Грешник
Шрифт:
Это она о моём члене сейчас говорит? Хоть понимает, что играет с огнём? Отдаёт себе отчёт, чем рискует?
– Уходи.
– Считай, что это будет разовый перепих, не более.
– Ты пришла сюда только потому, что увидела его с Изабель, – произношу холодно, а у самого внутри всё полыхает. – Эдриан не будет другим, привыкай. На месте Изабель можешь оказаться и ты, и кто угодно. Да, он тебя хочет. Но это не значит, что ты получишь эксклюзивный доступ к его телу. У него всегда много женщин. Если не можешь с этим смириться, лучше скажи ему прямо. Однако не думаю,
– Дерек, чёрт возьми! Мне плевать! Я просто хочу, чтобы меня оттрахали наконец! Мне это нужно. Я не могу больше. Каждый день на взводе. Если ты этого не сделаешь, я пойду по всем комнатам в этом грёбаном доме, пока кто-нибудь не согласится!
Надо же… голос прорезался. Вот это поворот. Может, и правда наплевать на всё и взять её, раз так откровенно себя предлагает?
– Ты снова напилась? – уточняю, хотя это и так очевидно. – Угомонись, пьяные истерики тебя не красят. Меня бесит, что ты пытаешься манипулировать мной.
– Ты злишься?
– Нет, Нора. Я всё понимаю. Просто уйди.
– Понимаешь. И прогоняешь. Даже не хочешь этим воспользоваться?
– Не думай обо мне лучше, чем я есть. Я говорю «нет» не потому, что я такой весь из себя благородный. Выкинь эту хрень из головы. Я просто спасаю наши задницы. Я тоже трахаю шлюх, Нора. Разных. И часто. Я говорил тебе об этом. Не идеализируй меня.
– Да, я поняла, что здесь регулярно трахаются все, кроме меня! Я пошла к нему. И что? Он уже нашёл другую дырку для своего члена. Так почему я не могу найти другой член? Я хочу твой член. Твой! Не чей-то ещё. Дай мне это. И я не прошу. Я требую.
Она подходит и обвивает мою шею руками. Чёрт тебя дери, принцесса! Что ты творишь?!
– Нора!
Хочу скинуть её руки, но она прижимается ко мне всем телом и целует. Трётся о каменный стояк, опускает руку вниз, срывает с меня полотенце, обхватывает член и начинает водить по нему рукой.
– Нора, чтоб тебя!
Смотрю в голубые глаза, подёрнутые похотью, втягиваю потрясающий запах и дурею в край. Принцесса пахнет сиренью. Никогда не нюхал сирень, но почему-то сейчас где-то на задворках подсознания всплывает грёбаный фиолетовый куст и туманит мозг всё больше. Да я ж порву её нахрен, если не прекратит тереться о мой стояк!
Она ещё и стонет. Чокнутая баба, ей-богу.
Всё. Плевать на последствия. Я поимею принцессу и точка.
– Ты ещё пожалеешь об этом, – выдыхаю, подхватываю её под ягодицы и несу на кровать.
Губы у Норы мягкие и вкусные. Оторваться невозможно. Никогда я не отличался нежностью, однако в данную минуту её во мне через край. А ещё дикой похоти и лютой жажды. Жадности даже. Хочется в буквальном смысле слова сожрать принцессу, настолько она желанная для меня сейчас.
Снимаю с неё платье, затем бельё, и принцесса предстаёт передо мной во всей красе. Провожу ладонями по совершенному телу, стискиваю грудь в ладонях, и Нора выгибается мне навстречу.
– Дерек, – бормочет она словно в
Терпение, крошка. Дай мне с тобой поиграть.
Хочется и затрахать её до смерти, и заласкать, окутав нежностью. Мысли сбоят и путаются, инстинкты обостряются. Я сейчас не я, а одурманенное животное, которое способно только мычать, стонать, охать и покрывать поцелуями каждый сантиметр её тела, желая до безумия, но при этом оберегая от самого себя. Да какого хрена происходит вообще? Что со мной? Когда я последний раз так трясся над женщиной? Да никогда! Я имел их жёстко и грязно, так, как надо мне. А сейчас не могу даже слова грубого сказать, настолько не хочется пугать принцессу.
Раскрываю её ноги, чуть сгибаю их в коленях, любуюсь открывшейся картиной, а затем припадаю к половым губам, втягивая её запах и понимая: я пропал.
Мне не просто крышу рвёт, меня засасывает в торнадо и уносит всё дальше, окуная в омут противоречий. Это пугает, чёрт подери! А меня мало что может напугать. Но вот я лежу, пристроившись между широко разведённых ног принцессы и боюсь, что не смогу противостоять её очарованию. Хотя я уже погряз по самые яйца. Надо брать от этой ночи максимум, а потом слать принцессу на хрен. Не нужно мне такого дерьма. Зачем сознательно усложнять себе жизнь? Правильно, незачем.
Накрываю её тело своим, и Нора обхватывает меня за шею, смотря прямо в глаза.
– Дерек… – шепчет и царапает мою кожу ногтями. – Пожалуйста, Дерек, сделай это.
– Сделать что?
Разумеется, я её понял. Просто хочу услышать…
– Трахни меня, Дерек. Сейчас.
«Да, детка, именно так. Проси ещё», – мысленно транслирую я ей, не отрывая взгляда, и она понимает без слов. Просит, елозит подо мной и стонет, вызывая во мне новый взрыв похоти, который сразу же сменяется волной нежности. Да что за напасть такая? Пора с этим кончать. Хватит играть в хорошего мальчика. Я вовсе не такой.
Задираю её руки над головой, сильно сжимаю хрупкие запястья, придавливая к кровати, и Нора вскрикивает, срывая последний предохранитель.
Когда я наконец вхожу в неё, меня сначала кипятком ошпаривает, а затем окатывает ледяной водой. И так – за долю секунды – много раз. В ней так узко, так мокро, так хорошо. Чистый, ничем неразбавленный кайф, который заставляет забыть обо всём и перенестись в параллельное измерение. Со мной такое впервые. А я ведь трахал многих. Но подобного даже близко не ощущал никогда.
Вторгаюсь в тесное влажное пространство, целую податливые губы, сжимаю шелковистые волосы и словно улетаю в стратосферу. Не был там, так что не знаю, куда меня конкретно выкинуло, но сейчас я точно не здесь. Её стоны, крики, шёпот будто запускают по венам наркотик, а дрожь принцессы и вовсе делает безумным.
Кончает она божественно. Громко. Страстно. Долго. И от понимания того, что я первый, с кем она легла впервые за полтора года, мне окончательно сносит крышу. Причём вместе с мозгами. Иначе какого хрена внутри остро вспыхивает желание, чтобы я был единственным?