Грех
Шрифт:
— Да. Мне надо поговорить с ним.
— И о чем это ты собралась говорить с важным боссом, который и со мной то разговаривает только несколько раз в месяц, когда я сдаю отчеты по клубу?! — она просто изводила меня своим прямолинейным и циничным взглядом.
— Я… мне надо, — попыталась увильнуть я.
Просить охранников провести и впустить меня в кабинет Ареса было глупо. У них было четкое распоряжение никого не пускать, если хозяин сам не одобрил визитера. А с чего бы ему одобрять встречу со мной, простой танцовщицей, которых у него каждый вечер с десяток вьется вокруг шестов.
Помочь
Алина неожиданно рассмеялась. Как шипящая змея, чуть ядом меня не заклеймила.
— О, Лиза! Ты что же решила подзаработать?! Предложить свои услуги влиятельному бизнесмену?! И с чего вдруг ты взяла, девочка, что я буду хлопотать за тебя перед боссом?
Аргументы я не придумала. Почему то наивно решила, что администратор подрабатывает личной сутенершей для Ареса. Настю ведь она уговаривала сама на грех.
Поэтому я лишь потупила взгляд в пол, разглядывая контраст острых лаковых туфель стервы и моих простых белых кроссовок.
— Иди домой, Лиза. И не смей навязываться Арсу Мадаеву. Он сам выбирает женщин для своих утех. Не знаю, что тебе наплела твоя подружка, но к боссу в кабинет можно попасть только, если он сам того пожелает.
С этими словами Алина крутанулась на каблуках и направилась прочь от меня
— Норд, сделай мне пино колладу, — услышала я ее приказ, отданный равнодушным тоном.
Я несколько минут стояла в нерешительности. Состояние было схоже с тем, когда после бани прыгнула в прорубь.
Уговаривать дальше эту стерву я не видела смысла. Она не меняет свое мнение, если на ее решение нечем повлиять.
Придется завтра самой, без приглашения попытаться попасть в Грех на БДСМ вечеринку и надеяться, что Арес меня заметит.
Потому, как наличие его персоны в клубе я не улавливала. Только несколько раз, когда уезжала домой, мельком видела в окне его кабинета внушительную фигуру мужчины с сигаретой. И он по прежнему пугал меня до желудочных спазмов и колик.
Решено. Приеду завтра в Грех сама, раз Алина не может мне помочь и организовать встречу с Аресом заранее.
Я направилась к выходу из клуба. Натянула пониже капюшон, чтоб похотливые прилипала не разглядели мое лицо и не начали приставать со своими развратными предложениями.
Стоило выйти за порог на живительный свежий воздух, как стало одновременно и легче и тяжелее. Легче от того, что хотелось поскорее убраться прочь из этого вертепа разврата. А тяжелее, потому что время грохотало в голове обратным отсчетом. Секундные стрелки били по вискам, напоминая упадническую картину моего дома и разочарованных родителей. Увидеть угасшую надежду в их глазах мне не хотелось. Я обязана была помочь им сейчас также самоотверженно, как они помогали мне все эти годы — поддерживали и оплачивали лечение дорогими препаратами у лучших психологов. И в том, что я не вскрыла себе вены после изнасилования и сейчас смотрела на мир спокойнее и уравновешеннее была львиная доля их заслуги.
— Лиза, постой, — окликнул меня охранник на входе.
Я вздрогнула, не ожидала, что этот амбал знал мое имя.
— Тебя хочет видеть хозяин… Следуй за мной.
От страха сердце упало в пятки. Я сама добивалась этой встречи. Но решение Ареса меня принять стало неожиданностью. Удивительно,
И сам Арс Мадаев согласился!
Глава 15. Лиза и Арес
Я вернулась в Грех следом за громилой из фейс контроля. Шла понуро опустив плечи. Прятала глаза в пол, чтоб не увидеть цинизм и насмешку в глазах Норда и Алины.
Мол, хотела, дура, получай. Теперь осталось вывезти все то, что меня ждет дальше. А еще уговорить важного босса раскошелиться на фантастически огромную сумму денег. Стоит ли мое тело сто тысяч…Сомневаюсь. А для расплаты с Мадаевым у меня больше ничего нет. Разве что еще душа. Но ее хотелось бы приберечь для себя.
Очнулась я от морока, когда тяжелая звуконепроницаемая дверь захлопнулась за моей спиной.
Обстановка кабинета Ареса ускользнула от моего сознания, когда я сконцентрировалась на мрачной фигуре мужчины за массивным офисным столом.
Полумрак помещения, тяжелые глухие шторы на окнах, все в оттенках серости и безнадеги. И он. Весь в черном, с кожаной маской на пол лица, монументально высился над столом и нагонял панику одним взглядом своих коньячных зрачков. Тоже темных и суровых.
Мужчина сидел расслабленно, положив мускулистые руки на стол перед собой.
Смотрел на меня равнодушно. Так, словно он хозяин моей жизни и решает, стоит ли мне вообще дать шанс заговорить. Или прогнать прочь. Вынести свой жестокий вердикт без права на оправдание.
Молчание затягивалось. Запах в кабинете стоял удушливый. Безграничной власти, едкого никотина и сандалового дерева. Смесь этих ароматов будила во мне что то большее, чем просто страх. Скорее животную панику жертвы перед клыкастым хищником, загнавшим в угол и норовившем растерзать при первой оплошности.
— Ты искала встречи со мной, — голос прозвучал, как рокот грома в тучный день. Низкие ноты, слова с ярко выраженным акцентом. Все больше ненужных ассоциаций.
Пришлось вспомнить слова психологов, что своим страхам надо смотреть в лицо. Принимать их, как данность. Если я не могу сейчас ничего изменить в этой ситуации, то необходимо изменить свое отношение к ней в целом. Постараться отрешенно, словно со стороны, наблюдать и учавствовать во всем происходящем. Решимость таяла, как льдинка под кипятком, стремительно и безвозвратно. Мне понадобились все мои воспоминания о патовой ситуации родителей, чтоб воскресить в себе решимость.
С чего начать?! Как сказать за деньги, начать разговор о вульгарном и порочном предложение своего тела?! Это позор. Ужас.
Никогда в жизни я не предполагала, что опущусь так низко. Буду стоять перед властным и состоятельным мужчиной в качестве шлюхи. Еще и надеяться на его милость. Ведь от решения Ареса зависит жизнь моих родителей.
Я сконцентрировалась на этом, вошла в образ жертвенницы. Так было проще и легче, наконец, заговорить
— Я пришла к вам с деловым предложением, — я откашлялась, потому что голос скакал с верхних нот на нижние, предательски осип. Я продолжила под тяжелым хмурым взглядом из под маски, — Мне нужны деньги. Значительная сумма — сто тысяч долларов. Моим родителям угрожает серьезная опасность. И эти деньги мне необходимы в ближайшие дни…