Гранд
Шрифт:
— Они нужны живьем? — Все тем же ровным тоном осведомился секретарь, но наткнулся на яростный взгляд хозяина кабинета и поспешил скрыть выражение лица, склонив голову. — Будет сделано…
— И… это, передай Льву, пусть повнимательнее смотрит за нашим пополнением. — Уже тише буркнул боярин в спину уже дошедшему до дверей секретарю. А когда тот обернулся, только махнул рукой. — Он поймет. Иди.
Глава 9. Сила убеждения или зачем голове шея
К ужину, суета, царившая в бункере целые сутки,
Правда, так считали не все, и первым обратил мое внимание на этот факт Леонид. Стоило нам разойтись после ужина, как в нашу с Ольгой комнату ввалился ее младший брат. Предварительно постучав, правда… но, не вовремя же, честное слово!
— Я не помешал? — Улыбаясь во все семьдесят восемь зубов, осведомился он, ловко уклонившись от запущенной Олей подушки. Сама же нареченная воспользовалась моментом и, сверкнув ягодицами, с коротким визгом мгновенно скрылась за дверью ванной.
— Тебе честно ответить, или вежливо? — Заворачиваясь в простыню на манер тоги, я смерил незваного гостя взглядом. — Что за хрень, Лень?!
— Ну, извини, Кирилл. У меня, правда, важное дело… — Развел руками Бестужев-младший, стирая с лица довольную улыбку.
— И? — Я выжидающе уставился на друга.
— Хм… — Леня замялся. — Ну, в общем… в общем, это связано с Георгием.
— Переживает?
— Да, он принял твои слова слишком близко к сердцу. — Облегченно вздохнув, кивнул Бестужев.
— Ну, так оно и задумывалось. Это Аристарх осознанно шел на риск получения по шее за свои эксперименты, а Георгий просто не выполнил принятые им обязательства. Замечу, добровольно принятые. То есть, сознательно подвел команду. Пусть помучается, глядишь, в следующий раз, будет поумнее.
— Эм-м… — Леня как-то сразу помрачнел. Скоростной. Эмоции, как калейдоскоп.
— Не понял. — Честно признался я, спустя минуту тишины.
— Я, вообще-то, немного о другом. — Как-то неуверенно проговорил Бестужев и вновь замолчал. Да что ты будешь делать, а?!
— Леня, ты тратишь мое время… замечу, свободное, а от того очень драгоценное время. — Не выдержал я. Бестужев стрельнул взглядом в сторону двери в ванную, за которой скрылась Ольга, и мимолетно улыбнулся, но тут же построжел.
— Извини, Кирилл. Просто, с этим выговором… Жоре и без того несладко, он понимает, что глупость сделал и раскаивается, но… он теперь опасается… ну, насчет сестры.
— Че-его?! — Я опешил от такого поворота. — Инженер, м-мать! Технарь, понимаешь… логика где?! Он совсем башкой поехал?! Леня, зови этого при… так, нет. Стоп! Выйди и подожди меня за дверью, я оденусь, и мы вместе наведаемся к этому… гению. Вправим ему мозги на место.
Леонид испарился из комнаты, а в следующую секунду отворилась дверь в ванную и на мои плечи легли руки Оли.
— Успокойся, Кир. — Прижавшись к моей спине обнаженным телом, прошептала она мне на ухо… и поднявшаяся было в душе злость,
Оля тихонько рассмеялась и, поцеловав меня в шею, вдруг резко отпрянула.
— Ну во-от… — Деланно печально протянул я. Почти деланно, да…
— Ничего-ничего, успеется. Иди, обещание выполняй. — Сильные ладошки толкнули меня в спину, спихивая с кровати. — Нам нужен техник с мозгами на месте… а не неуверенное в себе, потерявшееся существо с комплексом вины и неполноценности.
— Нашла психолога. — Проворчал я, поднимаясь на ноги и принимаясь собирать разбросанные недавно по всей комнате шмотки.
— Я в тебя верю. — Не прекращая улыбаться, заверила меня Оля, а когда я, уже одевшись, оказался у входной двери, обдала меня шквалом эмоций и тихо, почти неслышно договорила. — И жду.
Хм… что еще нужно мужчине, чтобы свернуть любые горы?
Жорик нашелся в своей комнате. Парень статуей застыл в жутко неудобной позе на низеньком табурете. Невидящий взгляд уперся в пол… Роден: «Мыслитель в ступоре», да…
Впрочем, объяснение не заняло много времени. Честно говоря, не понимаю, с чего вдруг Жорик решил, что из-за вчерашнего косяка я должен вдруг забыть о взятых на себя обязательствах в отношении его сестры, но на то, чтобы разубедить его в этом бредовом предположении, хватило четверти часа. Но, черт подери, как же его запугал этот идиот Шутьев, что парень настолько не верит себе и людям. Убил бы, тварь… Шутьева, разумеется.
А утром следующего дня, после удивительно вкусного завтрака, учитывая, что он был приготовлен рындами из консервированных и глубокозамороженных продуктов, наша компания вновь собралась в конференц-зале. А что, неплохая практика. Очень удобно обсуждать дела и планы на день…
Или строить их… планы, в смысле, и вываливать результаты своих размышлений на окружающих. По крайней мере, действия Ольги и Василисы Тимофеевны доказывают это на все сто процентов.
Оказывается, пока я вчера убеждал Рогова в своей белизне и пушистости, моя нареченная успела сбегать в мед. отсек к Вербицкой-старшей и, всучив ей историю болезни сестры Жорика, объяснить ситуацию и провести проверку наличия необходимых лекарственных средств.
В результате, сегодня в конференц-зале, Василиса Тимофеевна взяла быка за рога и выдала мне целый список требуемых препаратов, «иначе она не может ручаться за надлежащее лечение несчастной девочки». Тот факт, что самой Инги здесь и в помине нет, целительницу не трогал… абсолютно. А когда Аристарх Макарович попытался заикнуться на эту тему, то встретил светлый незамутненный взгляд и фразу, в которой не было и тени вопроса.
— Но вы же ее привезете. — И ладно, если бы это была реакция только Василисы Тимофеевны. В конце концов, ее слова можно было бы списать на банальное незнание наше ситуации и планов. Вот только остальной «женсовет» поддержал ее выступление точно такими же взглядами. Сговорились…