ГРАЧ^2
Шрифт:
— Пфф, тогда сам всё выясняй, — резко отвернулась в сторону блондинка.
— Однако есть серая зона в инструкциях, где я могу следовать на расстоянии в два метра или двадцать. Будете мне пояснять, что я не знаю, Государыня, расстояние будет расти. Ну, а на нет, придётся мне следовать за Вами по пятам. Ведь я так глуп и неотёсан, — улыбнулся я.
— Ладно, мне достаточно женского отряда, что ходит за мной, словно фата за невестой, — проворчала блондинка, после чего встала, подошла к стене, около которой стояла зелёная доска на колёсиках, взяла мел в руки и нарисовала несколько
— Необязательно, среди них разное соотношение бывает. На меня как-то напал дяденька-медведь, у него голубого цвета в ауре вообще не было заметно, зато красного море. Это не такая уж слабость на самом дела, у них колдовство плоти гораздо сильнее, регенерируют почти мгновенно, практически оборотни без привязки к какому-то тотему, — вставила брюнетка, делавшая до этого странные телодвижения внутри кресла, пока ей казалось, что мы её не видим.
— Не важно! — явно возмущённая тем, что её перебили, заявила Варвара, почесала нос и продолжила. — Я и говорю, что у перевёртышей в строении таланта база — сочетание подавляющего количества «Плоти» к небольшому числу «Превращений». С этим можешь поспорить, Чашка?
— Я не «Чашка», а Аня. И вообще, перевёртыш — скука. Что о них вообще говорить? — буркнула миниатюрная девушка, которая, кажется, утопала в огромном кресле-мешке всё сильнее.
— Хорошо. Допельгангеры — маги превращений. У их талантов более сложная структура, где части маны «Плоти» в меньшинстве. Примесей другого нет, — продолжила аристократка.
— Бывают и с примесями, но допельгангеры не обладают большим их количеством. Поэтому они не могут превратиться в стихию, — смирившись в поглощением креслом, произнесла Аня, словно ничего странного не происходит.
— … — блондинка промолчала, затем молча нарисовала несколько схем с озвученным описанием разным типам превращающихся волшебников, после чего подписала «мультяшка» около структуры из треугольника вписанного в шестиугольник. — Это такие говорливые и наглые, как Чашка. Сразу видна суть монстра!
На этих словах великая княжна положила мел и быстро прошла к выходу, громко стукнув дверью на прощание.
— Я так понимаю, «мультяшки» как-то связаны с мимиками? — спросил я.
— …
— Неудобная тема? — уточнил я.
— Помоги, магия не работает, не могу выбраться, — смирилась Аня, явно отказывавшаяся показать слабость перед Варварой.
Я протянул руку, но поднял её далеко не так просто, как хотелось бы.
— Ну ты и дистрофик, я же пушинка! — возмутилась брюнетка.
— Так ответишь? — уточнил я, показав на схему.
— Нечего добавлять! Я — чудовище! — заявила девушка немного дрогнувшим голосом и ушла.
Я ничего не понял, но на следующее утро на меня натравили целый женский отряд.
Глава 5
Утром у меня был очередной разговор с Салтыковым.
Он протянул мне небольшую книжку и пластиковую карточку: паспорт Гражданина Российской Империи.
Так как ранее я не считался номинально человеком, для меня это было впервые. Хотя фальшивые
Достаточно клейма…
— Ты не рад? — уточнил мужчина.
— Не могу определить, — проворчал я, после чего Шкипер протянул мне ещё одну папку. — А это что?
— Аттестаты об образовании с баллами, достаточными для поступления в Государственный Императорский Университет Дисциплин Волшебства и Алхимии.
— В смысле? — не понял я.
— На территорию учебного заведения пускают исключительно студентов или работников «охранки». Телохранителей это также касается, — усмехнулся старик. — охранка приезжает только при ЧП.
— Но я же окажусь на другом курсе?
— Присмотришь за Анной. А факультет выбирать не придётся: Прикладное Волшебство. Туда впихнуть тебя вполне реально в отличие от тех, где аншлаг.
— Я же не волшебник.
— Это проблема, но будем честными, не критичная. Теорию сдашь, а в остальном просто пропихнём, — пожал плечами Салтыков.
— Раз надо, повинуюсь… Но я думал, что просто буду дожидаться у аудиторий или на улице, — признал я.
— Всё равно без студенческого так нельзя. Это правила ГИУДВА, заверенные лет триста Императором, так что нарушитель становится преступником вне зависимости от целей такого вторжения. Не совать же тебя в охранку со столь свежими документами? Там Канцелярия проверку устроит тщательней, чем при отборе в Императорскую Семью. Так что проще так. Не пройдёшь по баллам теории, суну на платное, но тогда окажешься в группе, где не сможешь проследить за своими внучатыми племянниками, — чему-то улыбнулся мужчина.
— Хм, потомки главной ветви Грачёвых? Мальчик и девочка, значит? — уточнил я.
— Да.
— Не интересуют, — проворчал я, положил перед собой папку и взглянул в паспорт. — Денис Денисович Грачёв? Зачем?
— Ураевых в стране всего триста, а Грачёвых больше восьмидесяти тысяч. Далеко не только твой клан носит эту фамилию, проще затеряться и создать фальшивую биографию, — спокойно объяснил Салтыков.
— Понятно. Мне казалось, куда логичней сделать фальшивку на базе легенды о сироте, — пробормотал я, изучая бумаги, среди которых оказалось свидетельство о смерти семейной пары Грачёвых.
— Настоящие. Я их знал, потому мне и пришла в голову мысль о подобном. Забавно, что ты с Денисом был тёзкой, хотя он никакого отношения к твоему клане не имел, но был близок к получению аристократического титула, если бы прожил немного дольше.
— Значит, у него есть знакомые, которые ни о каком сыне не знали? — уточнил я.
— Ну, от его жены не было, но ты сам понимаешь, что на стороне вполне мог быть признанный сын, — сказал старик.
— Не понимаю, — честно признал я.
— Да уж, в общем, я передам тебе немного позже различные нюансы твоей легенды, а теперь иди вниз. Государыня просила тебя явиться на тренировочное поле к 9–50. И да, именно она потребовала для тебя такого имени, варианты я подбирал только после этого. Плюсы очевидны, ты привлечёшь внимание близнецов Грачёвых одной фамилией, — заявил Салтыков.