Грани веков

Иванов Павел Викторович

— Чего загрустил опять? — спросил Селезнев, закуривая сигарету. — Давай, может, вечером по пиву?

— Мне на смену в ночь, — Ярослав потер виски. — Отоспаться бы еще.

Селезнев присвистнул. — Да уж. Может, больняк возьмешь? Видок у тебя совсем бледный.

— Ничего, — упрямо сказал Ярослав. — Прорвемся.

Глава 5

Несмотря на вялые протесты Ярослава, Селезнев довез его почти до самого дома, сделав приличный крюк.

Район в котором он снимал квартиру, находился

за пределами МКАДа и считался спальным. На скамейке у подъезда привычно расположилась Екатерина Францевна, соседка Ярослава по этажу. Обычно она отличалась словоохотливостью, и Ярославу редко удавалось избежать подробного рассказа о её болячках, внуках и очередных кознях коммунальщиков, присылавших ей завышенные квитанции. Однако, сейчас пожилая женщина была поглощена чтением журнала.

Ярослав уже собирался нырнуть в подъезд незамеченным, когда яркий разворот обложки привлек его внимание.

Он уже видел сегодня эти цветастые глянцевые картинки — точно такой же был в руках Богдана, когда он вернулся с вызова.

Екатерина Францевна перевернула страницу и обратила внимание на Ярослава.

— Ярик, — обрадованно сказала она, — а я вот зачиталась, не вижу ничего вокруг…

— Откуда у вас этот журнал? — спросил Ярослав, уже догадываясь, какой ответ он услышит.

— Да вот, в почтовом ящике был, — охотно объяснила соседка, — обычно-то все подряд суют, рекламу всякую, а тут вроде ничего — интересно так, про единую церковь и все такое…

Она еще продолжала, когда Ярослав, недослушав, бросился в подъезд. Бегом одолев несколько лестничных пролетов он прислонился к стене у двери в квартиру, чтобы перевести дыхание. Он и сам не знал, чего ожидал увидеть. Сектантов, дежурящих у его двери? Прикрепленной записки? Журнала, просунутого под дверь?

Ничего этого не было.

Снова — случайность?

Он нащупал у кармане ключи, открыл квартиру и, не разуваясь, прошел по комнатам. Никого. Все было также, как перед его уходом — незаправленная кровать, чашка с остатками кофе в раковине на кухне, ноутбук на столе.

Бред. Нервы никуда не годятся. Заставив себя успокоиться, Ярослав пошел в ванную, и долго стоял под душем, постепенно расслабляясь, ощущая, как потоки горячей воды смывают вместе с грязью и потом тревогу, беспокойство и неясные страхи.

После того, как он наскоро перекусил на кухне горячими бутербродами с сыром и стаканом молока, в животе возникла приятная тяжесть, все происходившее этим днем, начало казаться чем-то нереальным и далеким. Он добрался до кровати, рухнул на неё и тут же провалился в сон.

… Он сидел у костра, на плечи давила сплетенная из дюралевых колец кольчуга, от натруженных за день ног, вытянутых к огню, валил пар. Рядом лежал меч, тщательно выточенный из старой лыжи.

От булькающего над огнем котелке доносился дразнящий запах тушенки. Бородатый мастер, со знанием дела, помешивал варево веткой. Парень в плаще-дождевике, с длинными волосами, перехваченными кожаным шнурком, под аккомпанемент гитары напевал какую-то

песенку про барона, тролля и сгущенку, периодически сопровождаемую взрывами хохота.

Размеренную идиллию прервал внезапный крик дозорного:

— Орки! Ребята, орки идут!

В один миг возникла суматоха, народ в спешке срывался с мест, хватаясь за деревянное, алюминиевое и текстолитовое оружие.

Ярослав, чертыхаясь про себя, в спешке натягивал отсыревшие кроссовки.

Кто-то уже наугад выпустил стрелу в направлении предполагаемого противника, щитоносцы спешно образовывали строй.

— Отставить тревогу, ситуация вне игры! — вышедший на свет мастер замахал руками, отдуваясь от быстрой ходьбы, под возмущенный гул голосов.

Рядом с ним стояло двое бритоголовых «орков» с нанесенными хной татуировками на лицах, придававших им одновременно пугающее и комичное выражение. Вместе они поддерживали третьего, опиравшегося на их плечи.

— Ребята, у вас вроде медик в лагере должен быть с аптечкой?

Кирилл, мастер альянса, кивнул в сторону Ярослава.

— Есть такой. Чего стряслось?

— Да вот, валькирия ногу распорола…

Орочий эскорт приблизился к огню и сопровождаемый «орк» оказался рыжеволосой девушкой, с двумя тугими косами.

Несмотря на бледность лица, при виде Ярослава, девушка выдавила улыбку.

— А ты настоящий медик, или эльфийский знахарь? Если что, целебный подорожник мне уже предложили.

— Настоящий, — буркнул Ярослав, — семь сезонов доктора Хауса за плечами.

— Значит, будем исключать волчанку, — рассмеялась девушка.

Ярослав невольно улыбнулся в ответ.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Ярослав, можно Ярик.

— А меня — Алёна. Ты же не боишься крови, Ярик?

— Вообще-то, я фельдшер скорой помощи, — обычно Ярослав произносил это с гордостью, но сейчас, под пристальным взглядом зеленых глаз почему-то тушевался.

Рана действительно оказалась неприятной. Под пропитанными кровью тряпками, вдоль икроножной мышцы, снизу вверх тянулся глубокий порез с рваными краями.

— Блин, — выругался Ярослав, — у вас там что, вообще никакого нормального перевязочного материала не было? Да еще пешком шла… Как ты вообще так умудрилась?

— На сук в темноте напоролась, — безмятежно отозвалась Алена, склонив голову набок и разглядывая рану.

Ярослав откупорил флакон перекиси, полил порез пенящейся жидкостью, распечатал пачку стерильных салфеток, промокнул, достал йод.

— Пощипет немного, — предупредил он.

— Знаю.

Девушка на удивление стойко перенесла обработку. Ярослав стянул края раны пластырем, сверху приложил сложенную в несколько раз марлю и зафиксировал повязку бинтом.

— Ходить тебе сейчас нельзя, — сказал он, — и вообще, по-хорошему, надо бы в медпункт, укол от столбняка сделать.

— Обойдусь, — отмахнулась Алена. — Это же не ржавый гвоздь какой-нибудь. Спасибо, коллега!

— Теоретически… — начал Ярослав и остановился. Коллега?