Грат
Шрифт:
— Грат, подойди сюда. Шпагу возьми.
Смуглолицый принял фехтовальную стойку, сложив безоружные руки за спиной.
— Атакуй!
Я осторожно взмахнул шпагой.
— Да смелее же! Не бойся!
Вжух! — клинок прочертил в воздухе невидимую кривую линию, но Бамбур словно по волшебству оказался вне досягаемости острия моей шпаги, хотя остался стоять там же, где и был, не сделав ни единого шага в сторону или назад.
— Еще!
Я показал короткий выпад, но шпага снова прошла мимо, — будто Бамбур на мгновение утратил плоть и стал призраком. Чудеса, да и только.
— Это называется уклонение, — пояснил смуглолицый. — В бою иногда
Бамбур медленно, тщательно демонстрируя каждое движение, развернул туловище, скрутившись, словно пружина.
— … и от диагонального, — теперь он отклонился в сторону, убрав одно плечо и чуть присев на левую ногу, а затем повторил наклон в противоположном направлении.
— Все понятно? Теперь потренируемся. Отра, отойди на пять шагов и начинай швырять в этих юношей яблоками. Первым уклоняется Грат. Постарайся наставить ему побольше синяков, девочка.
Отра подошла к выданному ей поручению со всей серьезностью и ответственностью. Снаряды летели в мою сторону точно из пращи, треклятая девица азартно метила мне то в туловище, то в голову, причем совершенно случайным образом. Промахивалась она редко. Поначалу мне изрядно доставалось, но потом, благодаря замечаниям и ехидным комментариям Бамбура, у меня стало понемногу получаться. Уклонения и вправду творили чудеса: я даже стал испытывать некоторое садистское удовольствие, наблюдая за разочарованным выражением лица Отры, когда она промахивалась в очередной раз.
Наконец корзина опустела. По команде Бамбура мы собрали раскатившиеся плоды, и мое место занял Холт. У него выходило намного хуже: полная фигура была отличной мишенью, но Отра, видимо, жалела моего друга и кидала яблоки вполсилы. Или мне это только показалось? Когда пришла ее очередь, и я уже собрался полной мерой отомстить девчонке за яблочный дождь, Бамбур вызвался метать снаряды сам, а нам с Холтом велел двигаться в стойке друг напротив друга, сохраняя дистанцию. Затем мы повторили упражнение еще раз. Я увлеченно уворачивался от летящих в мою сторону яблок — на сей раз Отра и Холт швыряли их вдвоём — когда послышался голос Эльдмара, от нечего делать следившего за дорогой:
— Кажется, гости пожаловали!
К нашему импровизированному лагерю приближалась небольшая кавалькада гномов верхом на пони, которые тут считались, видимо, национальным средством передвижения. Возглавлял ее важный гном в зеленом берете и камзоле с пышными шарообразными рукавами. Борода наездника была заплетена в три упругие русые косички. Остановившись на расстоянии десятка шагов, гном окинул высокомерным взглядом нашу компанию и произнес на ломаном Всеобщем:
— Меня зовут Моргон из клан Трибель. Кто есть говорить наш язык?
— Оз аглаб каба дул, — выступил вперед Бамбур, — атраст вала, узбад [1].
— Ту тан трох [2], — скривился гном и быстро затараторил что-то на своем наречии. Пару раз смуглолицый прерывал его уточняющими вопросами, но больше слушал. Наконец, бородатый процедил сквозь зубы «барзул курзад», развернул свою приземистую лошадку и поскакал прочь. Его спутники потянулись следом.
— Что это было? — поинтересовался Эльдмар.
— Объявление войны, — пожал плечами смуглолицый. — Если кратко, в здешних
— К кому? — непонимающе захлопала глазами Отра.
— К аристократам. Родной брат девочки бросил вызов влюбленному мальчику, и тот его убил во время поединка. Потом отец покойного брата убил того влюбленного мальчика, а его отец в свою очередь убил убийцу. Девочка, посмотрев на эту мелодраму, убилась сама по себе. Короче, все умерли.
— А мы-то тут причем? — озадаченно спросил я.
— Тот рыжий, которого ты оттаскал за шкирку, всего лишь слуга, но относится к дому Трибелей, — терпеливо пояснил Бамбур. — Второй гном — тоже слуга, но из Фардоков. Мы ему вроде как помогли избежать трёпки, но при этом наступили на хвост соперникам, и формально теперь стали их врагами. О чем нам не замедлили объявить в торжественной обстановке.
— Велика беда, заделаться врагами каких-то торгашей, — скептически хмыкнул Холт.
— Самых могущественных торгашей в стране, — поправил его Эльдмар. — Гостиницы, трактиры, постоялые дворы и многие лавки принадлежат им или их родственникам. Да и другие гномы вряд ли захотят связываться с таким влиятельным семейством. Как тут говорят, «фрек карзак дургударлак», никто не хочет развязать войну. В общем, боюсь, у нас возникнут большие проблемы не только в столице, но и в других городах. Как минимум, с едой и ночлегом.
— И что мы будем делать? — поинтересовался я.
— Попросимся под крыло к Фардокам, — откликнулся смуглолицый. — В конце концов, это из-за них мы нарвались на неприятности. Ладно, собирайте вещи и двинули. Нужно добраться в Фейвилд до заката.
Пророчество Эльдмара начало сбываться, едва мы въехали в городок под названием Фейвилд. Слухи и недобрые вести разносятся в небольших поселениях со скоростью ветра, и этот населенный пункт не стал исключением. В двух постоялых дворах нам вежливо отказали в пристанище, сославшись на отсутствие свободных мест, еще в двух — отказали чуть менее вежливо, а в трех следующих так и вовсе не открыли. Тем временем, алый диск солнца стремительно закатывался за горизонт, разлив в небе малиновое зарево. Сгущались сумерки, а газовых фонарей в Фейвилде не имелось: выцветшие, разом утратившие краски улочки освещались только тусклым светом, льющимся из окон домов.
Мы изрядно устали, кроме того, нужно было напоить и накормить лошадей, не забыв и про осла. Попетляв по городу, мы наконец наткнулись на основательный каменный дом, издалека напоминавший крепость в миниатюре, над воротами которого красовался прибитый щит со скрещенными топором и молотом на синем фоне — как пояснил Бамбур, герб клана Фардоков. Подъехав к воротам, смуглолицый заколотил кулаками по потемневшим от времени доскам.
С той стороны донесся пронзительный собачий лай — гномы держали сторожевых псов. Нам долго никто не открывал, затем в воротах со скрипом отворилось маленькое квадратное окошко, и на нас уставился внимательный глаз в окружении темных косматых волос.