Грешник
Шрифт:
Сара закончила книгу в прошлом месяце и дала ее своему новому агенту, которая, в свою очередь, отправила ее четырем выбранным издателям и дала им ограниченный период времени, чтобы принять решение. Один из них забраковал книгу, от чего Сара погрузилась в депрессию, из которой даже Райан не смог помочь ей выбраться. Через несколько дней, однако, остальные три издателя сделали ей предложение — а это гораздо предполагало больше денег, чем Сара заработала на всей серии предыдущих книг. Когда восторг спал, Сара задалась мучительным выбором: какое издательство будет правильным решением для ее карьеры, и какое из трех предложений было самым лучшим? Райан узнал, что контракт —
Радуясь за нее и гордясь ею, Райан не мог остановить ее смешной монолог, кроме как длинным медленным, знойным поцелуем.
— О, хорошо, — выдохнула она.
Когда она попыталась поцеловать его снова, он сказал: — Нет, это все, что ты получишь, пока не закончишь рассказывать мне, что случилось.
— Хммм. Где я остановилась? О, я знаю!
Он был так рад, что талант Сары был, наконец, вознагражден. Рад, что ее риск и ее трудолюбие окупились. И никто не знал лучше, чем Райан, как она работала. Она едва прикасалась к нему в течение последних недель работы. Сгорбившись над клавиатурой в течение дня, она падала в постель ночью и спала, как убитая, не обращая внимания на ее тоскующего любимого мужчину, который лежал рядом с ней. Днем, в тех редких случаях, когда Райан мог оторвать ее от стола, она ни на чем не могла сосредоточиться.
Он вздохнул с облегчением, когда она разбудила его поздно ночью, объявила, что книга была закончена, и они провели следующие два часа, занимаясь сексом, который был самым умопомрачительным за весь период их отношений. Потом она проспала в течение десяти часов и, наконец, проснулась в хорошем настроении, снова проявив интерес к реальной жизни.
— Тогда этот редактор сказал, что он не сможет заплатить больше, чем сто тысяч, так что мой агент сказала ему, что он отпадает, — Сара говорила, практически подпрыгивая от возбуждения. — Она сказала, что он выглядел расстроенным, Райан.
— Конечно, он был расстроен. Это невероятная книга. — Он толкнул ее. — Теперь, когда ты, наконец, позволила мне прочитать ее, я точно могу сказать это.
— Эй, я дала тебе распечатку на следующий день после того, как все было закончено. Ты был самым первым человеком, который прочитал ее. Даже мой агент ждала дольше, чем ты. — Она толкнула его в ответ. — Когда ты спишь с писателем, то получаешь льготы.
— Я зарабатываю их.
Она усмехнулась. — Да, точно.
Сара закончила рассказ о том, как был заключен контракт с лучшим издателем. — Когда с деталями было покончено, редактор позвонил мне, чтобы мы, наконец, познакомились. Это был разговор о моем будущем, о планах на эту книгу, об изменениях, которые он хотел бы видеть.
— Какие изменения? — он спросил. — Там все хорошо, не нужно ничего менять.
— О, есть несколько вещей. Незначительных. Там есть сцена, которую, он думает, я должна добавить, и место, где, на его взгляд, я должна изменить порядок нескольких сцен. — Сара добавила: Мне он понравился: полон энтузиазма, расхваливал меня. Его критические замечания были конкретными и конструктивными. Это то, что, на мой взгляд, и должен делать хороший редактор. — Она ткнула его в бок. — Это то, что должен делать и хороший муж, так что ты должен делать заметки.
— Мы даже еще не женаты, а мне уже делать пометки?
— О! Был еще один человек, с которым я разговаривала сегодня по
— Что он сказал?
— Ну, он все еще беспокоится, что ты не следуешь его инструкциям до вступления в брак. Я объяснила ему все еще раз. Я снова объяснила, что ты работаешь полный рабочий день, посещаешь занятия два раза в неделю и ездишь в деревню Бернис раз в неделю. Я особенно подчеркнула, что, на самом деле, и я хотела бы видеть тебя и нуждаюсь в твоем внимании, так как выхожу за тебя замуж.
— Подлиза.
— Так или иначе, он продолжил давить на жалость.
— Что?
— Ну «давить на жалость» — жаловаться — ныть.
— Ой. — Он усмехнулся. — Странное выражение.
— Но я сказала ему, что все, что для меня имеет значение это то, что я выхожу за тебя. Делаешь ли ты то, что говорит тебе раввин, волнует только моего отца, которого я готова разочаровать, если желания моего отца будут неудобными для моего жениха.
— Дорогая, если это вызывает столько проблем, я должен просто согласиться на то, что раввин хочет.
— Нет, потому что это не имеет значения для меня. И ты не должен делать это для моего отца, который сам ходит в храм только два раза в год! — Она махнула рукой. — Во всяком случае, это не имеет значения, потому что раввин сдался.
— Он поженит нас? — Когда она кивнула, он сжал ее талию. — Отлично! Когда мы это сделаем?
— Последнее воскресенье следующего месяца.
— Все будет так, как мы и договаривались? Маленькая, скромная церемония, а затем большая вечеринка?
Она вздохнула. — Ну, церемония будет более длинной и сложной, чем хотелось бы. Так хочет мой отец.
Он пожал плечами. — Я не против.
Она сказала: — Ты знаешь, я согласна на священника, если ты хочешь пожениться в церкви.
Он покачал головой. — Все, что имеет значение для меня — это женится на тебе, Сара. Я не был на службе или исповеди уже более десяти лет, и я не думаю, что это отличная идея.
Она коснулась его щеки. — Замечательно.
— Адам будет нервничать по поводу службы, — сказал он, — особенно, когда я сказал ему, что какая-то ее часть будет на иврите. — Мальчик был рад быть шафером Райана на свадьбе, но и беспокоился о том, что сделает что-нибудь неправильно. — Может быть, ты съездишь со мной в Бернис за пару недель до свадьбы, пройдешься с ним по тому, что он должен знать? Я думаю, что это поможет.
— Конечно.
Во время своей последней ночи на улице Адам был избит, ему угрожали смертью члены банды, считавшие это забавным. После того, как он попросил о помощи, Сара и Райан нашли его испуганным и готовым положиться на Райана во всем. Он оставался с Райаном около недели, в течение которой Райан нашел мужество признаться Адаму, почему он не может жить с ним на законных основаниях. Такого рода честность укрепила доверие мальчика, и Адам, наконец, согласился поговорить с Изабель и позволил Райану отвезти его в деревню Бернис. Хотя Адам очень нервничал, но все же согласился попробовать пожить там. Он переехал туда незадолго до того, как Райан переехал в квартиру Сары. Адам смог наладить связь со своим отцом в тюрьме. Райан был рад узнать, что его отцу на самом деле не все равно, что случилось с мальчиком. Адам приспособился к жизни в Бернис и постепенно стал большее походить на нормального ребенка. Райан в обязательном порядке ездил туда один раз в неделю, чтобы провести с ним время.