Грешник
Шрифт:
– Хм… Что-то серьезное?
– Я справлюсь. Но мне нужно сосредоточиться на другом. И я… эээ… несколько не по назначению использовал наших ребят.
– Злоупотребляете положением, значит?
– Не без этого.
– Ну, вот и злоупотребляй себе на здоровье. А отпуск… сам понимаешь. Я дочку только тебе мог доверить.
– Так за ней есть, кому приглянуть.
– Но слушается она только тебя. Слушай, Глеб… Я не прошу тебя день и ночь при ней околачиваться. Так, заглядывай иногда. Проверяй, все ли в порядке.
– Ну, если только время от времени.
– Так большего я и не прошу. А в остальном, ты, главное, появляйся в офисе хоть иногда, чтобы они там окончательно не распустились. Держи руку на пульсе.
– Заметано.
– Вот и ладно. Вот и хорошо, – похвалил Громова шеф. Помолчал немного, но все же не сдержал любопытства: – Расскажешь?
– Нечего пока рассказывать. А как будет – так обязательно.
Глеб спустился в паркинг. Сел за руль и устало повесил голову. Домой не хотелось. Хотелось к ней. И не отпускало, что бы он ни делал.
Глеб тихо выругался и поехал-таки к Каримовым. Амир дал понять, что отпуск – отпуском, но за его дочь Громов отвечает головой. Нет, он мог понять волнение шефа. Совсем недавно девочка перенесла операцию по трансплантации костного мозга, и хоть сейчас все говорило о том, что она победила болезнь – напряжение не отпускало. Тем более, Каримову пришлось оставить ее одну больше, чем на целый месяц. После планировалось, что девочка переедет к родителям в Америку. А пока – та усиленными темпами догоняла пропущенную из-за болезни школьную программу.
– Явилась нянька! И где же ты был?
– Привет, Карин. А ты чего не спишь? – удивился Громов, разглядывая вышедшую навстречу девушку. Она уже оправилась после болезни, у нее отросли ресницы и брови, а на голове красовалась модная ультракороткая стрижка.
– Тебя жду! – зло ответила наследная принцесса. Глеб удивленно на нее уставился.
– А спать ты будешь в школе на уроках?
– Где ты был? – проигнорировав его вопрос, осведомилась девица.
– Я не обязан перед тобой отчитываться. Как в школе?
– Я не обязана перед тобой отчитываться, – перекривляла его девчонка.
Глеб пожал плечами – мол, не хочешь, не отвечай. И пошел прочь из комнаты. В конце концов, он отвечает за безопасность девочки. Терпеть её хамство он не обязан. Да и на место ставить Карину – есть кому и без него. А ему бы… ему бы со своим дерьмом разобраться.
Наркота. Ну, надо же… И почему он не удивился? А ведь Ларка всегда так гордилась сыном. Глеб ей редко звонил, но всегда в таком случае она расхваливала Кирилла. И вот, пожалуйста. Знала ли она, куда этот дурачок влез? Вряд ли… Хотя, интересно было бы послушать ее версию. Что тот наплел матери по поводу квартиры?
Глеб зашел поздороваться с охраной, проверил работу камер и с чистой совестью пошел
– Какого черта?!
– А ты не догадываешься? – в темноте мелькнули белые зубы его подопечной.
– А ну, выметайся отсюда… И оденься… Господи Боже!
Громов отвернулся, резким движением руки включил в комнате свет. Простыни зашуршали, Карина встала и подошла вплотную, обдавая приторным ароматом духов, запах которых и заставил Глеба насторожиться.
– Ну, Глеб… Я же… я люблю тебя. Ты разве еще не понял?
– Чушь не мели! – Глеб чуть оглянулся, но так же быстро отвернулся вновь. Вид полуголой девчонки не будил в нем ничего. Лишь дикое желание поскорее избавиться от ее общества. И слава Богу, конечно.
– Это не чушь! – в голосе Карины зазвенели слезы.
К черту. С ним этот номер не пройдет.
– Карина… я что, неясно сказал? Выметайся! Или мне, что? Отцу обо всем рассказать? Ты этого хочешь?
– Ну и рассказывай! – заорала девочка. – Мне надоело прятаться! Как будто это плохо – любить!
– Матерь божья, тебе шестнадцать!
– Я не ребенок!
Глеб поднял глаза к потолку. Как же он сегодня устал! Невероятно…
– Я иду в душ. Чтобы, когда вернусь – даже духу твоего тут не было. Иначе, клянусь, отправлю тебя к отцу первым же самолетом! Ты меня поняла?!
Громов не стал дожидаться ответа. Открыл дверь в примыкающую к спальне ванную и, не сдержавшись, с грохотом ту захлопнул.
Когда же закончится этот кошмарный день?
Глава 6
– Ну, слава Богу! Где ты был?!
Глеб опустил взгляд, сосредоточив внимание на руке матери своего сына. Что это за привычка у неё такая – его трясти? И с чего, спрашивается? Ладно бы привыкла, что он каждый раз разруливает ее проблемы, а так… Видит второй раз за двадцать четыре года, а все туда же.
Наверное, стресс сказался.
– У Наташи угроза выкидыша. Я был у нее в больнице.
Вообще Громов предпочел бы не обсуждать этот вопрос. Но Ларка – все-таки бабушка. Ага, как и он… дед.
Не то, чтобы это что-то меняло.
– Угроза? – открыла Лариска рот, – а ты… ты это откуда знаешь?
– А вот об этом мы и поговорим. Сядь… – повелительно сказал Громов, кивком головы указывая на стоящую чуть в стороне кушетку. Достаточно новую, обитую еще не потрескавшимся и не потертым синим дерматином.
– Что такое? Ты мне объяснишь?!
– Это ты мне объясни, в какое дерьмо наш сынок вляпался.
Глаза Ларки расширились. Покрасневшие белки, припухшие веки. Как и для любой матери – случившееся для этой женщины не прошло бесследно.