Грани Игры
Шрифт:
Брат Юр просил нас при встрече передать, что он с пониманием отнесся к твоим трудностям и верит, что ты их преодолеешь. И в любом случае, его предложение встать в один ряд с нами остается в силе.
Вот только не нашли мы тебя сразу, хоть и искали. И в коллегии никто не знал, куда ты ушел.
Инквизитор с горечью в голосе спросил
— А скажи мне, Вит, с каких пор казначей ордена Плачущей Богини называет отлучение инквизитора от коллегии трудностью?
— Зачем ты так? Я думаю, сказанное братом Юром относилось к тебе и только к тебе. Он же от чистого сердца сказал то, что сказал.
— Брат Юр? От чистого
Клаус с мрачным лицом ещё немного о чем-то подумал, а потом махнул рукой.
— А, ладно. Может ты и прав. Здание вашего Ордена могло все это время и не выстоять на двух фасадных колоннах, если бы брат Юр не поверял ежедневно Духовность и Рыцарство целесообразностью и пользой. Если кто-то скажет мне, что брат Юр ушел на покой, и выращивает цветы, я ему язык за ложь без всякой проверки отрежу. А вот в то, что Юр выращивает новый план, об увеличении могущества ордена Плачущей Богини в это я легко поверю. Причем его взор может быть обращен сейчас с одинаковым вниманием как на Север, так и на Восток или Запад.
— Брат Юр всего лишь скромный бухгалтер, его удел дебет и кредит.
— Ага, — в тон смиренно продолжил Клаус, — а вы у него лишь скромные счетоводы, денно и нощно выводящее ему сальдо.
Собеседники обменялись понимающими улыбками, после чего брат Вит спросил:
— Ты что-то уже слышал или наугад про планы спросил?
— Наугад. И, похоже, попал в цель. Восток или Запад?
— Запад. Кто эти воин и, — он как бы сомневаясь в увиденном, все же выдавил из себя — ведьма?
— Это мои ученики.
— Ты и шутку отколол. Очень похоже на тебя. Представляю, как взбеленился бы Мартин, узнав, что ты взял в ученицы ведьму.
— Это то с чем ему придется смириться, рано или поздно. Но все же я надеюсь что рано. Так что при моих учениках можешь говорить о своих тайнах, если о них знает уже больше десяти человек.
— Больше, гораздо больше. Юр провел полезную встречу с таном Хейгеном и поддержал предложенный им переворот в Эйгене. Я там тоже был. Всё прошло тихо и удачно. Теперь Западом вместо короля Федерика правит княгиня Анна. В Западной Марке новый правитель, а у ордена новые льготы, скидки, налоговое благоприятствование, — казначейский специалист подмигнул инквизитору, — всё по нашей счетоводческой части.
Тём посмотрел на Эшшу и его лицо расплылось в азартной улыбке. Ещё бы!! Дело даже не в возможных "жирных" заданиях. Дело в том, что отношение к тебе окружающих сильно разнится в зависимости от того с кем ты "дружишь". Если дружишь с теми, кто пишет законы оно одно, если с теми, для кого они пишутся, — совсем другое. И разница в твою пользу, если ты дружен с первыми, есть величина постоянная для любого мира.
А им только что приоткрыли дверцу с видом на великосветскую политику. Для того чтобы сделать немыслимый для себя шаг, иногда достаточно просто знать, что это возможно! И тогда здравствуй нескучная полная тайн и интриг жизнь местных властителей. Мы идем к тебе! И видя ответную довольную улыбку сумеречной ведьмы, норд был уверен, что у неё мелькают сходные мысли.
Инквизитор тем временем вынес свой вердикт на услышанную от счетовода новость.
— Значит Анна. Достойная правительница. О ней так долго ничего не было слышно, что для меня это в какой то мере неожиданность. Что тоже плюс в пользу новой правительницы.
Клаус остался равнодушен к прозвучавшему имени тана Хейгена. Ему оно ни о чем не говорило. А вот Тём задумался. На Севере он уже участвовал в морском сражении, организованном ярлом Хейгеном. Тут, правда, приставкой к имени прозвучало "тан". Ну и что, это пустяки, учитывая, что система при регистрации новых игроков не допускает задваивания имен. Игор вон тоже стал ярлом во время игры.
А в целом, интересная у того парня жизнь вырисовывается. На Север поехал, дочь кенинга Харальда с тремя кораблями и целой оравой неписей и игроков отбил у похитителей, чтобы потом вернуть отцу, владетелю Севера. Направился на Запад, — государственный переворот замутил, местного королька помог свергнуть. Эх, а тут с одним квестом от принцессы уже столько времени на месте топчешься.
— Когда я вернусь в Эйген, надо будет выразить свое почтение княгине.
— Клаус, что я слышу, инквизиция уже не ставит себя выше мирских правителей?
— Я говорил только о себе, а я, как ты знаешь, отлучен от коллегии. И стоим мы не выше правителей, а в стороне от них, ибо это было правильная позиция. Мирская суета по сути своей та же мышиная возня, застилающая глаза от проникающей в души тьмы.
Так было раньше. А сейчас я вижу все признаки наступающей темной стороны, которые не видит только слепой. И я начинаю завидовать ордену плачущей Богини, имеющего надежного казначея с отличной командой счетоводов. Более того, меня начали посещать иногда мысли, что самая большая сила инквизиции — то, что она не заигрывает с монархами, может при внезапном ударе Тьмы стать её слабостью. Не слишком ли мы верим в добрую волю там, где лучше иметь твердые королевские обязательства перед коллегией Раттермарка?
— Ты же не возражаешь, если я передам всё, что ты сказал брату Юру. Он, безусловно, будет огорчен повторным твоим отказом войти в орден и стать нашим братом. Притом, что ты находишься на сегодня вне коллегии, никто не посмел бы осудить это твоё решение. Но я услышал, что ты по — прежнему не разделяешь себя с коллегией и уважаю твое решение.
— Я сам хотел просить тебя передать мои опасения брату Юру. Я не всё проверил, но мы с учениками вычистили три гнезда ведьм. Одно в Западной марке, недалеко от Троттира, а два уже здесь, на Севере. Такое было и раньше, но не с таким количеством новообращенных. И ранее ведьмы обходились в своих ритуалах кошками и собаками, без принесения человеческих жертв. В предпоследнем зачищенном гнезде я обнаружил людские останки принесенных в жертву, и прикрывали ведьм два людоеда из диких племен.
— То, что ты сказал очень серьезно.
— Да. Ты же знаешь, что первым в коллегию, пока там всем заправляет этот уверенный в своей праведности старец Мартин, я не пойду. Я знаю, вы пользуетесь порталами. У меня будет к тебе просьба. Посети коллегию инквизиторов и расскажи о том, что только что услышал от меня. Но только не Мартину, а кому-нибудь из Пяти. Правильнее всего Раньену. Мы с ним всегда поддерживали друг друга.
— Ещё бы. Он такой же головорез как и ты. Молчу, молчу, вы оба святые мужи, только иногда с плохим настроением. Клаус, я сделаю всё, о чем ты попросил, можешь даже не сомневаться.