Грезить в Городе Печалей

Дреннан Катрин

— Боюсь, что не смогу заплатить вам за работу, но, уверяю, вы будете вознаграждены.

— Посол, для меня большая честь оказать вам услугу, и мне не нужно вознаграждения.

Синклер благодарно поклонился, а потом объяснил, что надо сделать.

Он вернулся во дворец и нашел бледного, как полотно, Ратенна, ждущего его в офисе.

— Простите за беспокойство, но я должен предупредить вас о том, что посол не должен так запросто разгуливать по улицам.

— Боюсь, я дал маху, Ратенн?

— Дал маху? Я не понимаю….

— Я просто

пошел прогуляться, — сказал Синклер, — и даже не подумал о том, что Венак получит выговор за это. Он все равно не смог бы меня удержать. Теперь, кажется, приемная полна людей, желающих поговорить и зарегистрироваться. Это все, чем я, по-вашему, должен здесь заниматься?

Ратенн поклонился и молча ушел.

Под вечер Синклер вернулся в свою квартиру и сразу прошел в спальню. Слабый запах озона подсказал ему, что Инесвал был здесь и уже все сделал. Минбарец первоклассно выполнил свою работу. Механизм кровати будет теперь постоянно находиться в горизонтальном положении.

По крайней мере, подумал Синклер, он сможет толком выспаться этой ночью.

Глава 4,

в которой Синклер знакомится с Уильямом Коулом, а потом решает подать в отставку

— Оставаться в строю! Держать линию! Никто не должен прорваться, никто!

— Альфа-лидер! У тебя на хвосте минбарец! Я им займусь.

— Нет! Митчелл! Оставаться в строю! Это может быть…

Тень массивного минбарского истребителя скользнула по «Фурии» Синклера.

— О, боже. Это ловушка!

— Митчелл! Уходи! Уходи!

Слишком поздно. «Фурия» за «Фурией» вокруг него разрывались на мелкие кусочки, вспыхивая подобно маленьким солнцам. Все истребители его эскадрильи погибли. Все земные боевые корабли в его поле зрения были уничтожены.

— Ну, уж нет! Только не так! Если мне суждено погибнуть, то я прихвачу вас, ублюдков, с собой. Цель — главный крейсер. Приготовиться к тарану на полной скорости. Форсаж по моей команде… Форсаж!

Синклера вжало в сидение, его истребитель устремился на таран минбарского крейсера. Десять, девять, восемь, семь…

Металлические путы впивались в запястья и лодыжки Синклера. Боль от пытки была почти невыносимой. За пределом света он видел движущиеся призрачные фигуры, похожие на людей, одетые в мантии. Минбарцы.

— Кто вы? — Синклер едва смог произнести эти слова, — зачем вы это делаете?

Из тени выступил Нерун.

— Ты обвиняешься в убийстве тридцати трех минбарских воинов. Ты признаешь себя виновным? Отвечай суду!

— Это была ваша война, — Синклер попытался выкрикнуть это, но опять смог лишь хрипло прошептать, — я защищал мою планету. Защищал жизнь человечества. Это был бой…

— Ты обвиняешься, — загремел Нерун, — в убийстве нашего лидера Дукхата. Ты признаешь себя виновным?

— Когда два наших народа впервые встретились, я даже не присутствовал там. Это было трагическое недоразумение, приведшее к смерти Дукхата. И из-за этого вы пытались уничтожить целую расу

разумных существ!

— А когда ты тайно замышлял убийство нашего нового Избранного, — закричал Нерун, — это тоже было недоразумение? Ты признаешь себя виновным?

— Я не имел к этому никакого отношения!

Нерун обернулся.

— Совет должен вынести свой вердикт.

Из тени выступили другие минбарцы. Он узнал некоторых из них. Дженимер. Ратенн. Деленн.

— Вынесете ему такой же приговор, какой бы вынесли на Земле, — сказал голос, незнакомый Синклеру, — стирание личности.

Синклер больше не был связан. Он стоял в центре круга света. Ратенн подошел к нему, держа Трилюминарий. Камень в его середине вспыхнул. Справа от него было зеркало. Синклер посмотрел в него — и оттуда на него глянул минбарец.

Он повернулся, намереваясь схватить Ратенна и задушить его, если потребуется, чтобы выяснить, что происходит. Но минбарцы исчезли. Все члены его эскадрильи стояли здесь, с укором глядя на него. Билл Митчелл шагнул вперед.

— Почему ты так поступил?

Синклер, задыхаясь, подскочил на кровати, мокрый от пота, с бешено стучащим сердцем. Казалось, прошла вечность, пока сердцебиение и дыхание не вернулись к норме.

Проклятие, подумал он. Сны уже не должны пугать его так сильно. Уже одиннадцать лет он переживал в своих кошмарах Битву на Рубеже. Правда, они изменились за последний год, но ведь это же были просто сны, ведь так? Всего лишь сны?

Первые десять лет в кошмарах преобладала сама битва. События, последовавшие за его попыткой протаранить минбарский крейсер — сорок восемь часов, — которые он не мог вспомнить, появлялись в его снах лишь в виде неясных слепящих вспышек света, тени и звука, образов, которых он, проснувшись, не мог вспомнить полностью.

Потом на Вавилон 5 прилетели двое людей, возможно, они были агентами его собственного правительства, или другой подобной независимой организации со связями в правительстве. Он так и не сумел выяснить, какой именно. Они пытались доказать, что его амнезия просто притворство, и что в действительности он сотрудничал с минбарцами. Они присоединили к нему машину, которая вызвала из его подсознания пропавшие сорок восемь часов: воспоминания о захвате, пытках, допросе и мыслесканировании, которым он подвергся в руках минбарцев. Эти воспоминания впоследствии присоединились к его повторяющимся кошмарам, постепенно сравнявшись по яркости со снами о самой Битве.

Когда он был отозван с Вавилона 5 на Землю и прибыл в офис президента Кларка, то встретился с Ратенном и получил предложение стать послом на Минбаре. Ратенн продемонстрировал Трилюминарий и сказал, что это поможет ему восстановить воспоминания о тех сорока восьми часах. Хрупкое инопланетное устройство, казалось, подтверждало слова Ратенна о том, что минбарцы сдались накануне победы, потому что открыли, что некоторые люди обладают душой минбарцев. И он, Джеффри Синклер, имеет минбарскую душу.