Грани
Шрифт:
[Примечание секретаря выездной следственной комиссии: исключены некоторые сугубо технические подробности]
Я стоял не дыша. Механик, хоть и был из гражданских, вольнонаёмный, прекрасно понимал моё состояние. Получить такую машину сродни первому поцелую.
— Я могу залезть внутрь?
— Пожалуйста. Танк полностью снаряжён, за исключением боезапаса. Место командира здесь, — он похлопал по люку справа у самой башни.
— А здесь? — я показал на башню.
— Там автоматика орудия и управления огнём. Есть куда пристроиться двум-трём человекам среднего роста. В бою, естественно,
Я запрыгнул на корпус, привычным движением скользнул вниз, под броню. Здесь было неожиданно просторно и удобно. Чашеобразное кресло, ремни как у лётчиков, с быстрым замком. Слева кресло стрелка-оператора, впереди по центру — водителя. Оптика обзора и наведения дублирована и выведена на пульт с монитором. Кургузый перископ. Я заглянул в него.
Блин, да это терминатор на гусеницах, а не танк! — подумал я. В глазах возникла зеленоватая картинка внутренностей ангара, перекрестие нитей прицела с чёрточками тысячных. Пошевелив перископом, я увидел, как меняются цифры дальномера.
А в начале сентября начались учения. Да не просто погонять на танках по полигону и пострелять, а целые манёвры на два округа, Приволжский и Уральский. Ну я уже нутром чуял, что не к добру это. Такая спешка из ниоткуда не возникает. В последнее время, знаете, как-то странно вела себя погода. То жара как в июле, то чуть ли не заморозок как в ноябре. Тучи тоже часто были такие, ненастоящие, страшные, как в некоторых фильмах. Порывы ветра часто случались безо всякого явного повода, в общем, природа была… на взводе, что ли? Ощущения не из самых приятных.
В тот день предполагалась отработка форсирования реки. Но за последние три дня я насмотрелся на сводную карту манёвров и всё больше убеждался, что вокруг творится что-то неладное. Войска прибывали и почти сразу растягивались. Полигон занимает почти весь центр области, там в степях если пяток хуторов есть, то и ладно. Создавалось такое эшелонированное полукольцо, которое двигалось своими отростками дальше, чтобы в итоге замкнуться.
В первой колоне было десять танков со шнорхелями, из них три Т-95. Тут меня дёрнуло рассмотреть небо. Оно ещё несколько минут назад было нормальным, чистым и по-осеннему прозрачным. Стало нехорошо темнеть, тучи такие клубящиеся полетели. Ничего хорошего, одним словом. Я стоял под навесом метрах в тридцати от берега. Первый танк вошёл в воду, машина скрылась в потоке, только шнорхель торчал где-то на полтора метра. Потом ударил шквал, всё закачалось. Шарахнула молния, она ударила на противоположном берегу в лес у воды. Обрушился густой дождь, настолько плотный, что я еле различал очертания третьего танка, вползающего в воду. Со ската готовился съехать четвёртый танк, обычная "восьмидесятка".
Ливень здорово молотил по тенту, тёмный такой, страшный. Я всмотрелся в эту пелену и вдруг осознал, что он и вправду тёмный! В любом случае это не был обычный дождь. Несколько молний подряд ударили в реку. По времени третий танк уже должен был выползти из воды, а четвёртый только войти в реку. Я схватил рацию со столика и заорал:
— Прекратить переправу! Немедленно отойти от реки!
Ливень оборвался как по приказу. Тучи ещё недовольно порокотали удаляющимися разрядами. Вцепившись в поручни настила, я смотрел на другой берег. Колонна замерла метрах в пяти от уреза воды. Но на том берегу не было не одного из трёх переправлявшихся танков.
Потом, помню, над рекой завис вертолёт с крюком на тросе, чтобы протралить глубину, пытаясь зацепиться за предположительно застрявшие или провалившиеся
Начало сентября. Москва. ФСБ РФ. Сводка из оперативной разработки по делу "Принцесса"
В 09:40 8 сентября с.г. во время планового развёртывания войскового оцепления территории, условно названной "Зоной", проходящего как совместные учения Приволжского и Уральского военных округов, было зафиксировано первое Смещение с человеческими и материальными потерями. Как и в прошлые четыре раза, оно произошло под прикрытием шквалистого грозового ливня. В зону Смещения попали три танка типа Т-95АШ с экипажами и полным боекомплектом. Очевидец, майор З., подтвердил, что исчезновение всех трёх машин совпало по времени наибольшим количеством молний на единицу площади и максимальной плотности явления, названного "чёрный дождь".
Дополнительная информация из физико-химической лаборатории: основной составляющей "чёрного дождя" является жидкое металлоорганическое вещество, химический состав которого включает в себя углерод, водород, хлор, серебро, ароматические углеводороды, цинк и следы титана. Обладает высокой электропроводимостью и магнитной проницаемостью.
Глава 4. На грани
Глава IV. На грани
Степногорск. Офис частного охранного предприятия "Ятаган". Харальд
О существовании этой конторы я узнал сегодня утром. Блин, что за жизнь пошла — все неожиданные новости настигают меня, поднимая с постели в семь-восемь часов. Звонивший назвался Игорем и пригласил меня на собеседование о возможном сотрудничестве. Странно, что может от меня понадобиться частному сыскарю? Я предупредил Фрези, что могу задержаться до обеда и примерно через час стоял у крепости из кирпича-кремлёвки, выстроенной в странном, неуловимо элегантном стиле. И не новорусская хоромина, и не дворец вышедшего на пенсию функционера… Я затруднился дать чёткое определение, но сам для себя назвал это "Замком XXI века". Странно, что я ранее не знал ничего о нём.
Дверь открылась сама. Вежливый голос из динамика, спрятанного под обивкой короткого коридора, пригласил меня к лифту и на третий этаж, кабинет № 37. Последовав приглашению, я оказался у полуоткрытой двери. Два голоса, мужской и женский, вели какой-то разговор.
Я постучал.
— Заходите.
Спиной ко мне в полуразвёрнутом кресле у стола сидела девушка в длинной серой юбке и алой кожаной безрукавке поверх снежно-белой блузы. Таких волос, как у неё, я ещё не видел. Чисто пепельного цвета, как у толстовской Аэлиты, очень крупными завитками они спадали с её плеч.
— Валерий, да?
— Игорь, да? — в тон сидевшему за столом человеку спросил я. Он был, может, года на три старше меня, довольно большой, хорошо прокачанный, но гибкий.
— Ага, — кивнул он и взглядом показал на свободное кресло. — Познакомьтесь. Сандра Ботичелли. Вероятно, ваша коллега.
Девушка развернулась ко мне. Я обомлел и замер на месте. На меня смотрели огромные, грустные, серо-серебристые глаза, приподнятые к вискам и обрамлённые длинными тонкими ресницами. Итальянка протянула руку. Я поймал на лету узкую, но сильную ладошку и наметил на тыльной стороне поцелуй. Узкие густые брови выразительно изогнулись. Она явно оценила этот дистанцирующий жест.