Грань

Лавин Ольга

— Я трахаю тебя, и это могут видеть абсолютно все, а тебе совершенно наплевать, так как ты полностью потерялась в действительности и в своем желании.

— Да, — говорила я, не пытаясь придавать словам Артура какое либо значение.

— Послушная девочка, — сказал он, переведя свою ладонь на мою шею и больно сжал ее.

Я чувствовала его дыхание на своей шее, а также запах его манящего одеколона. Он входил в меня с каждым толчком сильнее и сильнее.

— Алекс, у тебя аппетитная попка, — сказал он шлепнув меня по заднице. От чего я еще больше возбудилась. Я смотрю вниз, и понимаю,

как высоко я стою. И если он захочет меня убить, он это сделает с легкостью.

— Трахать тебя доставляет мне самое большое удовольствие, — сказал он, а я не поняла что со мной произошло в этот момент, я резко развернулась набравшись сил и его от себя оттолкнула. Таких слов из уст Артура, я никак не ожидала услышать.

Он уже начинает сходить с ума. Превращается в озабоченного, больного и одержимого мной маньяка. Мне становиться от этого страшно. Я начинаю его бояться не на шутку. Раньше я считала, что все это будет просто игрой, но я не хочу больше с ним играть.

— Что ты творишь, Алекс? — спросил он, когда понял, что произошло. Он пытался ко мне прикоснуться, но я его ударила по щеке.

— Не смей, не смей больше никогда произносить такие слова, — стала я кричать на него.

— Да, что с тобой твориться? Ты в своем уме? — пытался он еще больше меня разозлить своими идиотскими вопросами.

— Убирайся вон, — крикнула я, подойдя к шкафу, и взяв из него первую попавшуюся футболку, что бы на себя надеть. Что бы скрыть всю свою обнаженность перед ним.

— Да ты сама этого хотела, черт возьми. Сама! — продолжал он кричать, но я пыталась игнорировать все его слова.

Артур натянул на себя брюки, снял презерватив и выбросил его в урну.

— Какая же ты! — единственное, что он произнес.

— Убирайся, — твердила ему, так как действительно хотелось мне побыть одной.

— Ты так мне отомстила? Не дала кончить? — его вопрос меня насмешил.

— Тебе еще и смешно? Алекс, по — твоему это так смешно? — спросил он озлобленно.

— Я не хочу с тобой говорить. Думай, как хочешь. Просто уходи, — тихонько сказала ему, надеясь, что после этого он именно так и поступит.

— Хорошо, я тебя прекрасно понял. Не переживай, я найду куда сбросить все свое возбуждение. У меня есть Бланш.

— Не забудь еще принять очередную дозу наркотиков, для большей эйфории.

— Не забуду, Алекс, — сказал он и вышел из моей квартиры громко хлопнув дверью.

Почему, в последнее время я вспоминаю ту ночь? Прошло уже десять лет. Я боюсь, что тот роковой день, сможет опять ворваться в мою жизнь. Я проклинала свою маму, за ту красоту, которая передалась от нее мне. Эти черные волосы, алые губы, голубые глаза и белоснежная кожа. В детстве меня всегда сравнивали с белоснежкой.

После всего, я хотела взять лезвие в руки и изуродовать свое лицо. Тогда бы, я стала похожа на квазимодо из романа Виктора Гюго» Собор парижской богоматери», и меня бы так не любили и не хотели, как это происходит со мной все время. Родится красивой, это не значит быть счастливой. Многие будут пользоваться твоей красотой, твоим прекрасным телом, но не любить твою душу. Они все думают, что я бессердечная, не хочу любви и быть любимой. Я сама иногда в это верю,

и пытаюсь одевать на себя маску безразличной ко всему стервы. Но это всего лишь маска. Раньше считала, что это я использовала всегда мужчин, но по правде говоря это они пользовались мной. Им льстило мое нахождение рядом с ними — красивая, образованная, умная. Похвастаться мной своим друзьям на деловых встречах, ужинах, презентациях, вот для чего я им нужна была. Ну и конечно же, удовлетворить свои сексуальные фантазии со мной. Даже единственный парень, который был моим другом и то не сдержался. Я потеряла Артура, потеряла. И в том, что он стал таким, виновата только я, права была Эмма. Только я!!!

Артур

Идиотка!!! Какая же она идиотка! Все так хорошо начиналось, и как все закончилось? Что на нее нашло? Я не могу понять. И если я начну ее расспрашивать об этом, уверен что ничего хорошего не услышу в свой адрес, — сказал я сам себе, когда зашел к себе домой.

Ладно, пора немного расслабиться, — подумал я и пройдя в свою комнату взял со столика пакетик с белым порошком, который оставила Бланш.

Чувствую себя подростком, у которого было очень сложное детство и который что бы избежать проблем и душевных терзаний выбирает для себя самый легки путь — наркотики и секс.

Но ведь, я был вполне хорошим и воспитанным мальчиком. Пора становиться плохим, — сказал я, рассыпав содержание пакетика, выложил перед собой две дорожки, скрутил пятидесятидолларовую купюру в трубочку и стал его втягивать в ноздри. Алекса сама хотела, что бы я ощутил чувство эйфории, но она не думала о том, что из — за этого чертового наркотика я потеряю сон, черт побери. Я совершенно не устал, хотя до этого хотел жутко спать. Выгнать меня из своей квартиры ровно в полночь, было не очень хорошей идеей с ее стороны. Хорошо что такси быстро приехало, и доставило меня домой. И что, она себе возомнила? Принцесса, королева? Она думает, что вот так может меня все время отшивать? Достала. Я больше не буду ей ничего доказывать, она пусть жалеет.

Надеюсь, что эта стерва, еще не уснула, — сказал я себе, и стал набирать ее номер.

— Да, — ответила она сонным голосом.

— Стерва, — крикнул я в трубку и отключил телефон. Она не перезванивала. Отлично, подождав еще пару минут, я сам решил это сделать.

— Да, — ответила она.

— Какая же ты сука, Алекс.

— Артур, оставь меня в покое, — сказала она и первая на этот раз отключила телефон.

Ничего, я тебя доведу, — сказал я и опять позвонил ей.

— Артур, катись к черту, — сказала она, как только подняла трубку.

— Алекс, к черту мы покатимся с тобой вместе.

— О чем ты?

О том, что в аду мы вместе с тобой будем гореть.

— Артур, ты переусердствовал наверное и принял слишком большую дозу наркотика, раз несешь такую чушь, — грозно сказала она.

— Я сам решаю, сколько мне надо.

— Ты пропадешь, если будешь так делать.

— Я уже пропал, стерва. Как ты этого не поймешь.

— Я тебя не понимаю, совершенно.

— Я думаю о тебе постоянно.

— Это пройдет.

— Ты ничего не понимаешь, — сказал я и отключил телефон.