Грешник
Шрифт:
– Мне разрешили идти домой. Сказали, что такое сейчас сплошь и рядом. Плохая экология, хилые женщины... Рекомендовали больше отдыхать и не волноваться.
Глеб, который внимательно наблюдал за их разговором, понял, что Ларка вдруг не на шутку чего-то испугалась. Игнорируя невестку, она подошла к нему вплотную и, пять схватив за рукав, оттеснила чуть в сторону. Громов выгнул бровь, требуя объяснений, и уже привычным жестом высвободил руку из-под захвата.
– Скажи, что и за Наташкой присматривают!
– Говорю.
Ларка прикрыла
– Спасибо. Вот кому это нужно. Слушай, может быть, мне ее к себе забрать? Хоть как-то приглядывать? Денно и нощно возле нее сидеть не смогу, но хоть так... Кто его знает, ест ли она нормально, гуляет ли? А ведь ей нужно не только о себе думать. Не дай бог, Кир не выкарабкается... у меня хоть что-то от него останется! Внук! Или внучка...
Весь Ларкин монолог Глеб прикидывал, с чего бы та до такой степени озаботилась судьбой Наташи, а под конец все стало ясно и так. Ребенок, рождения которого никто из них не хотел - вдруг стал таким желанным. Громов усмехнулся. Немного цинично. Немного зло.
– Не беспокойся, Лара. О Наташе есть кому позаботиться. Я забрал ее к себе.
– К себе? Как к себе? Ты?
– глаза женщины удивленно расширились.
– Ну, а куда ее нужно было везти? В ту конуру, в которой на неё напали?
– Нет... Нет, конечно, просто...
– Слушай, решать нужно было немедленно. Я забрал ее к себе. О ней позаботятся. Не беспокойся.
– Ну, ты прям супермен, да, Громов?
Глеб опустил отяжелевшие веки, пряча свое раздражение. Ему надоели эти пикировки. Они были абсолютно бессмысленными. Да, он делал скидку на Ларкино горе, которое, это понятно, было на порядок горше. Но, бл*дь, это никак не означало, что он и дальше позволит вытирать об себя ноги!
– Лара...
– по крупицам собирая остатки терпения, протянул Громов, - Наташе нужна была помощь. Ты была не в себе. Кому о ней следовало позаботиться, как считаешь? Или что мне нужно было сделать? Позволить им ее добивать? Может быть, бросить одну, когда у нее открылось кровотечение? Или позволить ей вернуться туда, где ее найдут? И где все напоминает об ужасе, что с ней случился?
Женщина сглотнула и отвела взгляд. Кажется, до нее хоть и с запозданием, но все же начало доходить.
– Извини... Я... была не права.
– Угу...
– Но она тебе, наверное, мешает эээ... твоей обычной жизни... Бабу, и ту не приведешь, - хмыкнула как-то так горько.
– Я в той квартире практически не бываю.
– Тут уж Глеб почти не соврал. Он действительно там не бывал, чего не скажешь о нескольких последних днях, но Л арке об этом знать не обязательно.
– Живу я за городом. Так что все в порядке. Пусть она уж у меня побудет. Ей переезды нелегко даются. А Кирилл и без того таскал ее за собой...
Ларка недоверчиво как-то покосилась на Громова и неуверенно пробормотала:
– Ну, смотри. Не то и я могу за ней приглянуть. Не чужие поди.
Глава 10
Ему потребовался месяц на то,
В свое время девочка отжигала по полной. Кажется, ее коснулись все пороки, свойственные и доступные лишь тем, кого в народе величали «золотой молодежью». Отдельная рана на теле загнивающего общества. Детишки богатеев. Те, которые с детства не знают ни в чем отказа. Путешествия по всему миру, брендовые шмотки, элитные школы... Это так быстро приедается, становится обыденным и пресным, что маленькие засранцы начинают искать для себя более острых ощущений. В пьянках, оргиях, наркоте...
Меньше всего Громов хотел возвращать Карину в это все дерьмо. Да и своими проблемами он ни в коем случае не хотел делиться. Но эта хитрая проныра каким-то образом прознала, что он интересуется смертью Джамирева и не отставала от Глеба несколько дней, пока он не плюнул на все и не спросил прямо о том, что ей известно об этом.
– А тебе зачем?
– поинтересовалась девчонка, вытягивая вперед длинную тощую ногу с алым педикюром. Глеб поморщился. Каримова не собиралась сдаваться и провоцировала его на каждом шагу. Чертова Лолита.
– Личный интерес.
– Серьезно? И в чем же? Каким к тебе боком Рафик?
– Никаким. Но моего родственника обвиняют в том, что именно он толкнул Джамиреву дозу, от которой тот и скопытился.
Карина села на диване, сложив ноги по-турецки. Моргнула и по-детски открыла рот. Маленькая девочка, которая слишком рано стала взрослой...
– Серьезно? У тебя есть родственники? Вот уж не знала.
– У всех есть родственники. Ну, так как, тебе что-нибудь известно о его дилерах?
– Да так... Если очень надо - могу узнать.
– Ну, уж нет. Если не в курсе - не лезь. Твой папенька с меня шкуру спустит, если узнает, что я тебя в это втянул, - предостерег девушку Громов, впрочем, уже понимая, что с таким же успехом он мог приказать ветру не дуть. Карина уже закусила удила. И теперь ее было не остановить.
– Да брось, Глеб! Мне давно следовало вернуться в строй. Встретиться со старыми друзьями...
– С этими уродами? Даже не думай об этом!
– Ну, что ты заладил?! Я уже полностью здорова! Не ты ли мне совсем недавно советовал вернуться к обычной жизни? Сосредоточиться на одногодках и все такое...
– хитро сощурилась девушка.
Глеб тяжело вздохнул. Он! Кто ж еще. Ведь надо было хотя бы попытаться переключить ее внимание с собственной персоны. На кого угодно, лишь бы только она отстала.
– Но не к твоим непутевым друзьям. Понятно? Я предупредил, Карина! Не смей в это лезть, не то...