Грабители
Шрифт:
— В конторе “Ночных” все нормально. Потом звонил директор “Ривьеры”, чтобы узнать платежеспособность “мистера Флинна”.
— Восхитительно! — воскликнул Ральф Висс. Он еще раз пошарил в своем мешке, чтобы убедиться, не затерялась ли там какая-нибудь купюра. Убедившись, что вынуто все, он закрыл его. — Ну что ж, мы пошли!
— Я вызову Уэбба.
Они отправились к двери.
— До скорого! — сказал Элкин.
Паркер кивнул. После ухода Висса и Элкина, Паркер позвонил Филлу Уэббу, шоферу, который находился у “Ночных”.
—
Несколько минут спустя появились Том Харли, Далесиа и Стен Деверс. Они несли мешки, полные денег. У Харли на губах играла жесткая и агрессивная улыбка.
— Жаль, что тебя там не было, Паркер! Пришлось опять оставить карты и встретить вошедших.
— Никаких осложнений? — спросил Паркер.
— Просто конфетка! — ответил Том Харли. — Этот плешивый парень, как его зовут?
— Дэн Викца.
— Он и Флорио стали закадычными друзьями. Здорово, да?
— А что мы сделаем с бабками? — спросил Ник Далесиа.
Паркер локтем сдвинул карты на край стола.
— Положите сюда. Вы еще не считали их?
— Мы сейчас займемся этим! — сказал Том Харли, потирая руки и улыбаясь всем присутствующим своей холодноватой улыбкой. — Обожаю считать чужие деньги!
— Теперь они наши, — заметил Далесиа. Они дернули застежки полиэтиленовых мешков, сняли свои пояса и высыпали их содержимое на стол. Посередине стола образовалась целая зеленая горка. Начался подсчет. Деньги раскладывали сначала в пачки, потом сосчитали их, суммируя общий итог. Ник Далесиа, закончив считать, с улыбкой сообщил:
— Сорок семь тысяч шестьсот долларов!
— Совсем неплохо, — заметил Том Харли. Затем он увидел небольшую кучку банкнот, лежащую на низком столике, и спросил:
— Это из кинотеатра? Паркер кивнув, затем сказал:
— Там две тысячи четыреста пятьдесят.
— Значит сейчас, — сказал Далесиа, — общая сумма составляет пятьдесят тысяч пятьдесят долларов.
Харли, кивнув на гостиную, пошутил:
— Мы оставим их хозяевам квартиры. В благодарность за гостеприимство. На чай!
— Дэн Викца и его ребята уже отправились на следующий объект? — спросил Паркер.
— Да-да! — ответил Ник Далесиа, глянув на часы. — Нам тоже пора! Пока, Паркер!
Трое мужчин вышли из квартиры.
Паркер вошел в спальню, мрачно глянул на запертый шкаф с Фараном, и спрятал все деньги в один из ящиков комода. Затем вернулся в гостиную и вновь занялся пасьянсом.
Было около двух часов ночи.
Глава 19
Калезиану снилась какая-то черная гора, покрытая снегом. Телефонный звонок вырвал его из сна, и он, плохо соображая, открыл глаза. Во рту пересохло. Телефон продолжал настойчиво звонить. Лежа на боку, Калезиан ухом, прижатым к подушке, слышал глухие удары своего сердца. Он протянул руку к аппарату, взял трубку и, прижав ее к другому
— Алло!
— Калезиан?
Голос был очень знакомый, но спросонья Калезиан все еще не мог сообразить, кто это. Понял только по тону, что это был некто достаточно высокопоставленный.
— Да, слушаю! Кто это? — спросил Калезиан.
— Говорит Дюлар, болван, проснитесь побыстрее!
Я уже проснулся! — сказал Калезиан, внезапно почувствовав страх. Подняв голову и облокотясь на подушку, он повторил: — Я проснулся, что произошло?
— Сейчас я скажу вам, что произошло! Шестеро парней напали на “Ривьеру”!
— Что?
— То, что вы слышите, черт возьми!
— Ограбление...
— Это, безусловно, ваш “друг” Паркер, — оборвал его Дюлар. — Это не может быть никто другой.
— Боже мой!
— Бог здесь ни при чем, — проговорил Дюлар жестким и ядовитым тоном. — Я не позволю ощипать себя на пятьдесят тысяч долларов какому-то проходимцу, Калезиан!
— Я не... — Калезиан потер лицо руками, пытаясь побыстрее прийти в себя. Он уже сидел на кровати, совершенно проснувшись. — Вы сказали, их было... шестеро. Но откуда?
— Он просто вызвал своих друзей, — все так же жестко продолжал Дюлар. — Этот мерзавец объявил войну, Калезиан! Вы с самого начала вели себя, как олухи! Ты и твой слабоумный Буанаделла!
— Им всем удалось скрыться? — спросил Калезиан. Вопрос был настолько глупым, что Калезиан сразу же понял это. На него даже не следовало ждать ответа. Но Калезиан не нашел ничего лучшего. Соображал он еще туго, оглушенный не столько сном, сколько неприятным сообщением о налете.
— Я еду к Буанаделла, — холодно сказал Дюлар. То, что он назвал Датча только по фамилии, было плохим знаком. — И я не хочу никого из вас видеть, пока вы не поймаете Паркера. Я буду там через четверть часа, и вы хорошо сделаете, если тоже приедете.
— Да, конечно, — ответил Калезиан, но Дюлар уже бросил трубку.
Калезиан положил трубку на аппарат, слез с кровати и несколько минут неподвижно стоял в темноте... Ему не хотелось зажигать свет... Не хотелось осознавать реальность. Не хотелось даже как-то реагировать на все эти неприятности.
Он, Калезиан, должен был это предвидеть. Он должен был понять, что Паркер задумал большую операцию. Так вот почему этот подонок исчез из их поля зрения!
“Пятьдесят тысяч! — подумал Калезиан. — И это, видимо, только начало...”
Калезиан подошел к окну и некоторое время бездумно смотрел на город, погруженный в темноту, на черное безлунное небо.
Расплывчатые пятна фонарей почти не давали света.
Калезиан понимал, что Паркер где-то тут, затаился в темноте... И он уже не один.
На улице, должно быть, было душно, но в комнатах работал кондиционер, и Калезиана даже слегка знобило, главным образом, пожалуй, от возбуждения и предчувствия тревоги.
“Подходящая ночь, чтобы умереть!” — подумал он печально.