москвичей. Но, буря, к счастью миновала, вновь светит солнце, и мы переходим к другим новостям.
Я, не видя ничего перед собой, смотрела на экран. В принципе, ничего это ещё не значило, ураган вчера действительно был, и это событие вполне могло повлечь за собой рост числа простудных заболеваний, чему я сама являюсь ярчайшим примером.
Наверное.
Нет, в любом случае, пока нет никаких оснований связывать всплеск простудных заболеваний с напастью, которая обрушилась на семейство Марковых.
Это просто совпадение. Не более того. Так бывает, правда ведь?
* * *
МОСКВА. ГБУЗ ГКБ ИМ. В. В. ВИНОГРАДОВА ДЗМ. Пятница. 25 июля 2025 года. Местное время 10:14.
Катя очнулась, словно от толчка. Возле нее что-то происходило, и она повернула голову в сторону шума. В помещение закатывали еще одну кровать и вокруг кровати суетились врачи, и девушке не было видно, кого там привезли.
Тут кто-то из персонала заметил, что Катя очнулась и глухо воскликнул:
— Иван Егорыч! Маркова очнулась!
Пожилой врач в таком же противоэпидемиологическом скафандре бросил на нее быстрый взгляд через стекло шлема. Донеслось:
— Я к вам подойду, как только освобожусь.
Врач вновь повернулся в сторону новой кровати, а Катей занялась медсестра. Тоже в медицинском скафандре. Благо, что после вспышек короновируса в предыдущие годы, отечественная медицина уже была относительно подготовлена. По крайней мере в крупных городах.
Наконец, минут через десять к ней подошел этот самый Иван Егорыч и, оглядев показания приборов, поинтересовался:
— Как вы себя чувствуете?
Катя покачала головой.
— Не знаю. Плохо, наверное… Где я?
— В больнице. Точнее в реанимации.
Девушка нахмурилась. Она решительно не помнила, как тут очутилась.
— Почему я здесь? — наконец спросила Катя. — Что случилось?
Теперь пришла очередь хмуриться врачу.
— Что вы помните?
Екатерина задумалась. Затем медленно заговорила.
— Был вечер… Потом с неба упала эта железяка… У меня поднялась температура и я позвонила… Нет, это не тогда было… А что с детьми? Да, я звонила Ольге, чтобы она посидела с ними… А Дима прилетел?
Доктор хмуро слушал ее сбивчивую речь. После чего успокаивающе заверил:
— Не волнуйтесь, насколько я знаю, с вашими детьми все в порядке. Я разговаривал по телефону с вашей мамой. Она сказала, что с детьми все в порядке, — и торопясь пока Катя не задала следующий очевидный вопрос, он спросил сам, переводя разговор на другую тему. — А что за железяка с неба, о которой вы упомянули?
Девушка пожала плечами.
— Не знаю… Я не разбираюсь в них… Дима сказал, что это спутник американский. А где Дима? С ним все в порядке?