Границам вопреки
Шрифт:
— Сорок четыре. Я отлично знаю контингент сайта и не хотела выглядеть старухой в рядах молодняка. А ты… Ловко… Выдумкой было всё от начала до конца?
— Только имя и пол.
— Можно узнать: зачем?
— Поначалу — ради интереса, позже поняла, что образ парня пишущего женское фэнтези неплохая реклама. Да и переигрывать было поздно, могла потерять читателей. Я несколько раз порывалась раскрыться перед тобой, чтобы общаться без утайки, и всё откладывала, дожидаясь подходящего случая… — Мелани виновато опустила глаза. — Видимо, моя очередь просить: не бросай меня. Голди, ты моя лучшая подруга и редактор. Мы команда. Если
— Обе хороши. И, сказать честно, закрадывались у меня подозрения подобного толка. В самом начале нашей переписки ты в диалогах пару раз путала окончания. Я не стала тогда поправлять и заострять твоё внимание на… проколах, — по-доброму улыбнулась Ратри.
— Это… согласие?! — опасалась, что не так поняла Мел.
— Сама-то как думаешь? У меня ломка без твоих историй. И гифки с голыми мужиками поднимают мне настроение больше, чем фото испеченных печенек, присылаемых мне сестрой, — рассмеялась бета.
— Не напоминай, — простонала Фаерс, закрывая лицо ладонями. — Теперь мне стыдно за всё, что я тебе бросала и писала.
— Так! — включила строгость Брукс. — Не нужно воспринимать меня как свою мамочку. Мел, я осталась той же Ратри, которую ты знаешь, с той разницей, что больше не буду ныть о преподах. То были пересказы дочкиных мытарств для поддержания моей студенческой легенды.
— Я постараюсь.
— Не постараюсь, а выполню. Знаешь ли, мне тоже тяжело принять, что мой друг Агни сделал себе обрезание, — Брукс показала пальцами ножницы. — Под корень.
— Квиты, — согласилась Фаерс, разулыбавшись.
— Таким… Такой… Мне понадобится время… Ты мне нравишься больше. А теперь выкладывай в подробностях, куда подевалась посреди разговора и почему?
— Причина моего отсутствия принимает душ, и я жалею, что там нет скрытых камер… — вздохнула Мелани, оглянувшись.
— Мел, тот псих вернулся? Он может быть опасен.
— Знаю, но в нём есть что-то… располагающее. И его вопросы, то наивные, то ставящие в тупик, такие искренние, что мне хочется верить в… существование Аррума. Разве не здорово — столкнуться с настоящим попаданцем? Я подыграю ему, а там посмотрю, во что оно выльется. Возможно, наскребу инфы на продолжение «Лесных стражей».
— Беру слова обратно, ты сумасшедшая не меньше своего «оборотня». Речь идёт о твоей жизни, а ты переживаешь о проде.
— Я тебе перезвоню, когда освобожусь, — понизила голос Фаерс. — Он вышел из ванной.
— Буду ждать и молиться за благополучный результат твоего эксперимента. И знай: я его не одобряю.
— До встречи, — Мелани послала Голди воздушный поцелуй и закрыла окно скайпа. — Обед готов, — сообщила спустившемуся со второго этажа Арруму девушка. С голым торсом и полотенцем, перекинутым через плечо, мужчина смотрелся сногсшибательно. Вида мускулистой груди, четко очерченных кубиков пресса и падающих с волос капель, чертящих соблазнительные дорожки на загорелой коже, было достаточно, чтобы Мелани на секунду зависла. Её авторская и чисто женская сущности были в экстазе.
Не замечающий состояния девушки оборотень вытер щекочущую сосок каплю и принюхался. Запах посторонней женщины, голос которой он слышал, не ощущался. Совсем. Это что получается? Его нос подводит или же уши? Спросить напрямую о гостье Аррум не решался. Он безропотно последовал за владелицей дома и послушно сжевал всё, чем та его
— Ты что-то молчалив, — заметила Мелани, озабочено глядя на поникшего пришельца.
— Я не пойми где, и мне не верят. — Можно было бы добавить «мой зверь не откликается», однако Аррум завел речь о другом: — Поведай о своём крае, Мел, — попросил он. — Продукты похожи на наши, а всё остальное… — мужчина досадливо мотнул головой. — Ваша баня… ванная — вся такая блестящая, в трубках, вода — хочешь теплая, хочешь — ледяная. Душ — удобное и полезное изобретение. У нас даже большинство правителей ковшом и лоханью пользуются. А завидев ваши повозки, я чуть стрекача не дал. Наверное, я тебе совсем дикарём кажусь?
— Есть немного, но ты же не виноват, что наши цивилизации развивались разными путями. Твоя — магическим, моя — техногенным. Я бы в твоей Трагире и подавно сгинула. В лес не потыкайся: эльф пристрелит или оборотень разорвет; в поле не суйся: орки-кочевники конями затопчут или кентавры; в горы не лезь: гномы в чане с золотом сварят, заподозрив в воровстве чертежей их устройств. И это я только основные расы перечислила, а их там у вас сколько? Десятка три?
— Никто не подсчитывал. Обитая в Канаде, ты подозрительно много знаешь о Трагире.
Из подслушанного, не специально, а в силу своей природы, разговора, мужчина почерпнул многое. Первым и самым важным было то, что он действительно оказался в чуждом ему мире, где оборотни и маги жили лишь на страницах сказок. Вторым — что Птица могла стать его союзником. Мелани жаждала приключений, и Аррум был для неё захватывающей диковинкой, пусть Фаерс и не до конца верила в настоящесть происходящего. А когда женщина-невидимка их обоих обозвала сумасшедшими, полуволк окончательно убедился в том, что девушка никакая не ведьма. Ни одна чародейка не стерпела бы оскорбления и испепелила бы наглеца на месте. Находящемуся практически в шоковом состоянии оборотню никак не удавалось сопоставить некоторые факты. Например, кто такие «стражи», кои упоминались в беседе, и откуда у Мелани такие познания о Трагире? И ответы на эти вопросы он намеревался получить немедленно.
— Объяснить сложно, — почесала нос Мел.
— Постарайся, будь добра, — напирал оборотень, поза которого выражала: «С места не сдвинусь, не докопавшись до правды».
Фаерс зыркнула на мужчину исподлобья и заговорила:
— Я писательница… громко сказано, тем не менее… не суть… — запиналась она через слово. — Довольно часто мне снится то, о чем пишу. Отсюда я и знаю об укладеТрагиры. Я словно наблюдаю со стороны за тобой, Кристал, — Аррум дернулся, — всеми Миронгами. И описываю увиденное в своей истории «Лесные стражи», а пробелы заполняю сама. Могу дать почитать, у меня есть распечатки — с ними тебе будет понятнее. Хочешь?
— Позже. Давай дальше.
— Что дальше-то? Я не знаю, как у меня это получается. Я думала, и думаю (!) что ты плод моей фантазии.
— Никакой я не плод, — сердито засопел Аррум. — Я живой. На, потыкай пальцем, — оборотень протянул руку, понукая Мел себя коснуться.
— Знаю, я тебя по полу валяла, и всё равно… — Мел пожала плечами. — Неправдоподобно. Почти полгода, сколько я писала «Стражей», ты был для меня выдумкой, а сейчас сидишь рядом и убеждаешь меня в своей живости. Это нереально. Не может герой выйти из книги. Понимаешь? Не бывает так.