Грабители Скэйта
Шрифт:
Сетлин посмотрел на Старка со спокойным недоумением.
– Кому же другому будет даровано это счастье? – спросил он.
Старк ел. Желтые птицы топтались вокруг него, искоса поглядывая: они чувствовали в нем чужака. Музыканты закончили еду и снова взялись за свои инструменты.
Одна женщина встала и запела. Ее голос звучал как флейта.
– Теперь, – сказала Корверен, – я хочу знать, какие силы угрожают нам на востоке наших границ?
Старк, как мог, разъяснил ей.
– Я думаю, что главный вред от приземления двух
– Улетят с равнины, но не со Скэйта?
– И со Скэйта. Бендсмены прогнали все корабли и они больше не вернутся.
– Это хорошо, – сказала Корверен. – Мать Скэйта должна теперь посвятить себя своим детям.
– У тебя есть какое-то предсказание?
– У меня нет, но мой сын слышал Богиню, когда ночью свистел ветер.
Она приказала ему готовиться к супружеству… в эту зиму или в следующую. Я уверена, что она не станет ждать дольше.
Зажгли факелы. Праздник продолжался уже свободно. Музыка звучала по другому. Люди вставали и проходили между факелами, занимая места для танца.
Корверен встала и дружелюбно спросила:
– Вы сыты? Отдохнули? Хорошо, теперь вам пора уходить.
– Госпожа, – сказал Старк, – может быть, нам можно будет подождать до утра?
– У вас будет проводник, и Три Королевы осветят вам путь.
Сейдрин…
Молодой человек угрюмо сказал:
– Я пропущу танцы…
– Нельзя заставлять ждать ту, что ждет этих двух людей. И обмануть ее тем более. Не забывай этого, Сейдрин.
Когда молодой супруг двинулся к танцующим, Старк удержал его за плечо.
– Сетлин, твоя мать сказала, что я должен тебя спросить, кто требует нас и почему?
– Если я тебе это скажу, то ты попытаешься избежать той, кто тебя требует. Так ведь? – Сетлин улыбнулся и высвободился. – иди с моим братом.
Сейдрин взял фонарь и позвал двух мужчин. Он направился с ними в дом Зимы.
Не имея выбора, Старк и Аштон поблагодарили Корверен за гостеприимство и пошли вслед за ними.
Они прошли мимо площадки для танцев. Сетлин держал за руку глупо глядевшую девушку. Ее длинные волосы украшали гирлянды. Томные флейты и нежные струны подбадривали танцующих. Сетлин выступил вперед со своей партнершей и начал танец лабиринта, грациозный и одновременно зловещий.
Барабаны били мягко и настойчиво, как маленькие сердца.
– Как все это закончится? – спросил Сейдрина Аштон.
– Девушка с гирляндами – она символизирует лето – будет заведена все глубже в лабиринт, пока не упадет от усталости.
– Она умрет?
– Еще не скоро, – сказал Сейдрин. – По крайней мере, я не допущу этого.
– Почему, – вмешался Старк, – вы так торопитесь получить мир Богини?
Сейдрин бросил на него откровенно презрительный взгляд.
– Ее господство очень велико. Мы только хотим ускорить ее приход.
Я надеюсь, что увижу его. Я надеюсь также, что прежде чем Богиня возьмет меня, я опущу глаза с этого места и увижу почерневшие
– Их очень много, – сказал Старк.
– И все они приносят жертвы Старому Солнцу, чтобы сохранить его жизнь. Богиня еще не скоро воцарится на всем Скэйте.
– Куда ты ведешь нас? – спросил Аштон.
– Вниз, – сказал Сейдрин, – в джунгли. Как только вы окажетесь внизу, можете идти куда хотите.
– Нам нужно оружие.
– Здесь нет ничего острого, кроме кухонных ножей и серпов для жатвы. И мы их не дадим, даже если бы вы очень попросили, – добавил он.
Масса дома поглотила их, заглушив музыку и закрыв танцоров.
Внутри тоже был лабиринт, но полный ловушек и капканов, предназначенных для любого врага, если он сюда проникнет. Сейдрин, с единственным фонарем, провел их через все эти западни и вывел из пещеры, достаточной для людей, желающих только перезимовать.
Правда, Старк сомневался, что зима так уж сурова на этом плато.
Храм, вероятно, более всего был ритуальным зданием, нежели необходимостью. Видимо, питание будет проблемой. Равнина была бесплодна даже летом. – Что вы делаете в этих берлогах? – спросил Старк.
– Цветы и травы отдыхают, мы – тоже.
В чем-то вроде маленького зала с очагами и каким-то низким потолком Сейдрин открыл один из множества каменных кувшинов, стоявших в стороне рядом с ларями с зерном и сосудами для воды. Кувшин до краев был полон высушенными головками цветов; оттуда исходил крепкий аромат, способный помутить разум.
– Живые – они давали нам свою дружбу, мертвые – они дадут нам грезы. Зима тем нам и сладка.
Он осторожно опустил крышку, и они пошли дальше. Пещеры были чисты и хорошо снабжены продовольствием. Однако, Старк не позавидовал народу Найтис и его жизни.
Согнувшись, они прошли по узкому коридору и внезапно очутились на свежем воздухе на узком карнизе, похожем на птичий насест.
Карниз был высоко над джунглями. Только что взошла первая из Трех Королев, ее света было достаточно, чтобы Старк мог видеть дорогу.
Аштон тоже видел ее. Он пробормотал что-то про себя, не то ругательство, не то молитву, а может быть и то, и другое.
Сейдрин погасил фонарь и отставил его в сторону, ему нужны были свободные руки. Он начал спускаться.
Скалы, все в ямах от падения камней, были изъедены ветром. Дорога была то как тропинка, то как лестница, и иной раз приходилось просто держаться за непрочную опору в виде трещин в скале.
Снизу поднимался горячий воздух, крутящимися потоками, которые жестоко набрасывались на людей. Иногда тропинка шла внутри скалы. Сюда яростно врывался ветер и толкал их вверх. В некоторых местах была установлена хитроумная система веревок и блоков. Старк подумал, что они, видимо, были предназначены для облегчения подъема людей, возвращающихся с нижних земель с добычей.