Грабители
Шрифт:
— Ну так принесите мне ваш трек, и я его послушаю, — просто предложил Филсберг. Ему стало казаться, что эти люди не лгут. Уж больно по-идиотски они выглядели.
— Давайте сначала о цене и ваших возможностях, — заговорил Фредди Чингис, — а то вы, может быть, сами пустышка, мистер Филсберг.
— Это я пустышка?! — взвился хозяин кабинета и даже вскочил из-за стола, но тут же взял себя в руки, поняв, что его специально подначивают. — А ты хитрец, хе-хе. Вот ведь какой пройдоха. — Филсберг погрозил Чингису
— Хорошо, если продадим, делим прибыль пополам. Пятьдесят процентов вам, пятьдесят мне.
— Так не пойдет, дорогой мистер Филсберг, — произнес осмелевший Царик.
Он поднялся, подошел к столу и прикурил сигару от электронной зажигалки. Сигара плохо тянулась, и Царику пришлось отгрызть ее кончик.
— Мое предложение — всем по тридцать три.
— Отлично, а куда еще процент?
— На празднование…
— Ах вот как, — Филсберг забарабанил по столу пальцами обеих рук, словно исполняя на пианино нервную пьесу. — Ну хорошо, я согласен. Несите трек. — И, спрятав беспокойные руки под мышки, добавил: — Но помните, в империи за подобные штучки предусмотрена смертная казнь.
— Это вы к чему?
— К тому, что без меня вы ничего не продадите. Здесь у вас никто ничего не купит — побоятся.
— А где купят? — спросил Царик. Его уверенность сразу куда-то улетучилась.
— Только за границей, джентльмены… Заграница нам поможет.
42
Когда Монро с уцелевшими солдатами вернулись к лагерю, они поняли, что их потери на горном плато ничто по сравнению с тем, что творилось в каменоломнях. Особенно пострадала техника.
Один из роботов лежал возле карьера с изрубленной верхней частью. Кабина представляла собой решето, и было ясно, что пилоту спастись не удалось.
Не помня номера машины Саломеи, Жак в смятении стал искать кого-нибудь, кто сообщил бы ему о ее судьбе, но люди вокруг лихорадочно тушили горящие танки и перетаскивали трупы — нового налета можно было ожидать в любую минуту.
Сбежав в карьер, Монро сразу же наткнулся на Саломею и, не удержавшись, крепко обнял ее. Затем разжал объятия и спросил:
— Кто?
— Грэй, — ответила та.
В глазах девушки Жак ни увидел ни слезинки. Он знал, что ей не впервой терять товарищей. Как-никак четвертая кампания.
А для Жака все это было впервые. Он до сих пор тяжело переносил утрату, а когда старался об этом не думать, то впадал в какой-то полусон. Видимо, так защищалась его нервная система.
Прошло два дня с тех пор, как дольтшпиры совершали массированный налет на лагерь. Остатки отряда зализывали раны и перебирали побитую технику.
Когда стемнело, прибыл небольшой караван с продуктами. Его сопровождал лично Мастар.
— Мирного всем вечера, — вежливо поздоровался спешившийся под высокими
Пламя нескольких костров освещало пещеру и стоявшие в ней «скауты».
— Присаживайтесь у нашего очага, достопочтимый староста, — ответил на приветствие Вильямс. — Мы очень рады, что вы о нас не забываете. Не боитесь навлечь на себя гнев воителей из Энно-Вайс?
— Нет, они не тронут нас, если только мы не пойдем против них открыто.
Мастар присел на большой камень, прикрытый солдатской курткой.
Тут же у костра находились Фэйт, Саломея и Бонн. Они молча смотрели на огонь. Фэйт курила.
— Снаружи я видел сосем мало солдат, — заметил Мастар.
— Да, мы понесли большие потери, — сказал Вильямс и посмотрел на Монро, который сидел в стороне, уставившись в уходящую в глубь горы темную штольню.
Вошел перепачканный маслом капитан Фарнбро. Он со своими танкистами как мог восстанавливал ту технику, которую еще можно было восстановить.
— Ну что? — повернулся к нему Вильямс.
— На ходу шесть машин, но, если собрать полный комплект и заправить по полному баку, мы будем иметь только четыре машины. На этом топливе они смогут пробежать две тысячи километров.
— Понятно, — кивнул полковник. Затем он повернулся к Мастару и спросил: — А что, нельзя ли договориться с этими из Энно-Вайс о перемирии? Собственно, мы никаких претензий к ним не имеем.
— Нет, — решительно произнес староста. — Вы не нужны им живые. Они опасаются, что вы станете глазами и ушами тех, кто строил пирамиды… Пока вы здесь, правители из Энно-Вайс не могут грабить эти величественные могилы. Вы не нужны им живыми, — повторил Мастар.
— Чушь какая-то.
Монро поднялся со своего места и сказал:
— Сэр, я хочу подняться на ту гору…
— Зачем, Жак, чтобы тоже остаться там? — спросил полковник.
— Я хочу наконец разобраться, что там случилось. Ведь это я послал туда людей. В том, что они погибли, есть и моя вина.
— Это война, Жак, и на войне солдаты, к сожалению, погибают. Я не хочу, чтобы нас стало еще меньше.
Монро не смог ничего возразить и стоял молча.
Возле «скаутов» суетились солдаты. На сооруженных своими руками носилках они переносили в пещеру боекомплект, сохранившийся на машине Грэя.
Бонн и Саломея пошли к ним, чтобы распорядиться лишними коробами с патронами. Они поднялись в кабины, и вскоре на «скаутах» засвистели набиравшие обороты генераторы. Машины встали на колено и опустили манипуляторы, чтобы удобнее было добраться до пушек.
— Хорошо, — произнес полковник, не оборачиваясь. — Кого ты возьмешь с собой?
— Луща и Шапиро, — глухо ответил Жак.
— Иди и держи связь.
— Есть, сэр, — живо ответил Монро и закинул на плечо винтовку.