Грехи сердца
Шрифт:
Потусторонний мир, Обитель Сета
Мэл стоял в гостиной Сета. Он собирался выйти на пробежку, когда почувствовал темные щупальца силы, ползущие в подсознание. Прошло почти два столетия, пока Мэльтус научился полностью блокировать вторжение отца, но Сет не уставал пытаться. Мэл обдумал возможность проигнорировать призыв, но, в конце концов, поставил iPod на полку, открыл портал и направился в обитель Сета.
Когда он явился, комната оказалась пустой. Так типично. Послать ему срочный вызов, а затем заставить ждать.
Мэльтус
Повернувшись, он произнес с усмешкой:
– Доброе утро, Сет. Классная шляпа.
Сегодня отец решил принять традиционный вид члена Египетской королевской семьи. Поверх длинной льняной туники он набросил прозрачную мантию, достающую до самых щиколоток. Юное лицо, едва расставшееся с детским румянцем. Оливковая кожа гладкая, без волос, на голове искусный золотой убор, усыпанный драгоценными камнями.
«Такими блестящими!»
У Мэла чесались руки заполучить эти камни. Он знал одного скупщика краденого в Верхнем мире, который умел творить чудеса...
Конечно, возможность воровать у отца всерьез не рассматривалась, но могла оказаться чертовски веселой забавой.
– Ты пойдешь к Осирису в качестве заложника, – промолвил Сет. В обсидиановых глазах лишь пустота и безжизненность.
– Звучит круто.
Сет пренебрежительно махнул рукой.
– Выслушаешь все, что откроет мой враг. Будешь смотреть. Запомнишь каждую крупицу информации и расскажешь мне всё после возращения.
– Довольно длинный список. Может, мне стоит все подробно записать. – Мэл намеривался уточнить, нуждается ли Сет в фотографиях, но вовремя вспомнил, что у папочкине особо развито чувство юмора, поэтому поинтересовался: – Мое возвращение? Ты уверен, что Осирис сохранит мне жизнь?
Существовало не так много возможностей убить жнеца душ. До недавнего времени он знал только три. Непосредственно Сет. Определенно озеро огня. И левая рука Осириса – пожиратель душ Амат [50] . Прекрасное существо. С головой крокодила, телом леопарда, задницей бегемота. Поедающее недостойных мертвых. Похоже на Сета. Только играет за противоположную сторону.
50
Амат (Амт, Амамат, Ammut, Amam, Am-mit; в пер. с егип. — «пожирательница») — в египетской мифологии чудовище, совмещавшее черты крокодила и льва (чаще всего изображалось в образе льва с головой крокодила). Считалось, что Амат обитает в Дуате (подземном царстве). Амат часто фигурирует на сценах суда Осириса в качестве «пожирателя душ», пожирающего грешников.
«Ох, и не надо забывать, что Сет обладает большей мощью».
И, конечно, недавно появилась новая возможность, убившая Локана. Неизвестное существо. Не слишком утешительно.
– Он сохранит тебе жизнь. – Сет прошествовал по залу и уселся на резной, инкрустированный золотом трон. – Осирис знает, что если не вернет тебя, моя месть будет безгранична.
«Прекрасно. Я умру, но буду отомщен.
Как
Мэл остановил вопрос, прежде чем тот вылетел. Он достаточно умен, чтобы ступать гладко. Сет известен тем, что не терпит критики.
– Не могу обещать, что информация – это все что я принесу после возращения, – улыбнулся Мэл. – У Осириса есть несколько милых крошек, которые требуют более пристального внимания.
«А! Сигнальный тик».
Крошечная вибрация под правым глазом Сета, почти незаметная, но надо знать, где искать. А Мэл знал. После долгих, долгих лет опыта.
« Моя работа сделана».
Мэл озорно взял квадратик пахлавы с блюда из буфета. Сет всегда держал для сыновей запас сладостей, привезенных из Верхнего мира, ведь если они попробуют еду мертвых, то окажутся пойманными в ловушку Потустороннего мира навсегда. У каждого из братьев имелся свой яд. У Дагана – чупа-чупсы, Аластор предпочитал английские ириски, Локан был без ума от «шведских ягод» [51] . Но Сета никогда не волновали их предпочтения, только свои собственные.
51
Swedish Berries (Шведские ягоды) - красные (иногда синии) мягкие жвательные конфеты в виде ягод. Производство данных конфет прекращено в США, и его можно купить только в Канаде. Ингредиенты: сахар, сироп глюкозы, модифицированный кукурузный крохмал, лимонная кислота, искусственный ароматизаторы, минеральное масло, карнаубский воск, краситель и концентрат грушевого сока.
К счастью, Мэл не имел особых предпочтений. Сахар остается сахаром. Он его ел, потому что нуждался в сладком.
Сет молча впился в него взглядом. Мэльтус засунул пахлаву в рот. Уже давно минуло время, когда взгляд отца оказывал на него большое влияние.
Конечно, он сделает то, о чем просит папочка. Не потому что это приказ, а потому что преследует собственные цели.
Макиавеллистические интриги отца постоянны и вездесущи. Мэл потерял к ним интерес пару сотен лет назад. С тех пор, как начал вынашивать собственные хитроумные планы, но гораздо менее грандиозные. Не для политики или власти, а ради прикола.
Жизнь и так достаточно длина, и день, сулящий развлечение, стоит того, чтобы просыпаться.
Единственным, кто понимал все тонкости недомолвок и интриг Сета, был Локан. Он находил политику Потустороннего мира захватывающей.
Мэл был рад оставить политическое поприще брату. Они все были рады. И Локан казался счастливым от этого.
«Так какого хрена произошло? Как Локан оказался мертвым, несмотря на Всемогущего Сета, который не смог указать на преступника?»
Это вопрос укрепил в Мэле решимость направиться к Осирису в качестве заложника. Если и существуют главные подозреваемые, то это Осирис или, возможно, его сестра и жена Исида. Так или иначе, визит в обитель Осириса может дать ответы.
Предыдущая возможность собрать информацию была потеряна, когда Даган занял его место на чаше весов в Зале Двух Истин. Мэл не собирался позволить второму шансу уплыть неиспользованным.
– Что согласно твоим ожиданиям я должен узнать?– спросил Мэльтус, чтобы просто увидеть, улавливает ли Сет хоть намек на ход его мыслей.