Грехи сердца
Шрифт:
– Я не думал о героизме. Просто не ожидал, что этот идиот действительно в меня попадет. — Аластор крепче прижал кулак к груди, - Я только планировал удостовериться, что он тебя не ранит.
– Нет таких пуль, которыми можно меня убить, - заметил Даган, сильно встряхнув Джо, когда Мартин попытался ослабить сдавливающий его воротник.
– Или меня, - Аластор послал ему нерешительную эффектную улыбку, - но, черт возьми, просто дьявольски болит!
Даган не мог поспорить. Каждый раз, когда он хватал пулю или нож за брата, это причиняло
«Жнецы душ бессмертны, но совсем не неуязвимы».
– Ты планируешь выпотрошить проклятого ублюдка, или это сделаю я?
– спросил Аластор, положив руку на плечо брата и вставая на ноги.
– Он мой, - сказал Даган, притянув Джо ближе.
Глаза Джо расширились, когда тонкий луч света из открытой двери осветил лицо Дагана.
– Ты...
Даган ударил. Пальцы рассекли кожу, мышцы, затрещали ребра, поскольку его рука проникла глубоко. Это походило на обвалку сырого цыпленка без ножа.
Джо смотрел на него, широко раскрыв глаза. В них что-то вспыхивало. Своего рода узнавание.
– Ты, - повторил он. Затем издал булькающий вздох, возможно смех.
– Думал что только... так... для человека... гарантируется... бессмертие... Думаю я... ошибался.
– Его глаза остекленели, и Джо умер с последним вздохом. Его тело выпустило поток отходов, когда ректальные мышцы расслабились.
Даган вздернул голову и встретил пораженный взгляд Аластора.
– Он узнал меня.
– Ты когда-нибудь видел его раньше?
Сжав сильнее сердце, Даган посмотрел на лицо мертвеца. Его голова свесилась набок, на него смотрели ничего невидящие глаза.
– Нет.
– Ты уверен?
– Да.
– Значит, он узнал не тебя.
– Аластор пожал плечами и бросил взгляд на ящик с фотографиями.
– Возможно, он узнал смерть.
– Возможно, а может и нет.
– Было что-то категоричное во взгляде Джо Мартина, что-то личное. Дагана видели немногие люди, и в 99,99% они заканчивали мертвецами. Оставшийся 0,1% - составляла инфантерия Верхнего мира, которая понятия не имела кто он, да редкая женщина, оказывавшаяся обнаженной в его постели.
И конечно девочка. Одна болтливая незабываемая девочка с бронзово-зелеными глазами, метающими искры, отблески которых он мог видеть и теперь.
Мощным рывком Даган вырвал сердце и вытащил руку из грудной клетки. Тело упало на пол, как мешок с мусором. Цепь выскользнула из открытого воротника Джо Мартина, последовал слабый звон металла о бетон.
Кулон с фотографии.
Даган уставился на ожерелье.
«Неужели она мертва? Как не хотелось, чтобы она оказалась мертвой».
Неосознанно он сжал его в кулак вместе с сердцем и рванул. Кровь хлынула из разорванных кровеносных сосудов, высвобождая желудочки и орошая темно-красными пятнами стены, пол, множество черепов на полках, белую футболку Дагана, его кожу, шею и щеки.
– На тебя не похоже действовать так неаккуратно, -
– Думаешь?
На мгновение эмоции Дагана оказались настолько сильными, что он забыл о присутствии брата. Забыл обо всем кроме убийства.
« Это личное. Твою мать! Это никогда не было личным. Возможная связь с девушкой сделала это таковым».
Происходящее не имело никакого смысла. Он не видел девушку одиннадцать лет. Она являлась лишь во сне. Ему снились яркие, разноцветные сны, и складывалось впечатление, что он мог протянуть руку и коснуться ее, поговорить, пропустить через свои пальцы гладкие темные локоны. Это также не имело смыла, ведь жнецы не видели сновидений.
С осознанным усилием он ослабил хватку на сердце Джо Мартина, бросив его в мешок, который одел на плечо, затем вытер тыльной стороной губы. Даган тяжело дышал, его сердце бешено колотилось, адреналин зашкаливал.
Подняв глаза, он посмотрел на Аластора, потиравшего пулевое ранение на груди.
– Пуля прошла навылет?
– Даган поднялся, взял брата за плечо и повернул к себе спиной.
– Да.
– Проклятье, хоть одна хорошая новость, - в словах сквозил сарказм.
– Боюсь, что ты погорячился, назвав эту новость хорошей, – бросил Даган, радуясь, что ранение не столь серьезно, как могло оказаться, - но лучше навылет, чем мой палец, копающийся в ране.
– Они обменялись взглядами. Это был бы не первый раз, когда кто-то из братьев был бы должен впопыхах оказать первую помощь.
– Ты будешь жить.
Слова были произнесены, и в ту же секунду мысли понеслись в направлении, в котором Даг не хотел думать, и, судя по выражению лица Аластора, брат думал о том же. Несмотря на пулю, пробившую насквозь его грудь, сломавшую кости и, скорее всего, задевшую большую часть легкого, Аластор будет жить.
Именно в этом проблема.
Они жнецы душ и, как дополнительный бонус- биологические сыновья Сета. Ничто не могло их убить. Даже пуля.
Однако что-то убило Локана.
Могло ли оно так же убить одного из них?
Только… они не могли предвидеть приближение беды, поскольку не имели понятия, чего именно опасаться .
Сев на корточки у тела Джо, Даган потянулся к зияющей дыре в груди и стал ждать. Темная душа подплыла, неся холод настолько ощутимый, что он обжигал его. Извиваясь, душа обвила запястье, словно мокрый скользкий червяк, затем снова скользнула вниз, истаивая в туман смога, и медленно поднялась, замерев чуть выше плеча жнеца.
Даган рассеяно захватил ее огненным ободом и привязал к себе смертного. Затем осмотрел карманы Джо: горстка мелочи, жвачка, бумажник, внутри кредитка, удостоверение личности, пара двадцаток. Контактное лицо при чрезвычайных ситуациях небрежно написано красной ручкой. Фрэнк Мартин. « Возможно брат не за границей».Даган засунул карточку в карман. Стоит проверить.