Грабитель

Макбейн Эд

– На голове у него была шляпа.

– А глаза?

– Он был в темных очках.

– Его слепили яркие ночные огни, – саркастически заметил Хэвиленд, – или же он страдает какой-то глазной болезнью.

– Возможно, – сказал Уиллис. – Он был выбрит? Не было бороды или усов?

– Да, – ответила мисс Элли.

– Так что именно “да”? – переспросил Хэвиленд.

– Ну, у того парня, что напал на меня…

– Я хотел знать, что из этого к нему подходит?

– А… Он был выбрит.

– Нос большой или маленький?

– Ну… думаю, средний.

– Какие у него

были губы, узкие или полные?

– Средние.

– Роста большого или маленького?

– Скорее среднего.

– Толстый или худой?

– Тоже средний, – снова ответила она.

Уиллис почему-то уже не улыбался. Мисс Элли заметила это и тоже перестала улыбаться.

– К сожалению, таким уж он был, – обиженно сказала она. – Ничем не могу помочь, но у него не было ни большого багрового шрама на лице, ни родимого пятна на носу, ничего подобного. Я не виновата, что он весь такой невзрачный и незаметный. И я не виновата, что он украл у меня сумочку. У меня в ней были все деньги.

– Ну, – снова начал Хэвиленд, – мы сделаем все возможное, чтобы он получил по заслугам. Мисс Элли, у нас есть ваше имя и адрес, и если что узнаем, дадим вам знать. Думаете, вы его узнаете, если увидите ещё раз?

– Разумеется, – заявила мисс Элли. – Он украл у меня все-все деньги. У меня в сумке была уйма денег.

Уиллис закусил губу:

– Сколько точно их было?

– Девять долларов и семьдесят два цента, – ответила мисс Элли.

– Не в деньгах счастье, – пошутил Хэвиленд, что с ним бывало нередко.

– Что-что? – переспросила мисс Элли.

– Мы вам сообщим, – сказал Хэвиленд, подхватил её под локоть и проводил к перегородке, отделявшей помещение от коридора.

Когда вернулся к столу, Уиллис что-то чертил на листке.

– Снова голые женщины?

– Что?

– Ну, ты прямо сексуальный маньяк.

– Знаю. Но в моем возрасте я могу себе это позволить. Что ты думаешь о мисс Элли?

– Она все выдумала.

– Ну ты даешь, Родж.

– Думаю, она читала в газетах о нашем Клиффорде. И ещё я думаю, что она старая дева, которая живет в двухкомнатной квартире, каждый вечер заглядывает под кровать и не находит там ничего, кроме пыли. И ещё я думаю, что вчера она с неё свалилась вниз головой, набила себе фонарь и решила, что наделает из этого шума. – Хэвиленд вздохнул. – И, кроме того, я думаю, что из вас двоих вышла бы чудная парочка. Почему бы тебе не попросить её руки?

– Во вторник ты особенно остроумен, – засмеялся Уиллис, – Значит, ты не веришь, что на неё кто-то напал?

– Эти темные очки – просто гениальная выдумка! Господи, и чего только люди не придумают!

– Может быть, у него все же были очки, – заступился Уиллис за мисс Элли.

– Разумеется, и бермуды тоже, – фыркнул Хэвиленд. – Ты только представь себе, он сразу выдал: “Клиффорд благодарит вас, мадам!” Ха-ха! Все это она вычитала из газет. Ведь в городе нет человека, который не читал бы о грабителе Клиффорде, об ударе в челюсть и глубоком поклоне.

– Думаю, она говорила правду, – твердил Уиллис.

– Тогда тебе печатать протокол, – ответил Хэвиленд. – И, между прочим, этот Клиффорд начинает уже действовать

мне на нервы.

Уиллис удивленно взглянул на Хэвиленда.

– Ну, что ты уставился? – не выдержал Хэвиленд.

– Когда ты последний раз печатал протокол?

– А кто это хочет знать?

– Я, – ответил Уиллис.

– Когда это ты стал комиссаром полиции?

– Мне не нравится, что ты сачкуешь, – заметил Уиллис. Не вставая с кресла с колесиками, он придвинулся к столику с машинкой, открыл ящик и достал из него три бланка рапорта о происшествии.

– Каждый сачкует, как может, – сказал Хэвиленд. – Что, Карелла, по-твоему, не сачкует?

– Он, разумеется, сачкует, ведь он же в свадебном путешествии, – напомнил Уиллис.

– Ну и что? Нашел отговорку! Ручаюсь, что эта Элли с приветом! Тогда и рапорт писать не нужно. А если тебе хочется постучать на машинке, давай.

– У тебя хватит сил ещё раз заглянуть в чертову картотеку?

– В какой раздел? – рассмеялся Хэвиленд. – Грабитель, которого зовут Клиффорд, носит темные очки и бермуды.

Возможно, мы кое о чем забыли, – заметил Уиллис. – Разумеется, я не хочу тебя затруднять, ведь до неё отсюда не меньше полутора метров.

– Картотеку я всю уже на память выучил, – ответил Хэвиленд. – Такой жук, как Клиффорд, не забывается. Но в картотеке ничего нет. Ничего. А то, что нам рассказала мисс Элли, ничего нового нам не добавляет.

Возможно, ты прав, – сказл Уиллис.

– Нет, – отрезал Хэвиленд, покачав головой. – И знаешь, почему? Потому что все произошло не на улице, как она утверждала.

– Нет? А где?

– У неё в голове, дружище, – расхохотался Хэвиленд. – Все это произошло в голове мисс Элли.

Глава 2

Плечо теперь уже не болело.

Это было смешно. Когда вас ранят в плечо, вам кажется, что все это долго будет болеть. Но не болит. Вовсе нет.

Будь дело только в нем, Берт Клинг уже вернулся бы на работу – он был патрульным в 87 отделении. Но в комиссариате шефом его был капитан Фрик, и капитан Фрик сказал:

– Отдохни ещё неделю, Берт. Неважно, выпишут тебя из больницы или нет. Получишь ещё неделю отпуска.

И вот Берт Клинг отдыхал ещё неделю, и ему это совсем не доставляло удовольствия. Упомянутая неделя начиналась понедельником, теперь был вторник, на улице стоял прекрасный ясный осенний день, которым он всегда был рад. Но сейчас он ужасно скучал… Вначале в больнице было неплохо. Его навестили коллеги из полиции, заглянул к нему и кое-кто из детективов: он сразу стал популярной личностью в полицейском участке, и все только потому, что его ранили. Но потом популярность его прошла, посещения стали реже, и он только пролеживал бока на больничном матрасе и привыкал к нудному процессу выздоровления. Его излюбленным занятием стало зачеркивание дней в календаре. Он с радостью любезничал с сестричками, но развлечение это наскучило, когда он осознал ситуацию – пока ты пациент, ты обречен на роль зрителя. Так что он только перечеркивал день за днем и тешил себя мыслью о возвращении на службу, чего ждал и не мог дождаться.