Грешник
Шрифт:
– Лежать. Или будет хуже.
– Дерек, ты не в себе. Прекрати. Дерек!
Справляюсь с пряжкой ремня и констатирую:
– Просто дай мне то, что я хочу. Я всё равно возьму. Лучше дай мне это по доброй воле. Ты моя жена. Я имею право брать тебя где хочу и когда хочу.
Вожу членом по промежности, пока он не становится достаточно крепким.
– Дерек, – шепчет Нора, подрагивая. – Ты обещал больше никогда не брать меня силой.
– Не хочешь меня сейчас? Я противен тебе таким? – отстраняюсь и с размаху бью ладонью промеж её ног. – Тебе придётся захотеть. Я всё равно это сделаю. Не
Присаживаюсь на корточки и начинаю ласкать Нору языком, сам не понимая – зачем. Хочется наказать её, сделать больно, но даже своим затуманенным алкоголем мозгом я понимаю, что Нора не виновата ни в чём. Однако пора показать ей, что значит быть моей женой.
И вот она дрожит уже не от страха, а от возбуждения. Да, ей тоже хочется. Мы не занимались сексом почти неделю. Ввожу в неё два пальца, вращаю ими внутри, надавливая на её особую чувствительную точку, и усмехаюсь, услышав стон.
– Я держу слово. Ты меня хочешь. Можно приступать к исполнению супружеского долга.
Встаю, но меня заносит в сторону, и я хватаюсь за стол, матеря его на чём свет стоит. Затем пристраиваюсь сзади, аккуратно проникаю в Нору и начинаю медленно двигаться. Однако меня хватает ненадолго, и я срываюсь в бешенный ритм, явно причиняя ей дискомфорт, потому что она пытается отдалить бёдра. Рывком тяну их на себя и впечатываюсь в Нору по самый яйца, чем вызываю тихий всхлип.
– Стоять, сука, – цежу сквозь зубы, пытаясь справиться с бешенной агрессией, которая накрывает всё сильнее. Ещё немного – и совсем слечу с катушек.
– Дерек! – вскрикивает она, и это почти крик о помощи.
Скручиваю ей руки за спиной, а затем засаживаю резко и глубоко, вызывая очередной крик. Нора взывает к моей лучшей половине, но та уже крепко спит.
Наваливаюсь на принцессу, обхватываю её горло, а пальцами второй руки массирую клитор. Выпрямляюсь, тяну её за собой и припечатываю к себе. Вбиваюсь нещадными ударами, выбивая из неё крики вперемешку со стонами. Ей не нравится и нравится одновременно. Она ненормальная, и это я её такой сделал.
Похоть течёт по венам, ярость отравляет разум, и я ужесточаю толчки. Я на грани. Почти у финишной черты. Но я хочу, чтобы Нора взорвалась первой.
– Давай, – рычу ей в ухо и сжимаю клитор. – Хочу, чтобы ты кончила. Сейчас.
И она подчиняется, распадаясь в моих руках. Вцепляюсь в шею ещё сильнее, долблюсь меж широко разведённых ног как сумасшедший, и вскоре меня тоже накрывает. Однако оргазм не приносит облегчения. Чувствую себя ещё более злым и опустошённым.
Кое-как справляюсь с молнией, хватаю со стола бутылку и валюсь в кресло, наблюдая, как Нора пытается прийти в себя. Ей не место тут сейчас.
– Свободна.
Она одёргивает платье, разворачивается ко мне и выплёвывает в лицо:
– Козёл!
Как предсказуемо. Даже зная, что я вполне могу её убить, Нора так и не научилась следить за языком и подчиняться приказам. Но ничего, скоро я займусь её воспитанием. Займусь по-настоящему. И принцесса запоёт по-другому.
– Ты снова душил меня. Это несмешно, мать твою! Дерек! Мне страшно, когда ты так делаешь.
Да
– Вали на хер.
Делаю глоток. Нора хочет отобрать у меня бутылку, но я отталкиваю её. Лучше пусть линяет отсюда. Для своего же блага.
– Пошла вон. Уйди с глаз.
– Что? – шипит она. – Не можешь теперь в глаза смотреть?
– Свали отсюда.
Уж не знаю, какая сверхъестественная сила заставляет принцессу покинуть кабинет, но она наконец-то перестаёт бренчать над ухом и сваливает. Провожаю её окончательно поплывшим взглядом, а потом сам не замечаю, как отключаюсь.
Просыпаюсь я в своей постели рядом с Норой. Она сидит и смотрит на меня, а я просто разваливаюсь, хотя поспал явно больше, чем она. Похмелье адское. Голова готова расколоться на триллион осколков, во рту сушит, но самое ужасное, что я не помню и половины произошедшего после того, как зашёл вчера вечером в кабинет.
Зато шея принцессы помнит. Всё не настолько страшно, как могло бы быть, но сам факт того, что я снова душил её, пугает. А если бы я не остановился?!
Советую Норе всегда носить при себе шприц с усыпляющим препаратом быстрого действия, затем направляюсь в душ. Хочу побыть один и подумать о том, как быть дальше. Столько дерьма разом навалилось, что некогда думать ни об усопших, ни о состоянии Эда. Но я думаю. Думаю и мысленно корчусь в мучительной агонии. Видимо, я так много грешил, что ад пришёл за мной сам, не дожидаясь, когда я провалюсь в него.
– Ты правда убил вчера кого-то? – доносится сзади.
Я и не слышал, что Нора шла за мной, настолько потерялся в мыслях.
– Да, – отвечаю на автомате и продолжаю путь.
– Поэтому ты такой бешеный сейчас? Дерек, ты не должен убивать каждого, кто нелестно обо мне отзывается.
Останавливаюсь как вкопанный, затем медленно поворачиваюсь. Мне всё ещё кажется, что я ослышался.
– Повтори.
– Не нужно стрелять людям в голову, только потому…
– Потому что моя жена подложила мне свинью? Это ты хотела сказать? Ты что, до сих пор не врубаешься?! – ору, заставляя Нору зажмуриться. Кажется, я первый раз действительно повысил на неё голос. – Тебе прекрасно объяснили правила. Но ты же у нас особенная! Я оберегал тебя от всех и от всего. В ущерб себе. Видимо, зря. Начинаю припоминать, почему слетел ночью с катушек. Пора преподать тебе урок. На этот раз по-настоящему.
– Дерек, успокойся, пожалуйста, – шепчет она, и меня срывает окончательно.
Выговариваю ей жёстко, напоминаю о том, что правила касаются всех, и обещаю устроить ей персональный ад. Она пятится, но я хватаю её за запястья, не давая сдвинуться с места, и продолжаю поливать дерьмом, которое жрал из раза в раз. С её подачи. А теперь я вынужден убивать людей из-за её непослушания. Нора уже не первый и не второй раз подрывает мою репутацию. Припоминаю ей также и про совет Боссов, на который она вломилась и опозорила меня перед всеми. Любой другой на моём месте избил бы её до полусмерти на глазах у всех, но я – влюблённый идиот – отпустил её, а после заткнул каждого, кто попытался меня высмеять.