Грешные мысли

Смит Бобби

Миранда подняла на него глаза, едва сдерживая слезы благодарности.

— Спасибо, — проговорила она.

Брейдену и Миранде пришлось сесть вдвоем на одну лошадь. Брейден уже сел, но тут девушка вдруг тронула его за руку:

— Лейтенант, а что с Джонсоном? Где он? Он может ехать с кем-нибудь на лошади вдвоем, как мы.

Брейден посмотрел на Миранду. Ему ужасно не хотелось говорить ей правду, но деваться было некуда.

— Прости, Тейлор, — проговорил он, — Джонсон умер.

— Когда? — одними губами прошептала она.

— На

следующий день после того, как тебя посадили в карцер.

Миранда молчала. На душе было муторно. Если бы меры были приняты, Джонсона, может быть, еще можно было бы спасти.

Брейдену хотелось утешить девушку, но времени у него на это не было. Миранда села на коня позади Брейдена и через минуту все уже скакали прочь от этого ужасного места.

Брейден задумался, что ему следует делать с Мирандой. Какое будущее ждет ее, Брейден не знал, но твердо помнил одно: эта девушка спасла ему жизнь, и в беде ее он не оставит.

Глава 27

Брейдену хотелось многое сказать Логану, но сейчас было не время. Они все еще находились на вражеской территории, и им нужно было как можно скорее вернуться в Новый Орлеан. Но при самых благоприятных обстоятельствах это произойдет не раньше чем через несколько дней, и, пока они на чужой земле, нужно быть предельно осторожными — любая ошибка чревата смертью.

Весь день Брейден и Логан без устали погоняли лошадей, стараясь уйти от лагеря как можно дальше. Кто знает, может быть, за ними уже идет погоня?

— Как ты нашел меня? — спросил Брейден у Логана, когда они расположились на ночлег.

— Это было нелегко, — ответил тот. — Мне помогал Сэм, и еще один человек, Джим — наш агент в Новом Орлеане. Нам удалось выяснить, кто устроил захват парохода. Это некий Эйдриан Форрестер и его люди.

— Вам удалось их арестовать?

— Удалось, — кивнул Сэм.

— Каким образом?

— Логан выдавал себя за проповедника, — пояснил негр. — У него это выходило так натурально, что ему удалось обвести их всех вокруг пальца.

— Ты переоделся проповедником? — удивился Брейден, хотя знал, что его брат, проводивший сложнейшие операции с неизменным успехом, считается одним из лучших правительственных агентов. Логан еще раз доказал это, вызволив его, Брейдена, из лагеря.

— Форрестер возглавлял сиротский приют в Новом Орлеане, — рассказывал Логан. — Мне нужно было втереться к нему в доверие, и я решил, что лучший способ для этого — прикинуться смиренным проповедником. Служителя Божьего всегда пропустят через любые границы и вряд ли заподозрят в нем шпиона.

— Но как вам все-таки удалось найти доказательства его виновности?

— Я работал в приюте Форрестера, и мне удалось перехватить записку, которую он послал своему подельнику, некоему Натаниэлю Толботту. Они собирались поджечь склад с оружием. Из записки я узнал, на какое время назначена эта операция, — тут мы их всех и взяли.

— Впечатляет! — поцокал языком Брейден. — Ты, Логан,

молодец. Эти люди — соперники неглупые и опасные.

— Я сам удивляюсь, — произнес тот, — как ловко у нас все вышло. А после того, как мы их взяли, я пообещал Толботту замолвить за него словечко перед судом, если он скажет, где тебя держат. Сэм вызвался поехать со мной. Слава Богу, и на этот раз все прошло успешно.

Логан нарочно не стал говорить ни слова об Иден. Он расскажет Брейдену о своем браке позже, наедине.

— Сэм, Логан… — Даннер посмотрел на своих спасителей. — Мы перед вами в неоплатном долгу!

— Я был рад помочь вам, — произнес Логан, посмотрев на брата.

— Только бы нам доехать до города. — Взгляд Даннера затуманился.

— Даст Бог, все обойдется. Чтобы быстрее уйти от опасности, отдыхать, увы, нам придется как можно реже — доедем до города, тогда и передохнем. Но с вами-то что, ребята, случилось? — Логан посмотрел на брата и Даннера. — Как повстанцам удалось захватить этот чертов пароход?

Брейден, вздохнув, рассказал обо всем, не скрывая своей вины.

— Я не мог им позволить завладеть нашим оружием! — закончил он. — Мне удалось развязать себе руки, и я набросился на одного из них. Я было отобрал у него ружье, но тут меня ранили.

Слова Брейдена о том, что его ранили, снова напомнили Логану об Иден. Она была там, перевязала его. Все эти дни Логана не покидали мысли о жене, как ни старался он отогнать их.

— Слава Богу, что ты остался жив, — произнес он.

— Да, слава Богу. Когда меня ранили, меня стала перевязывать какая-то девушка из пассажиров, но южане отогнали ее.

Логан отлично знал, кто эта девушка, но промолчал.

— В лагере я долго болел, — продолжал Брейден, — но за мной присматривал Тейлор. Так что мне, можно сказать, еще повезло.

Брейден покосился на Миранду — хочет ли она, чтобы тот сейчас открыл ее секрет. Сам он больше не видел смысла скрывать, кто она такая, по крайней мере после того, как они будут в городе.

— Тейлор? — тихо прошептал он, словно спрашивая у девушки, можно ли открыть ее секрет.

Миранда понимала, чего хочет лейтенант, но чувствовала себя неуверенно. Она так долго пребывала в мужской ипостаси, что уже сжилась с этой ролью и почти успела забыть, что значит быть женщиной.

— Все в порядке, Тейлор, — прошептал Брейден. — Нас ты можешь не бояться.

Логан уставился на молодого солдата, не понимая, что происходит.

— Дело в том, — начала Миранда, — что я… не совсем тот, за кого себя выдаю.

Все, кроме Брейдена, с удивлением посмотрели на юношу.

— Родители мои умерли, — смущаясь, начала Миранда, — и во всем мире у меня не было никого, кроме брата. Когда он пошел на войну, мне не хотелось оставаться дома. Мне хотелось тоже хоть чем-то помочь нашим… Я остригла волосы, надела мундир и никому не говорила своего настоящего имени. На самом деле меня зовут Миранда.