Граф
Шрифт:
Если же попытаться как-то продвинуть технологии, то даже с учётом невероятных усилий и упрощений получалось что-то дико дорогое и всё равно ублюдочное. Примером чему оказались те «монстры», которые, используя накропанные им записки, сумели разработать и изготовить Михаил с Кутайсовым и Засядько. Они попытались сделать стальное, нарезное орудие и после нескольких лет почти непрерывных экспериментов, на которые были потрачены десятки тысяч рублей, у них получилась пушка, стоимостью как целая батарея и с ценой одного боеприпаса дороже дюжины обычных бомб. Причём дульнозарядная… А если ещё вспомнить, что при изготовлении этих орудий выход годных стволов не превышал одного из семи, потому что это были первые стальные орудия в мире, причём, подобной цифры удалось достигнуть вот только-только — не следовало удивляться тому, что в российской армии к настоящему
Но всё равно фельдцейхмейстер русский армии Великий князь Михаил был страшно своим «первым блином». Потому что, не смотря на все недостатки, орудие получилось очень точным, дальнобойным и с чрезвычайно мощным снарядом — при собственном весе пушки сравнимом с восьмифутовками, орудия били удлинённой одиннадцатифунтовой гранатой аж на три версты. Причём, разрывной заряд у этой гранаты был больше, чем у стандартной двенадцатифунтовой бомбы. Для горских аулов, которые в настоящий момент обстреливали эти батареи, подобные пушки являлись самыми настоящими осадными орудиями, сметающими любые укрепления и любое сопротивление… Но для Даньки, во всём этом проекте наиболее важным было не количество орудий и совершенство их конструкции, а то, что конструкторы и металлурги приобретали опыт разработки и производства орудий из стали. Поэтому он надеялся, что, приобретя данный опыт эти трое сотоварищей освободят его от необходимости заниматься этой сферой. Потому что сам он не очень хотел отвлекаться на разработку и производство вооружений, его дело — железная дорога… ну и всё более-менее с ней связанное!
Но, пока, увы, до этого было далеко. Так что в настоящий момент у него на загривке мёртвой хваткой висло аж два представителя августейшего семейства — Великий князь Михаил и сам Император. Да-да, он тоже настырно требовал непременно сделать какое-нибудь могучее и полезное оружие из будущего… Вследствие чего Даниил, в какой-то момент, и вспомнил ещё об одном типе артиллерийского вооружения –миномётах. А что — по конструкции вполне себе стандартная для этого времени гладкоствольная мортира не слишком большого калибра… просто с весьма необычным станком и немного другим боеприпасом. Так что, несмотря на непривычную конструкцию, никаких проблем с разработкой и производством быть не должно. А вследствие того, что Михаил со своими артиллерийскими «апостолами» — Кутайсовым и Засядько, уже получили кое-какой опыт проектирования и производства стволов из стали, а также из-за того, что для миномётов не требовались стволы с нарезами, а давление и температура в относительно коротком гладкоствольном стволе должны были быть заметно меньшими, чем у привычного орудия, что, опять же, резко понижало технологическую сложность изделия — он понадеялся, что от него потребуется только идея. Так что он решил рискнуть…
Миномёты получились весьма похожими на те, которые когда-то имелись у него на хранении — стальная гладкая труба с опорной плитой и двуногой. Разве что ствол пришлось делать чуть побольше калибром — три с половиной дюйма, то есть восемьдесят девять, а не привычные восемьдесят два миллиметра, и с более толстыми стенками… По характеристикам им, конечно, до классических миномётов было очень далеко — увы, чёрный порох и пока ещё весьма слабая металлургия не позволили сильно приблизится даже к древнему советскому БМ-36. Так что «Лёгкая батальонная вьючная мортира» при собственном весе в семь пудов оказалась способна забросить чугунную мину весом пять фунтов, снаряжённую тремя четвертями фунта чёрного пороха поражающую противника в радиусе где-то двадцати шагов, на дистанцию максимум в полторы версты. На что вполне хватало примитивного механического прицела, который оказалось возможно изготовить на основе уже существующих технологий… То есть по сравнению даже с самыми первыми советскими БМ-36 получившееся орудие было по всем параметрам хуже советского аналога где-то в два раза. Но зато оно стоила лишь чуть-чуть дороже стандартной полковой трёхфунтовки, и при этом разбиралась на три части — так что расчёт был способен переносить её даже на собственном горбу. Единственным уязвимым местом можно было считать боеприпас — он тоже был весьма дорогим, но на фоне снарядов для «монстров» его цена выглядела весьма терпимо. К тому же с переходом к массовому производству самая дорогая его часть — ударный взрыватель, должна была сильно упасть в цене.
Плюс, боезапас для миномётов можно было
— Ладно — садись, давай бахнем по стопке, да и делами займёмся…
Несмотря на, вроде как, деловой настрой, к делам перешли только когда поезд добрался до Торжка. То есть через два с половиной часа, за которые состав преодолел чуть меньше семидесяти вёрст. Ну вот такие сейчас были скорости… Впрочем, для местных и это было сродни чуду. Даже курьер «под колокольцем» подобное расстояние преодолевал не менее четырёх-пяти часов, а обычный путешественник на собственном шарабане мог ехать подобное расстояние и пару суток. И это ещё по хорошей погоде…
В Торжке в императорский вагон ввалился флигель-адъютант со свежими депешами. Николай молча принял принесённые бумаги и принялся вскрывать пакеты… почти сразу же злобно выругавшись. Даниил напрягся, уставя взгляд на императора.
— Холера добралась до Москвы,- зло пояснил Николай, и вздохнул.- Даст бог совещание провести сможем, а вот выставку придётся отменять,- он подумал немного, зыркнул на флигель-адъютанта по-прежнему стоявшего перед ним, потом покосился на Даниила и продолжил:- Она ж у тебя уже неделю как работает?
Даниил молча кивнул.
— Ну вот аккурат после специального показа для тех, кто на совещание прибыл — её и закроем.
Даниил снова кивнул. А что тут можно сказать — эпидемия!
В пределах Российской империи холера, поначалу более привычно именуемая «чумой», появилась летом сего года, отметившись вспышками в Астрахани и Тифлисе. Меры против неё были приняты незамедлительно — в стране тут же принялись выстраивать карантинные кордоны, разворачивать карантинные дворы, проводить профилактические мероприятия… Николай даже его дёрнул на предмет того, как с эпидемиями справлялись в будущем. И очень удивился рассказу о COVID-19… Как бы там ни было — Данька ничем особенным помимо того, что здесь и так делалось, помочь не смог. Единственное полезное, что он вспомнил — это два слова: хлорка и карболка. Но насколько это помогло и помогло ли хоть как-то — он не представлял… А потом случился «чумной бунт» в Севастополе. И Николай взбеленился! В город были направлены жандармы, гарнизон был усилен, и головы полетели со всех. В том числе и с начальников. Сам командующий Черноморским флотом адмирал Грейг был отставлен от должности. Что привело в натуральный трепет всю чиновничью верхушку губерний… Это ли помогло либо что-то другое, но распространение холеры слегка замедлилось. Так что остаток лета, а также почти всю осень холера пугала только отдельными вспышками на юге и в Поволжье, почти нигде не разворачиваясь в полную силу. И вот тебе такая новость…
— Значит так,- Николай развернулся к флигель-адъютанту,- а давай-ка пока паровоз заправляют пригласи сюда Закревского, Голицина и-и-и… кто у нас там в Москве в обер-полицмейстерах? Муханов? Он в поезде? Вот, и его тоже! Эх, жаль Егор Францевич в Петербурге остался,- с сожалением покачал головой император.- Ну да ладно…
Едва адъютант из скрылся за дверью, Даниил поднялся на ноги принялся одеваться.
— А ты это куда собрался?
— Пойду, проверю паровоз,- невозмутимо отозвался Данька.- В этом я хоть немного разбираюсь.
— Это ты так завуалированно намекаешь, что думать о том, что с холерой в Москве делать вместе с нами не будешь?
Бывший майор скривился.
— Ваше Величество, ну что вы из меня эксперта по всем вопросам делаете-то? Я им ни разу не являюсь. Ну вот совсем. Я готов вам помочь во всём, в чём действительно разбираюсь, хоть немножко, но не во всём же на свете!
Николай насупился, но затем махнул рукой.
— Ладно — иди, коль не желаешь помочь,- а когда Даниил был уже у двери, обиженно буркнул в спину:- Предатель…