Грабители
Шрифт:
– Боб, может, ты переговоришь со своим напарником? Объясни ему, что лучше остаться живым и надеяться на то, что в будущем удастся выступить на суде свидетелем обвинения, если я попаду за решетку, чем получить пулю в лоб.
– Мы не сумасшедшие, – холодно ответил полицейский Джарвис. – На рожон мы не полезем, дождемся подходящего момента.
Сидевший рядом с ним напарник заметно расслабился, видимо отказавшись от планов ударить Томми по башке, зубами открыть дверцу машины и рвануть к ближайшему полицейскому участку за помощью.
– Вот и хорошо, – с удовлетворением
– Тогда остается выяснить, – сказал Джарвис, – насколько благоразумны твои люди.
– Мы не собираемся убивать вас, если только вы не заставите нас применять оружие, – ответил Паркер. – Теперь все ясно?
– Не совсем, – пробормотал Джарвис. Переговоры по радио прошли успешно, передача груза состоялась, Мак-Кей с Деверсом возглавляли теперь конвой, ведя его за собой по дороге.
– Мне нравится аккуратная работа, – усмехнувшись, сказал Томми. – Аккуратная, умелая и организованная.
– Тогда тебе понравится и в тюрьме, – ядовито заметил безымянный полицейский. Никто не отреагировал на его слова. Его реплика осталась без ответа, промолчал даже полицейский Джарвис. Лицо его напарника залила краска.
Заморгав, он демонстративно уставился в окно, притворившись, что покраснел не от того, что совершил оплошность; он даже прикусил себе щеку, лишь бы не краснеть, но и это не помогло.
До выезда на шоссе номер 51 оставалось несколько миль. Они свернули на север, следом за Ноэл, которой предстояло добираться до Спрингфилда по шоссе номер 51 и номер 29. Но сидевшим в «додже» не надо было ехать так далеко. Они не доехали даже до Рамсея; за несколько миль до этого городка они свернули вправо, на узкую дорогу, ведшую к реке Казказкиа.
Именно здесь Мак-Кею с Деверсом предстояло остановить конвой и объявить всем, что они получили сообщение по радио о серьезной аварии, случившейся впереди, неподалеку от Гамбурга, и о том, что дорога заблокирована. Поэтому им придется сделать объезд через Рамсей и Хиллсборо, с тем чтобы у Гринсвилла выехать на основную магистраль. Если у кого-нибудь из сопровождавших трейлер окажется под рукой карта, маршрут этот не вызовет подозрений: отклонение от основного направления покажется незначительным.
В случае, если бы у них возникли осложнения, Деверс должен задать по радио вопрос: «Это Тобин?» Тогда Паркеру, Томми и Лу Стернбергу пришлось бы срочно уносить ноги из этого региона, предоставив Мак-Кею и Деверсу на свой страх и риск самим выпутываться из сложившейся ситуации.
Проехав с полмили по боковой дороге, они с Томми увидели узкую, грязную грунтовую дорогу, сворачивавшую вправо. Томми развернул машину носом к ней и остановился, не выключая мотор и фары.
– Выходите из машины, – приказал Паркер. – Но медленно и осторожно.
Джарвису предстояло вылезать со стороны Томми, второй полицейский остался на попечении Паркера. Все прошло гладко, и оба полицейских, выбравшись из машины, покорно отправились в лесок по правую сторону от дороги. Там их усадили на землю, спиной
– Мы еще встретимся с вами, – пообещал более молодой полицейский. Чтобы потешить собственное самолюбие, он разговаривал агрессивно и грубо.
– Ты и не узнаешь меня, даже если доведется встретиться, – рассмеялся в ответ Томми. – Как ты отличишь одного хиппи от другого?
– Твои космы просто для маскировки, – громко и зло возразил полицейский, – неужели ты думаешь, что я куплюсь на это? Я запомнил, как ты выглядишь, и не забуду твое лицо.
Томми расхохотался, ухватившись за дерево, чтобы не свалиться. Паркер, наблюдавший за другим полицейским, Джарвисом, увидел, что тот не собирается реагировать на слова своего напарника. Как и Паркер, он понимал, что его партнер только что сморозил глупость, и не имело значения, соответствовала она истине или нет. Если он сейчас соврал, то выставил себя дураком, а если сказал правду, то просто напрашивался на то, чтобы его убили.
– Парень, ты не тот, за кого себя выдаешь, – выдавил Томми, все еще продолжавший смеяться. – Ты занимаешься не своим делом. С удовольствием держал бы тебя для забав в клетке, тыкал бы тебя время от времени палкой и наслаждался твоей болтовней.
– Именно так мы с тобой и сделаем, – спокойно ответил Джарвис. Он не угрожал и не бахвалился, как его напарник, и на Томми это разу произвело впечатление.
Он утратил игривое настроение и стоял, не сводя глаз с Джарвиса. В ярком свете фар Паркер заметил, что Томми собирается ударить полицейского. Паркер не видел в этом ни смысла, ни необходимости.
– Пошли, время поджимает, – вмешался он. Томми медленно обернулся к нему, глаза его угрожающе сверкнули в свете фар.
– Ладно, – безучастно согласился он и следом за Паркером побрел к машине.
Теперь они поменялись местами. Паркер сел за руль, а Томми занял место рядом с ним. Паркер подал машину назад, с трудом развернулся на узкой дороге и поехал назад, к двухполосному шоссе. Выехав на шоссе и никуда не сворачивая, он поставил машину так, что практически загородил проезжую часть дороги. Сбросив скорость, медленно выворачивая руль влево, он проехал несколько футов, поставив машину так, что правое переднее колесо оказалось на обочине. Кузов машины по диагонали перегораживал дорогу, а свет ее фар был виден с той стороны, откуда приближался конвой.
– Ты сумеешь вывести ее потом на дорогу? – поинтересовался Томми.
– Да, – коротко ответил Паркер. Выключив мотор, он не стал гасить фары и вылез из машины. Томми выбрался следом за ним. Они пересекли шоссе и вдоль обочины прошли около двухсот футов в южном направлении. Фары «доджа» освещали им путь. Остановившись, Паркер на глаз измерил расстояние, отделявшее их от машины.
– Достаточно, – решил он и, сойдя с шоссе, скрылся за деревьями.
Отойдя футов десять – двенадцать от шоссе, они остановились. Прислонившись спиной к деревьям, они ждали появления конвоя, внимательно следя за дорогой.