Грехи сердца
Шрифт:
Ошеломленная Рокси покачала головой. Чувства взорвались, соединяясь в единственное яркое воспоминание: женщина наклонила близко лицо так похожее на Рокси, слезы блестели в темно-карих глазах, оставляя серебристые дорожки на щеках. Волосы пахли смесью трав и цветов. Ее губы прильнули ко лбу Рокси.
Подвеска, лежавшая на широкой ладони Дагана Крайла, которую он поглаживал своими длинными, изящными пальцами, идентична той, что висела на шее Рокси под рубашкой, и была копией символа, вырезанного на её теле собственноручно.
– Узнаешь
– Не вопрос.
– Нет.
– У тебя точная копия.
– Нет.
– Это метка Дочерей Исет.
– Рокси открыла рот для нового отрицания, но его холодный взгляд остановил ее.
– Вырезанная на твоем предплечье и выжженная в земле там, где убили моего брата.
– Он сделал паузу, чтобы дать этому откровению дойти до нее.
– Знаешь об этом что-нибудь?
– Ничего.
– На этот раз она не лгала или увиливала. Его слова оказались для нее новостью. Рокси знала, что исковерканная версия перевернутого знака Исиды была вытатуирована на коже мертвого жнеца. Но не знала, что его выжгли и в земле.
Рокси оказалась права. Задав ему вопросы и получив ответы.
«Знала ли об этом Каллиопа? Возможно да, а может и нет».
И конечно Рокси не могла сбрасывать со счетов, что возможно именно Стража Исет убила и расчленила жнеца, хотя не могла понять их цели. И если это все же они, было бы здорово упомянуть этот маленький факт.
«Твою мать!»
Она сжала зубы, продолжая держать рот на замке.
Безвыходное положение. Даган смотрел на нее, Рокси на него.
Наконец мужчина спросил:
– Чей это кулон?
– Без понятия.
– Но она знала. И знание отдавалось болью в груди.
«Что у него делает кулон ее матери? Где он нашел его? Как нашел?»
Нет смысла спрашивать. Если у Дагана имелись ответы, он не засыпал бы ее вопросами.
Она вынудила себя пожать плечами, а брови выгнулись в насмешливом вопросе:
– Раз он висит на твоей шее, думаю это... твоё?
Что-то промелькнуло в его взгляде, что-то достаточно горячее, чтобы опалить.
– Данные свидетельствуют о смерти владельца.
– Голос звучит низко, слова брошены резко. Они ударили, словно пуля рвущая броню.
«Мертва. Мама мертва».
Факты рождают предположения, но окончательно ничего не доказывают. Она схватилась за эту мысль, как за соломинку, решая, нуждаясь думать, что, возможно, он ошибался.
Даган изучал ее реакцию, наблюдал за ней, оценивал, заставляя чувствовать себя незащищенной и уязвимой. И это не то состояние, в котором Рокси хотела находиться, поэтому выпалила свое последнее оправдание.
– Отвали.
– Снова твой рот, - пробормотал он.
Прежде чем девушка придумала ответ, Даган сомкнул пальцы на ее плечах и потащил вверх к себе. У Рокси не было уверенности, что именно он хочет: поцеловать,
Его губы сжаты в жесткую линию, глаза сузились.
Но не с угрозой.
Что-то другое сквозило во взгляде.
Ее сердце резко остановилось, затем забилось, так быстро, что она могла бы поклясться, чувствовала, как оно стучит о ребра.
– Я пришел сюда, - Он замолчал и отвернулся, скрипя зубами. Она ждала, дыхание стало слишком быстрым, наполненное странным беспокойством от того, что Даган может ей сказать. Наконец мужчина снова взглянул ей в лицо.
– Я пришел, потому что должен был знать, что кулон, не твой.
«Не мой, а матери».
Его слова, тон, проникли глубоко внутрь нее и перевернули там все вверх ногами. Поскольку в его словах явно читалось, что хозяин этого ожерелья мертв. Никаких «возможно» на этот счет не оставалось.
Что означало, ее мать мертва.
Откуда-то возникла такая острая боль, когда этот подлец расцарапал старую рану.
Затем сказанное просочилась через горе: « Я пришел, потому что должен был знать – кулон не твой».
Медленно Рокси покачала головой из стороны в сторону:
– Он не мой.
Девушка облизнула губы и блокировала мысли о горе. Позже она подумает об этом. Но сейчас нужно думать о другом.
Мужчина выдохнул долго и медленно. Взвешенно. Словно вынуждал себя успокоиться, но не мог.
– Зачем тебе знать, что это не мое?
– прошептала Рокси. Он не забывал о ней, как и она о нём? Это невозможно. Безумие!
– Потому что ты должна была построить жизнь, - он почти рычал.
– Безопасную жизнь.
– Ты должна была жить, а не умереть, он не произнес этого, но Рокси услышала именно это.
Она шаркнула носком своего ботинка по полу и отступила за свою привычную стену.
– А я-то думала, что ты пришел в поисках информации.
– Это информация, - он все еще держал ее руку, не так сильно, чтобы оставить синяк, но определенно достаточно, чтобы удержать на месте. Свободной рукой Даган схватил темный локон, лежавший на ее плече, немного нахмурился, наблюдая, как тот растягивается и пружинит.
– Хочешь лишиться пальца?
– Она высвободила волосы с тщательной неторопливой заботой и отвела в сторону его руку. Даган позволил, мужчина с его физической и сверхъестественной силой мог делать почти все, что захочет. И, похоже, ему хотелось дотронуться до нее, погладить волосы, изучить черты ... все это явно ее волновало.
– Рокси …– Даган произнес имя, словно дегустировал, пробуя на вкус. Девушка напряглась, ожидая чего-то пикантного. Чего? Но когда он заговорил, слова не содержали ничего подобного.
– Зачем ты убила Фрэнка Марина?