Грани
Шрифт:
Меня не покидает еще одна странная мысль. Здесь, в Италии, я словно сознательно отрекаюсь от всего любимого и привычного, пытаясь заменить старые эмоции, новыми. Я не езжу на машине, и меня это не раздражает. Я очень много хожу пешком. Новые идеи я надиктовываю на диктофон. Я много думаю, но не о работе, и имею возможность писать всякие глупости вроде этого дневника. Наедине с собой я часто смеюсь (нет, я не сошла с ума, правда, правда). Я помногу читаю каждый день. Я не пользуюсь Интернетом уже два дня (даже не верится!). И я постараюсь пользоваться им как можно реже. Я почти ничего не покупаю в магазинах (хотя, честно,
И еще я не гадаю ни на картах, ни на чем-либо еще. Зато компенсирую это повышенной «медиуминтичностью» (или как там называется состояние, когда тебе постоянно кажется, что ты предвидишь ход событий?).
29 июня
Что я слышала о Венеции?
– Может вызывать клаустрофобию
– Каналы ужасно пахнут
– Венеция – это мечта
– Депрессивная
– Необыкновенная
– Мрачная
– Тяготит
– Дорогая
– Пасмурная
– Сыро
Не верьте всему тому, что вы слышали про Венецию, кроме, пожалуй, того, что это мечта, сказка, чудо. В первые часы она действительно немного давит. Но, побродив по улицам некоторое время, перестав бояться этих узких, их даже переулками не назовешь, проходов, послушав плеск воды, разбивающейся о борта гондол, и шум моторов вапоретто, понимаешь: она абсолютно особенная, ни на что не похожая, выдающаяся, волшебная, непредсказуемая. Мне бы хотелось, чтобы я хоть немного походила на Венецию.
Попав в Венецию, начинаешь верить: невозможное – возможно (да простит меня Дима Билан за использование его фирменной фразы).
День был просто потрясающим. Утром я проснулась в тихом ужасе, потому что нервничала: день мне предстояло провести одной до позднего вечера. Нет, я, конечно, могла бы с кем-то познакомиться, но в свете последних событий меня совсем не тянуло «на подвиги».
За прошедшую неделю я дважды влюбилась. Один раз в человека, с которым познакомилась совсем недавно, а второй раз – в Венецию. Я не устаю ею восхищаться. Мне кажется, даже спустя недели я буду закрывать глаза и с легкостью переноситься в прошлое, смотреть на каналы и здания так, словно я снова там.
Покинув отель в восемь утра, я вернулась лишь в двенадцать ночи. И я была счастлива, гуляя по тесным и не очень темным улочкам, глядя на зеленую воду каналов и на обветшалые фасады зданий.
Венеция – это сказка, в которой можно оказаться по-настоящему. Перед отъездом одна моя знакомая сказала: «Ты едешь в Италию – это главное! А пространство все сделает за тебя!» Оно действительно сделало, но совсем не так, как я себе это представляла. Все сложилось самым наилучшим образом. В моем сердце, независимо от того, сколько раз я побываю в Венеции, всегда будет жить самая первая поездка, в которой я «как будто одна, как будто влюблена». Сижу с бокалом шампанского напротив собора Сан-Марко на закате дня, свесив ноги с набережной.
30 июня
Утром я проснулась абсолютно счастливой. У меня было полное ощущение его присутствия рядом. И вчера, когда я засыпала, и сегодня, когда открыла глаза. Это бред и безумие, я знаю. Может, на меня так влияет Италия, может, подобное – издержки того, что я одна в Венеции? Я не знаю. Но чувство – совершенно потрясающее.
ТЫ РЯДОМ. Когда я гуляла по улицам, когда я каталась на вапоретто, когда я засыпала, завтракала, ты был рядом, обнимал меня, держал за руку, целовал. А вдруг это то самое родство душ?
Все-таки счастье, что я смогла поехать в Венецию именно сейчас, когда могу позволить себе все, что хочется: шампанское, гондолу, тирамису у Риальто, роскошный обед в Лидо. Если бы я оказалась здесь в студенческие годы, мне кажется, впечатления не были бы такими яркими. Я твердо решила, что не буду здесь экономить, а потом – будь что будет.
И еще одна вещь, которую я поняла здесь: лучше приехать в Венецию одной, чем с человеком, который тебе безразличен.
Венеция все же похожа на меня. Она такая же непредсказуемая, переменчивая, буйная. Что ждет за этим углом? Сан-Марко или снова тупик? Канал или подворотня?
А может, в магазин масок? На каком вапоретто я окажусь? И куда оно меня увезет? Здесь забываешь логику, предыдущий опыт, все, что было раньше, и просто растворяешься в городе, сливаешься с ним, принимаешь его всем сердцем, всеми органами чувств, каждой клеткой.
Венеция – волшебна. И она способна творить чудеса. Самые яркие впечатления? Первое: момент, когда я вышла из здания вокзала и все повторяла: «Господи, я в Венеции!» А потом чувство клаустрофобии в первый час и ощущение, что здесь невозможно ориентироваться (это ощущение меня так и не покинуло до самого конца поездки).
В Венеции невозможно предсказывать ход событий. Это бесполезно и глупо. Сюда лучше приезжать в «зрелой молодости», когда еще есть силы взлетать вверх по бесконечным мостам и по лестнице под купол Сан-Марко. Ехать одной в Венецию – не глупо. Глупо – не ехать сюда.
Все время вспоминались девочки, соседки по отелю в Римини, которые говорили, что одного вечера в городе вполне достаточно. Все-таки мы воспринимаем окружающее через призму обстоятельств. Если бы я была здесь с любимым, мне бы не хватило и недели, чтобы нагуляться и надышаться.
А еще в душу почему-то очень запал местный бродяга. Я гуляла по улицам, слушая музыку в плеере, как вдруг, свернув в один из дворов, чтобы полюбоваться нависающими надо мной крышами домов, я почти нос к носу столкнулась с каким-то странным мужчиной. Одетый в лохмотья, с блуждающим взглядом, он смотрел не то на меня, не то куда-то сквозь меня. Я не могла понять этого. Наверное, в обычной ситуации я бы просто развернулась на сто восемьдесят градусов и вернулась на главную улицу, но что-то заставило меня остановиться и, не двигаясь, смотреть на него. Вероятно, со стороны я выглядела так же ненормально, как и субъект, находившийся напротив меня.
Бродяга что-то бормотал себе под нос, взмахивая перед собой то одной, то другой рукой, словно пытаясь навести на кого-то или что-то невидимое – волшебные чары. А потом, когда я, завороженная этим зрелищем, окончательно впала в состояние, близкое к гипнотическому, вдруг резко воскликнул, глядя на меня уже совершенно ясным взором: «Здесь нельзя долго задерживаться. Такие места не для таких, как ты! Тебе пора занять свое место» – по-английски, почти без итальянского акцента, хотя на вид он явно был местным, и, быстро развернувшись, пошел в противоположную сторону. Мне стало не по себе, и я наконец вышла на какую-то оживленную улицу. Что это было? Какой-то знак? Мне нужно уехать из Венеции? Из Италии? Или откуда-то еще?