ГРАЧ^5

Грильяж

— Пародии это вообще не твоё. Да и как его узнать, если из лаборатории я выбиралась: у него были шрамы, но не было волос, а у Василия Браво лохматость — главная отличительная черта, да и тех шрамов ни одного! — всплеснула руками мультяшка.

— Ты совсем недавно мне заявляла, что можешь превратиться в любого, кого видела, а помнишь всех, — напомнила Варвара.

— Я тогда совсем мелкой была и под воздействием каких-то зелий, — вздохнула девушка в образе Марианны Лепоты.

— Так ты и сейчас мелкая… не надо на меня так

смотреть. Не надо, нападение на человека из семьи уголовно наказуемо!

— Я тоже из семьи, сама слышала, что все мультяшки — твои родственницы! — произнесла Некрасова, хмуро глядя вслед продолжающей идти вперёд великой княжне. — Ладно, проехали. Тогда я была совсем ребёнком. Обидно, что мои родители оказались не злодеями, а просто дураками, которые хотели меня спасти. А ведь всё из-за того, что меня кормили овощами и травой всякой! Вообще всё они виноваты!

— Но тебе же стало легче, когда Денис Денисович всё нам рассказал? — уточнила Варвара.

— Тц, те не виноваты, эти не виноваты, а других он убил! Бесит! Может, я сама планировала вернуться и того учёного растерзать в облике дракона? — буркнула Некрасова.

— Зачем это делать самой, если есть муж? — непонимающе уточнила великая княжна. — Впрочем, всем было бы лучше, если бы он не убивал, а задерживал и отправлял на честный и справедливый суд.

— Ой, какая же ты… ладно, не буду обижать тебя, ты и так еле ноги волочишь, — фыркнула мультяшка.

— Оно того стоило. Не помню, что происходило после третьего… наслаждения… Ах! Почему Аркадия нам не сказала, что это так замечательно? — мечтательно прислонив пальцы к своим щекам, пробормотала блондинка.

— Она только ограничения создаёт. Я вообще не понимаю, почему она сказала нам, чтобы мы ни в коей случае не разубеждали Дениса, что нам неприятно заниматься любовью? Что за ограничение: «Пока первенца не родите»? — проворчала Некрасова.

— Не знаю. Может ревнует?

— А я знаю! Она просто завидовала, хотела быть на нашем месте. Иначе бы не сообщила это правило, когда рассказала о своей беременности, — возмутилась Аня, затем куда тише добавила. — Впрочем, у меня другой вопрос. А ты не боишься, что нашего Грачёва убьют из-за тебя?

— В смысле? — не поняла великая княжна.

— Я видела, как ты купила то зелье и выпила его перед прилётом его самолёта, — сузив глаза, произнесла мультяшка.

Возникшее облако эмоций вокруг великой княжны стремительно пронеслось к Некрасовой и немного вскружило ей голову.

— Никому из них не говори! Я хочу подольше наслаждаться любовью, а быть матушкой я не готова! Я вообще удивлена, что ты не сделала также! — быстро произнесла блондинка.

— Я что дура травиться алхимией? У меня и так особое тело. Я это осознаю, — пробормотала Аня.

— А можно подробнее? Я всё хочу знать о мультяшках!

— Да-да, ты уже говорила. Когда мы влюбляемся, мы отдаёмся этому полностью. Иногда мужчины от моих родственниц

даже пытались сбежать. Однако во время занятия любовью нам сносит крышу. Если бы ты не вырубилась после своей очереди, увидела бы. Мне рассказывали, что пока мы не выжмем мужчину, нас не попустит. Поэтому отец и говорит, что его моя мама чуть не отправила на тот свет, — усмехнулась дочь Салтыкова.

— Фу-у-у, у меня богатое воображение, не рассказывай о таком! — возмутилась Варвара.

— Ой, да неважно. Меня тоже накрыло, я запомнила только бесконечное наслаждение, потянулась поцеловать его… и вырубилась. А проснулась со свежей головой. Думала, что всё, у меня будет дочка, но все три теста показали отрицательный результат. Похоже, что-то не так с поцелуями нашего Грачёва. От них клонит в сон, да ещё почему-то сон в теражабе был чем-то на это похож…

— Ой, да какая разница? Если понравилось и можно повторить, нет никакой проблемы! — заявила великая княжна.

— Ну, со мной никаких проблем. А вот у Его Императорского Величества могут быть вопросы по поводу фиктивности брака. Отцу внучатого племянника такое принято прощать, а вот насильнику… вряд ли. Так что сушим сухари, вроде бы, их можно в логово передать, — усмехнулась Некрасова.

— «Насильнику»? Если бы он меня не остановил в самом начале, я бы сама была «насильницей». Это был мой план обойти все запреты и угрозы! — произнесла Варвара.

— Но это тебе не так понравилось бы, как его доминирование. Я же видела, что тебе это просто жуть, как нравится! — быстро подойдя к уху подружки, тихо произнесла Аня.

В тот же миг впервые за разговор блондинка стала пунцовой и при этом попробовала сесть на корточки и спрятать лицо за ладони, но её пронзила боль в пострадавшем месте.

— Ой… а мы прошли ещё только половину пути. Ну почему до гостиницы на машине не добраться? И вообще, почему ты так пляшешь вокруг? Не болит? — прошептала великая княжна.

— Я же мультяшка, да и не в истинном облике всё равно. Сейчас не болит, но каждый раз я девственница. У меня ж регенерация до «нормы». Беременности это не помешает, но после родов я вернусь к «норме». Так что для меня каждый раз будет больно, поэтому слова Аркадии для меня правда. И этому я порадоваться точно не могу. Ладно, хватайся за руку. Не те зелья ты пьёшь, ой не те, — произнесла Некрасова.

Варвара остановилась, хлопнула себя ладонью по лбу и достала пузырёк из пространственного артефакта.

— Ты серьёзно? У тебя было целебное зелье, и ты его не использовала? — проворчала Аня.

— *А-ах*! Пошли, подруга, — заявила великая княжна, испив лекарство.

— Знаешь, я сама себя там не трогала, а вот ты в курсе, ведь я за тобой следила. Ну, и как лучше? Самой или с мужем? — ехидно произнесла мультяшка.

Варвара снова стала пунцовой, но в этот раз постаралась убежать, оставляя после себя шлейф смущения.