Грабители
Шрифт:
Снайдер неохотно повернулся и заложил руки за спину. Тут же он почувствовал, как холодные браслеты сомкнулись на его запястьях. Он втянул голову в плечи, ожидая удара сзади.
Но грабитель просто взял его за руки, повернул и усадил на стульчик, покрытый мягким полотенцем.
— Вот и все! — сказал он. — Вам ведь неплохо? — спросил он. — Отлично! Теперь мы снабдим вас посланием к Лозини.
Снайдер поднял к нему нахмуренное лицо:
— К кому?
— Лозини, — повторил грабитель. — Алану Лозини!
Снайдер
— Я не понимаю, что вы хотите этим сказать.
— Вы никогда не слышали об Алане Лозини?
— Никогда в жизни.
Грабитель задумался на несколько секунд, потом пожал плечами.
— Впрочем, это неважно, — сказал он. — Он все сообразит! Рад был познакомиться с вами. Доброй ночи!
Снайдер, наклонившись вперед, остался сидеть на стульчике.
“Это невероятно, — подумал он. — Так ведь уже было!”
Незнакомец на мгновение остановился у двери.
— Я оставлю вам свет, — сказал он и, приветственно взмахнув рукой, удалился.
Снайдеру понадобилось двадцать минут, чтобы выбраться из ванной и позвонить по телефону...
Глава 9
Сидя за столом в своем номере отеля Охно Хуз, Паркер считал деньги. Девятьсот — “Нью-Йорк Рум”, три сотни — с пивоваренного завода.
Расписки на кредитных карточках ресторана и чеки с завода были разорваны на мелкие кусочки и брошены в реку. Теперь ресторан никогда не вернет себе денег от клиентов, а вот завод от большинства своих заказчиков получит новые платежные чеки. Но это операция долгая и неприятная.
В комнате горела только лампа, стоящая у локтя Паркера. Штора время от времени вздымалась, колеблемая легким бризом. Кровать была расстелена, и на ней лежали две куртки с застежками-молниями.
Паркер считал, медленно и аккуратно распределяя деньги на две равные стопки.
Грофилд вышел из ванной, потянулся, зевнул и потер себе щеки.
— О, эта шерсть! — воскликнул он. — Не понимаю, как лыжники терпят ее.
Паркер продолжал молча считать деньги.
— Шестьсот долларов каждому... — наконец сказал он.
— Вот как! — отозвался Грофилд. — А еще говорят, что преступление не оплачивается!
— Этой ночью мы нанесем еще один удар.
— Да? А который сейчас час?
— Без четверти четыре.
— Лозини, безусловно, уже предупрежден, — сказал Грофилд. — Его ребята теперь, вероятно, начеку.
— Конечно. Но они же не могут держать в поле зрения весь город.
Паркер выдвинул ящик стола и достал оттуда записную книжку, в которой Грофилд делал записи в библиотеке.
— Что ты предлагаешь? — спросил Паркер у Грофилда.
— Надо подумать.
Паркер встал, а Грофилд сел на его место за столом. Пока он листал записную книжку, Паркер подошел к окну и отдернул штору. Лондон-авеню освещалась слабым светом фонарей. Поперек улицы по-прежнему
— Ну, вот, нашел! — воскликнул Грофилд. Паркер обернулся.
— “Мидтоун-гараж”, — сказал Грофилд. — Эта четырехэтажная стоянка работает круглые сутки. В пятницу вечером они должны собрать немного наличности, которая, должно быть, находится там же.
— А где это?
Грофилд протянул руку к окну.
— В двух кварталах отсюда. Можно пойти пешком.
— Нет, поедем на машине, — сказал Паркер. — Мы въедем и выедем в машине. Это же гараж!
— Согласен! — Грофилд убрал записную книжку в ящик стола и на минуту задумался. — Деньги тоже?
— Почему бы и нет!
Грофилд положил обе пачки денег поверх записной книжки в ящик стола и запер его.
Они натянули куртки, и Паркер окинул беглым взглядом комнату: не забыли ли чего?
— В путь!
Чтобы не привлекать внимания, они не стали вызывать лифт и спустились вниз пешком. Внизу, повернув налево, можно было попасть на пустырь, но они повернули направо, прошли по небольшому коридору к двери, что выводила из отеля недалеко от магазина. Сегодня ночью они уже проходили этим путем, никого не встретив.
Дверь выходила на сильно освещенную узкую улочку, казалось, полностью состоящую из магазинчиков и небольших лавочек.
Паркер и Грофилд прошли по ней, удаляясь от Лондон-авеню и отеля, метров через триста остановились около “бьюик ривьера”, темная масса которого выделялась в полутьме. Никаких машин и никаких прохожих, кроме них самих, на улице не было.
Паркер достал из кармана дюжину ключей, висевших на металлическом кольце, и пытался открыть дверь машины. С пятой попытки она отворилась. Он скользнул за руль, потом наклонился и открыл дверцу Грофилду.
Мотор завелся быстро, и они проехали множество каких-то улочек и переулков, затем, проскочив мимо гаража, развернулись так, чтобы подъехать к нему со стороны улицы, противоположной отелю.
Улицы были пустынны, но, пересекая Лондон-авеню, они почти сразу же увидели патрульную машину полиции, потом еще две других. Они ехали на малой скорости. В каждой сидели по два человека.
— Твой друг Лозини не теряет времени даром на принятие контрмер, — заметил Грофилд.
— Он не идиот, но он нетерпелив, — ответил Паркер. — Ему хочется все делать быстро, и он излишне вспыльчив.
— И тогда делает глупости, — продолжил Грофилд.
— Верно!
Молодой негр лет девятнадцати сидел в будке при въезде в “Мидтоун-гараж”. Пронзительная музыка, доносящаяся из его транзистора, позволяла, видимо, бороться со сном. Сидя на табуретке и положив ноги на прилавок, парень сонным взглядом смотрел сквозь окно будки на улицу.