Гражданский спецназ
Шрифт:
Сегодня ему исполнялось сорок пять. Юбилей он собирался отметить в одном из ресторанов. Относительно молодой заместитель был расчетлив, практичен и жаден. Кутежам и оргиям не предавался, экономя на всем. Пешехонов был несказанно удивлен, когда тот попытался за счет государства похоронить свою пассию, с которой состоял в гражданском браке почти три года. Она скончалась от сердечной недостаточности, ставшей следствием пристрастия к алкоголю.
Вот и сейчас выбранное для торжества место не отличалось особым шиком. Небольшой ресторанчик, расположенный вдали от центра
Теперь он не понимал, почему именно там заместитель генерального директора такой солидной компании, как «Нефптон», решил устроить банкет.
После окончания разговора Борис Евгеньевич какое-то время неподвижно сидел, задумчиво глядя перед собой. В последние дни его не покидало странное чувство беспокойства. Появилось ощущение, будто что-то страшное находится рядом. Ему даже стало казаться, что он чувствует чей-то взгляд из пустоты.
После того как машина с Пешехоновым выехала со двора, его супруга преобразилась. Скинув халат, оставшись в одном нижнем белье, Наталья подошла к огромному, в человеческий рост, зеркалу и придирчиво оглядела себя.
Черные вразлет брови и такого же цвета глаза, слегка отливающие синевой волнистые волосы, спадающие до середины спины, в контрасте с белой кожей и чувственными алыми губами делали ее чертовски красивой. Наталья избегала солнца и никогда не пользовалась солярием. Ее тело, не изуродованное ни жировыми складками, ни родинками, было гладким и ухоженным.
Вдоволь налюбовавшись собой и поправив кружева на черных шелковых трусиках, она взяла трубку телефона и набрала номер.
Когда на другом конце ответили, лицо ее сделалось серьезным и деловым.
– Приезжай. Уточним кое-какие детали.
Уже через пятнадцать минут в дверь позвонили. Выйдя в прихожую и бросив взгляд на экран видеоглазка, Наталья впустила своего двоюродного брата.
Не вынимая рук из карманов кожаного плаща, Александр Михайлович чмокнул родственницу в щеку и, пройдя в гостиную, плюхнулся в большое кожаное кресло, утонув в нем. Его ноги при этом смешно повисли над полом.
– Ну, как настроение? – бросив на сестру настороженный взгляд, спросил он.
– Да никак, – пожала она плечами, усаживаясь напротив и беря с небольшого стеклянного столика, стоявшего между ними, длинную пачку сигарет.
Бобров вынул из кармана позолоченную зажигалку и, щелкнув ею, услужливо протянул Наташе.
Дождавшись, когда она раскурит сигарету, пристально, даже с какой-то настороженностью посмотрел ей в глаза, словно пытаясь угадать, о чем она думает:
– Не боишься?
– А чего я должна, по-твоему, бояться? Того, что место моего слизняка займешь ты? – Она усмехнулась. – Мне хуже точно не будет. А от этого старикашки уже тошнит.
– Муж как-никак, – показав неровные зубы, улыбнулся Бобер. – Говорят, женщины привыкают.
– Какой муж?! – Наталья зло потушила сигарету в хрустальной
– Ничего, сестренка, немного осталось…
– Я одного опасаюсь – это все же убийство. Если докопаются…
– Кто докопается? – На его лице появилось недоумение. – Все будет чики-пики. Комар носа не подточит. Умрет в больнице! Ты же знаешь, что это проверенный вариант.
– Ты имеешь в виду свою Ольгу? – Пешехонова поежилась. – Именно этот момент меня и настораживает. Вдруг кто-то обратит внимание, что в твоем окружении это не первая подобная смерть. Тем более за очень короткий промежуток времени.
– А кому вообще придет в голову наводить подобные справки? – удивился Бобров.
Выпятив нижнюю губку, Наташа пожала плечами и, немного подумав, выпалила:
– Нужно документально закрепить нашу договоренность.
От этих слов его брови взлетели на середину лба, а лицо сделалось удивленно-глупым.
– Это как? – Он немигающим взглядом уставился на сестру. Постепенно недоумение сменилось улыбкой.
– А что здесь смешного? – удивилась она.
– Да ничего. Просто представил название предлагаемого тобой документа. – Он закатил глаза к потолку. – «Договор расчета контрольным пакетом акций ОАО „Нефптон“ за преднамеренное убийство моего мужа по предварительному сговору».
– Прекрати паясничать, – сухо бросила Наташа. – Я просто после его смерти с голой жопой не хочу остаться. Все-таки право на наследство принадлежит мне. И еще, ни о каких акциях речь не идет. Я оформляю доверенность на право управления предприятием. Только и всего.
– А что, кто-то претендует на большее? Я не так выразился.
Бобер достал из кармана платок и, с шумом высморкавшись, неожиданно перевел разговор в другое русло:
– Почему ты не говоришь, как у тебя дела с Андреем?
– А ты не знаешь? – хмыкнула Наташа.
Александр Михайлович усмехнулся:
– Кто вас, баб, разберет. У тебя семь пятниц на неделе. Значит, действительно рожать собралась?
Для Боброва давно не было секретом, что его двоюродная сестренка крутит шашни с Малаховым Андреем Николаевичем, начальником службы безопасности Пешехонова.
Это был высокий стройный брюнет с широким лбом, холодным, проницательным взглядом и волевым подбородком.
Побывав за время службы в ВДВ практически во всех горячих точках и дослужившись до майора, он попал под сокращение. Оказавшись на гражданке, около года мыкался без дела, проедая с семьей, состоящей из жены и сына, выходное пособие. В конце концов у супруги терпению пришел конец, и он остался один.
В офисе «Нефптона» Малахов появился по объявлению о конкурсе на вакантную должность начальника охраны и на удивление легко оказался основным претендентом на эту вакансию. За два года, которые он возглавлял службу безопасности, у него и Натальи завязались дружеские отношения, постепенно перешедшие в очень близкие.