Грешная вдова

Ревущее пламя охватило черную лестницу. Всполохи огня озаряли коридор адским светом. Она подняла выпавший из ее трясущихся пальцев ключ от спальни и вновь попыталась вставить его в замочную скважину.

Мертвей, лежавший рядом с ней в луже крови, захохотал. Она опять выронила ключ.

Артемис Хант вложил в конверт последний из трех золотых карманных брелков и медленно положил письмо на стол рядом с остальными

двумя. Он долго не отрываясь смотрел на лежавшие перед ним три конверта, каждый из которых был адресован мужчине.

Месть готовилась долго, но теперь он мог осуществить задуманное. Первый этап – отправить письма этим негодяям. Надо вселить в них страх, заставить пугливо озираться темными туманными вечерами. Второй этап включал в себя сложную финансовую махинацию, которая приведет их к полному краху.

Конечно, можно было просто убить эту троицу. Они вполне заслуживали смерти, а ему с его уникальными способностями не составило бы особого труда организовать убийства, не слишком рискуя попасться. Как-никак он был магистром.

Но Артемис хотел, чтобы эти трое помучились, чтобы они познали сначала смутную тревогу, а потом и подлинный страх. Он хотел сбить с них спесь, лишить уверенности и того чувства защищенности, которое давало им положение в обществе, а под конец отнять средства, позволявшие им походя губить тех, кому в отличие от них самих не посчастливилось родиться богатыми.

Прежде чем все завершится, у них будет возможность осознать, что они окончательно уничтожены в глазах света. Им придется бежать из Лондона – бежать не только от кредиторов, но и от общественного презрения. Они будут изгнаны из элитных клубов, им придется забыть не только о привилегиях своего класса, но и о какой бы то ни было перспективе поправить благосостояние путем выгодной женитьбы.

Вполне возможно, что под конец они начнут верить в привидения.

С тех пор как умерла Кэтрин, прошло пять лет. За это время три гнусных подонка, виновных в ее смерти, наверняка уверовали в свою безнаказанность, а может, и совсем забыли события той ночи, сочтя, что прошлое умерло вместе с загубленной ими молодой женщиной.

Конверты с вложенными в них брелками должны поколебать их уверенность.

«Я дам им несколько месяцев – пусть привыкну т ходить с оглядкой, – а потом, когда бдительность их слегка притупится, нанесу второй удар», – думал Артемис.

Он поднялся, подошел к маленькому столику и налил себе рюмку коньяку из хрустального графина, произнеся мысленный тост за упокой души Кэтрин.

– Уже скоро, – пообещал он невидимому призраку, который его преследовал. – Я подвел тебя при жизни, но не подведу после смерти. Ты долго ждала отмщения. Это единственное, что я еще могу для тебя сделать. Надеюсь, когда все кончится, мы оба станем свободны.

Артемис выпил коньяк и поставил рюмку на стол, прислушиваясь к себе. Но ничего не изменилось.

Внутри у него сегодня было так же пусто и холодно, как все последние пять лет. Он знал, что ему

не дано испытать подлинное счастье, ибо это светлое чувство недоступно человеку его темперамента. Радость так же иллюзорна, как и любая другая сильная эмоция. Но Артемис надеялся, что, начав осуществлять свою месть, он испытает удовлетворение, а потом, может быть, обретет и некоторый покой.

Сейчас же на душе у него не было ничего, кроме жесткой решимости довести дело до конца.

Наверное, он обречен.

И все же он завершит то, что начал этими тремя письмами. У него нет выбора. Его называют Торговцем Мечгами. Он покажет трем мерзавцам, убившим Кэтрин, что умеет торговать не только мечтами, но и кошмарами.

Говорили, что она убила своего мужа, потому что он ей мешал. Говорили, что она подожгла дом, чтобы скрыть следы своего преступления. Говорили, что она сумасшедшая.

В каждом клубе на Сент-Джеймс-стрит, в каждой книге записей споров было пари насчет Грешной Вдовы: предлагалась тысяча фунтов любому мужчине, который проведет с ней ночь, останется жив и потом расскажет о своих впечатлениях.

Об этой даме говорили всякое. Артемис Хант прислушивался к сплетням, потому что желал быть в курсе всех дел. У него были глаза и уши по всему Лондону. Сеть шпионов и информаторов приносила ему множество слухов, предположений и обрывочных фактов.

В ворохе информации, оседавшей на его письменном столе, кое-что было правдой, кое-что – предположением, а кое-что – откровенным вымыслом. Чтобы все рассортировать, требовалась уйма времени и сил. Артемис не пытался проверять все поступавшие к нему сведения, оставляя большую их часть без внимания, ибо она никак не влияла на его тайную деятельность.

До сегодняшнего вечера Артемису было незачем пристально интересоваться слухами, ходившими вокруг Мэделин Деверидж. Его не волновало, действительно ли эта дамочка отправила своего мужа на тот свет. У него хватало своих забот.

До сегодняшнего вечера он вообще не замечал Грешную Вдову. Но она заставила-таки обратить на себя внимание. Многие сочли бы это весьма дурным знаком. Артемис с удивлением чувствовал, что заинтригован. С ним давно не происходило таких интересных вещей. Впрочем, это доказывало лишь то, насколько скучно он жил в последнее время.

Он стоял на темной вечерней улице и задумчиво разглядывал маленькую изящную карету, которая неясно вырисовывалась в тумане. Фонари экипажа призрачно светили в клубившейся вокруг него мутной мгле. Шторки на окнах были наглухо задернуты, скрывая салон. Лошади стояли смирно, кучер на козлах выглядел просто неопределенной глыбой.

Артемис вспомнил изречение, которое много лет назад слышал от монахов «Гарден-Темплс», учивших его древней философии и боевым искусствам ванза: «Жизнь – это бесконечный банкет возможностей. Мудрость в том, чтобы понять, какие стоит отведать, а какие – отрава».