Грех
Шрифт:
Ничего… Она обязательно извинится перед Романовым. Только бы найти его!
Глава 23. Арес и Макс
Прогулка в прошлое…
— И что удобно тебе все время в маске ходить? — спросил Макс у друга.
Арес достал из кармана пачку сигарет и демонстративно проигнорировал вопрос Романова.
— Куда путь держишь? — спросил он, преграждая дорогу Максу.
— Дела. Личные. Слушай, брат, встретимся
На улице сгущались сумерки. Редкие прохожие с удивлением оглядывались на него и тут же шли быстрее. Романов повзрослел к своим девятнадцати, уже раздался в плечах. А ежедневные выматывающие тренировки с Аресом и спарринги в боксе делали его сильнее и мощнее с каждым днем. Внешне друзья уже казались одинаково крепкими и здоровыми.
Редкие беспредельщики их района еще имели смелость бросить им вызов. Только Паша Голицын составлял конкуренцию. Богатый и жестокий мажор, разбалованный сынок директриссы продолжал сколачивать свою банду малолетних преступников и мутить спокойствие, иногда докапываясь до Макса.
После вчерашнего случая в лицее, когда Макс заступился за Лизу и навалял ему, теперь стоило ждать открытых конфликтов и мести. Просто так Пахан точно не оставит этот случай. И власти и рессурсов в его руках больше. Пол района пацанов спортсменов под ним ходят.
Последствий не избежать.
— А что это за херня вчера произошла? Сплетни гудят, что ты Пахану навалял? — вспомнил Арес и испытующе посмотрел на Макса. Они продолжали идти по улице в сторону лицея. Романов заметно нервничал и хотел отослать друга.
— Было. Ничего, ему полезно, — расплывчато ответил Макс.
Сам вспомнил за то, как ублюдок тискал его Лизу. А девчонка тоже сучка оказалась. Подставила Макса перед директриссой, сказала, что все проблемы от Романова, а с Пашей у них все в шоколаде.
В дерьмовом таком, мерзком. Сучка.
И все равно к ней тянет. А еще Макс думал, что погорячился.
С Днем Рождения, сука.
Это было сильно. Сегодня он уже пожалел, что поругался с девчонкой. Не стоило так жестить. Ясно же было, что эта жирная стерва директрисса надавила на нее. А малышка испугалась и растерялась. Глазками — бездонными озерами так смотрела, что Макс всю ночь не мог уснуть. Вспоминал ее влажные от слез длинные ресницы, маленький покрасневший носик и припухшие губы. Такая крошка. А на нее все накинулись. Еще и он ей в гневе выпалил «С Днем Рождения, сука!».
Это был перебор. И чем он теперь лучше того же конченного дебила Пахана?!
Нет, чтоб обнять малышку, утешить. Сказать, что не позволит никому ее обижать. И Пашу скрутит в бараний рог, если он еще хоть раз к ней притронется.
— Арес, отвали. Иди по своим делам. Нахера ты за мной плетешься? — оглядываясь на друга, раздраженно буркнул он.
Тот усмехнулся и пнул ногой пустую жестяную банку от пива.
— А куда ты намылился и весь такой загадочный? Что за тайна, бля?
Макс буркнул в ответ, что не его дело.
Остановился и толкнул
— Свали на хер, я же нормально прошу.
Несколько мгновений Арес прищурившись смотрел на Романова. Решался, вырубить друга в ответ или пойти на встречу и не преследовать его, чтоб не накалять конфликт дальше.
— Ладно, похер. Сам ведь если в какое то дерьмо встрянешь, позовешь меня.
Макс ускорил шаг и добрался до лицея. Обошел здание вдоль стены и остановился возле окон спортзала. Замер от восхищения, когда увидел свою Лизу.
Девушка в спортивных лосинах и коротком топе разминалась перед зеркалами. Дыхание сперло в груди Романова, когда фигуристая девочка наклонилась в растяжке к полу. Попка персиком торчала кверху. Макс смотрел так пристально, что даже разглядел тонкий шов между крепких ножек.
Малышка мотнула длинным хвостом, как золотая рыбка, прогнулась на коврике в сторону.
Призывно вытянула стройные ножки в шпагат. Макс стер со лба каплю холодного пота.
Что этой гребанной принцессе надо, чтоб она заметила, как он сохнет по ней долгие годы?! Как самоотверженно любит хрупкую красавицу с детства?!
А сейчас им сам Бог велел быть вместе. Макс вырос, окреп. Стал молодым мужчиной. И пусть у него до сих пор не было девушки — он самоотверженно хранил верность своей музе, чем особенно удивлял и веселил Ареса. Друг то перетрахал уже всех красоток района, свободных и не очень. Но Романов понимал, что глупо давиться невкусными костями, когда его мечта — сладкая девочка Лизонька, мишленовский десерт, сейчас как никогда близко.
— Ох, блядь. Вот на какое кино ты торопился, — насмешливый голос с акцентом неожиданно вернул Макса в реальность.
Арес стоял чуть поодаль и смотрел в окно. На его Лизу!
— Твоя Лизонька…Хороша, сучка. В лицее сейчас никого. Пошли трахнем ее по очереди… или одновременно, — потирая выпирающую ширинку, предложил Арес.
В его взгляде читалось порочное жестокое возбуждение. Бесстыдно сжимая восставший член через ткань спортивок, он не заметил всполох неконтролируемой агрессии в зелени зрачков Макса.
— Бля, смотри, как сучка выгибается. Я бы сейчас ей вдул по самые…
Арес не успел договорить, как Макс ринулся на него и с рассерженным воплем повалил на землю.
Ярые удары кулаками посыпались на лицо в маске.
Арес не ожидал такого напора и стремительности. Но уже через минуту опомнился и начал бороться с разгневанным другом.
— Из-за суки названого брата бьешь?! — рычал Арес, отбиваясь и нанося в ответ не менее сокрушительные удары.
В тот момент в Максе клокотала такая ненависть и ревность к Аресу, посмевшему опорочить своими действиями и словами его ангельскую девочку, что он готов был убить друга.
Парни барахтались по полу, придушивали друг друга. Арес вывернулся из захвата и вскочил на ноги. Макс спешно встал следом.