Грабитель

Макбейн Эд

– Что я могу сделать?

– Ты полицейский, – сказала она.

– Молли, над этим делом работают лучшие специалисты города. Северный комиссариат проверяет всех, у кого на совести есть убийство. Я слышал, что один детектив из нашего округа уже несколько дней работает в паре с женщиной-приманкой. Они…

– Но никто из этих людей не знал мою сестру, Берт.

– Знаю, но…

– Ты знал её, Берт.

– Я только поговорил с ней минутку. Едва…

– Берт, те люди, что занимаются её смертью… Моя сестра для них –

только очередной труп.

– Это неправда, Молли. Они немало видят, но это не мешает им над каждым случаем работать изо всех сил. Молли, я обычный патрульный. Не могу лезть не в свое дело, если даже захочу.

– Почему?

– Тогда я попаду в дурацкую ситуацию. У меня есть мой маршрут, мои обязанности. Это моя работа. Расследование убийств в мои функции не входит. У меня могут быть большие неприятности, Молли.

– Моя сестра тоже попала в большие неприятности, – ответила Молли.

– Ах, Молли, – вздохнул Клинг, – не требуй этого, прошу тебя.

– А я прошу тебя.

– Мне жаль, но ничего сделать я не могу.

– Тогда зачем ты к нам приходил? – спросила Молли.

– Потому что меня просил Питер. Просил оказать ему услугу. Во имя нашей былой дружбы.

– Теперь я прошу тебя, Берт. И не во имя старой дружбы. Только потому, что мою сестру убили, а она была ещё ребенком и заслужила долгую жизнь, Берт, хоть немного более долгую.

Они шагали молча.

– Берт? – начала Молли.

– Да.

– Пожалуйста, помоги.

– Я…

– Вся полиция убеждена, что это сделано грабителем. Возможно, не знаю. Но моя сестра была беременна, а уж тут-то грабитель ни при чем. К тому же её убили у моста Гамильтона, и я хочу знать, зачем она туда пошла. Почему? Зачем?

– Не знаю.

– У моей сестры были друзья, я это знаю. Возможно, они что-то знают. Думаю, девушка могла кому-то довериться. Девушка, у которой есть тайна, да ещё такая. Она должна была с кем-то поделиться.

– Кого ты, собственно, хочешь найти, – спросил Клинг, – убийцу или отца ребенка?

Молли холодно взвесила возможности.

– Это может быть одно и то же лицо, – наконец сказала она.

– Нет, это маловероятно, Молли.

– Но такое тоже возможно, не так ли? А ваши детективы этой возможностью просто пренебрегают. Я с ними разговаривала, Берт. Они задавали мне вопросы, а глаза их оставались холодными, губы крепко сжатыми. Моя сестра для них только труп с биркой на ноге. Моя сестра для них не живой человек из плоти и крови. И никогда не была.

– Молли…

– Я их не обвиняю… Знаю, смерть для них обычное дело, как мясо для мясника. Но эта девушка была моей сестрой!

– Знаешь… Ты знаешь, с кем она дружила?

– Я знаю только, что она часто ходила в какой-то клуб. Знаешь, такой подвал, где собирается молодежь… – Молли помолчала. Ее глаза с надеждой впились в глаза Клинга.

– Попытаюсь, – сказал Клинг и вздохнул. – Но

только на свой страх и риск. И в нерабочее время. Официально я ничего делать не могу, ты же понимаешь.

– Понимаю.

– Как называется этот клуб?

– “Темпо”.

– Где это?

– Где-то возле Петерсон-авеню, в квартале от Кал-вер-авеню. Точного адреса я не знаю. Но все клубы сосредоточены там в переулках, в частных домах. – Она помолчала. – В детстве я тоже ходила в один из них.

– И я тоже; по пятницам, когда вход был свободным, – заметил Клинг. – Но не помню, чтобы какой-то клуб назывался “Темпо”. Это, видимо, новый.

– Не знаю. – Молли помолчала. – Пойдешь туда?

– Да.

– Когда?

– До четырех я на службе. Потом поеду в Риверхед и попытаюсь найти, где это.

– Позвонишь мне потом?

– Да, конечно.

– Спасибо, Берт.

– Я только простой патрульный, – сказал Клинг. – Не знаю, будет ли за что меня благодарить.

– Мне есть за что благодарить тебя, – сказала она, пожав ему руку. – Я буду ждать твоего звонка.

– Конечно, – Берт взглянул на нее. Похоже, прогулка её утомила. – Взять тебе такси?

– Нет, – ответила та, – я поеду в метро. Пока, Берт. И спасибо тебе.

Она отвернулась и пошла вверх по улице. Он проводил её взглядом. Сзади не было видно, что она ждет ребенка, выдавала только характерная тяжелая походка беременных женщин. Спина у неё была очень стройная, и ноги тоже. Он следил за ней, пока не потерял из виду. Потом перешел на другую сторону, свернул в соседний переулок и раскланялся с какими-то знакомыми.

Глава 9

В отличие от детективов, которые сами распоряжаются своим рабочим временем, патрульные работают по точно рассчитанному восьмичасовому графику. Пять дней они патрулируют с восьми утра до четырех пополудни, а потом пятьдесят шесть часов отдыхают. Вернувшись на службу, отбудут ещё пять дежурств, с полуночи до восьми утра, потом снова следуют пятьдесят шесть часов отдыха. Очередные пять смен у патрульного будут с четырех пополудни до полуночи. И снова перерыв, пятьдесят шесть часов – и карусель закручивается снова.

Система патрулирования не признает ни суббот, ни воскресений, ни праздников. Если не ваша очередь, то сможете спокойно насладиться Рождеством, а если ваша – извольте идти на службу. Или меняйтесь дежурством с коллегой-евреем, который хочет отпраздновать свой Рош Хашана. Это вроде того, как было в войну на авиазаводах. Единственная разница в том, что патрульному все тяжелее оформить страховку.

В тот понедельник утром Берт Клинг вышел на службу в семь сорок пять, – это было первое из пяти дежурств. Закончил он обход в три сорок. Вернулся в участок, переоделся в штатское в том же коридоре, где был следственный отдел, и вышел на неяркий солнечный свет предвечерней поры.