Грезы андроида

Скальци Джон

– Бен, мы должны забрать ее к себе, – сказал Хеффер. – Хотя бы ради ее собственной безопасности.

– Это не так просто, – сказал Джавна. – Рискуя показаться мелодраматичным, осмелюсь заметить, что заявить женщине в течение одного вечера, что она частично овца, что ее жизнь в опасности и что правительство нуждается в ней для поддержания межпланетного мира – значит взвалить на нее слишком много.

– У нас нет других вариантов, Бен, – сказал Хеффер. – Ты сам так сказал.

– Ладно, – сказал Джавна. – Попрошу его привести

ее.

– Он справится? – спросил Хеффер.

Джавна рассмеялся.

– Сэр, этот парень зарабатывает на жизнь, сообщая скверные новости, – сказал он. – Верьте мне, лучше него с этим делом не справится никто.

* * * * *

– Я должен кое-что вам сказать, – сообщил Крик Робин, когда они шли через «Арлингтон Молл».

– Надеюсь, не про шмотки? – уточнила Робин, бросая быстрый взгляд на свою одежду. – Сама знаю, они слегка потрепанные, но зато удобные. Владельцы, магазинов, кстати, не то чтобы катаются, как сыр в масле.

– Я не обратил внимания на ваши шмотки, – сказал Крик. Сам он был в куртке, футболке и джинсах.

– Даже не знаю, как это воспринимать, – сказала Робин. – Значит ли это, что и на меня вы внимания не обратили? Если так, то свидание уже пошло не так, как я надеялся.

Крик улыбнулся.

– На вас я внимание обратил. Честное слово.

– Хороший ответ, – сказала Робин. – Чем вы занимаетесь, Гарри?

– Я работаю на Министерство Иностранных Дел, – сказал Крик. – Я посредник в делах ксеносапиенсов.

Робин обдумала этот титул.

– Вы помогаете нечеловеческим разумам? Звучит так, будто вы либо бог, либо жиголо. Что может быть или очень интересно, или крайне отвратительно.

– Я ни тот, ни другой, – сказал Крик. – Я хожу по инопланетным посольствам и сообщаю тамошним обитателям дурные новости.

Робин сморщилась.

– Стремная работенка, – сказала она.

– Требует определенного настроя, – согласился Крик.

– Значит, у вас и для меня есть дурные новости? – спросила Робин.

– Ну.., – начал Крик.

– Смотрите! Пришли, – сказала Робин, указывая на прозрачный куб тридцатипятифутовой высоты в атриуме «Арлингтон Молл».

Крик присмотрелся и разглядел внутри куба четырех человек, которые буквально отскакивали от стенок.

– Что это такое? – спросил он.

– Это «Стенобол», – сказала Робин. – Мы тут из-за него.

– Стенобол? – переспросил Крик. – Я играл в него в третьем классе. Вы бросаете теннисный мячик о стенку, а когда он отскакивает – ловите его. Если вы его упускаете, надо успеть добежать до стены, прежде чем кто-то бросит в нее мяч. Вот это называется стенобол.

– Ну, две вещи скажу, – ответила Робин. – Во-первых, игра называется «суицид», а не "стенобол", и считать иначе – извращение и глупость. Во-вторых, обратите внимание на вывеску вон там. На ней написано «Стенобол» с маленькими буковками тэ-эм

в конце, и я уверена, что любой ребенок, решивший сыграть в «суицид», называя его при этом «стеноболом», рискует стать ответчиком по делу о нарушении копирайта.

– По-моему, это как-то слишком уж круто, – сказал Крик.

– Вы же знаете детей, – сказала Робин. – Если их вовремя не приструнить, сразу наглеют. Пойдемте, очередь короткая. Ждать недолго.

Пока они ждали, Робин объяснила суть игры. Отчасти она напоминала баскетбол: требовалось забросить мяч в кольцо, чтобы получить очки. Закавыка была в том, что кольцо висело на девятиметровой высоте, и шансы попасть в него с пола были исчезающе малы. Поэтому игрокам приходилось буквально лезть на стенку с помощью специальных кроссовок с усилителями кинетического движения в подметках. Когда Робин рассказывала об этом, Крик увидел, как один из игроков прыгнул на стену, впечатавшись в нее всей стопой, а затем сильным толчком отправил себя на соседнюю. Долетев до нее, он снова взбрыгнул, приземлился рядом с кольцом, всадил мяч в корзину, сделал сальто и полетел вниз спиной вперед. Пол прогнулся под его весом и подбросил в воздух; игрок принял вертикальное положение и приземлился на ноги.

– Вот почему там никто не убивается до смерти, – объяснила Робин. – Покрытие чувствительно к скорости и гасит удары. И поэтому же надо отталкиваться от стен, чтобы скорость набрать.

– Изучали вопрос? – спросил Крик.

– Еще бы, – сказала Робин. – Парень, который только что забросил мяч, раньше играл с «Террапинами». Ребята, которые придумали игру, ездят по штатам с отставными профессиональными игроками и предлагают людям сыграть с ними два на два. Они хотят наработать популярность, чтобы запустить в следующем году профессиональную лигу.

Один из игроков с шумом врезался в стену, мяч, оказавшийся между ним и стеклом, улетел куда-то вбок. Он рухнул на пол, корчась от боли.

– Кажется, этот не из звезд Мэриленда, – сказал Крик. Другой игрок поймал мяч и запрыгал по стенам в сторону кольца.

– Смотреть, как гробятся любители – половина удовольствия, – сказала Робин.

– Вы забыли, что мы как раз любители, – заметил Крик.

– Смотрите на это так, – сказала Робин. – Хуже, чем у этого парня, у нас при всем старании не получится.

Двое мужчин, стоявших перед Криком и Робин, отошли от стойки. Крик и Робин шагнули вперед и оказались перед билетером.

– Добро пожаловать в «Стенобол», самый увлекательный новый вид спорта в мире! Меня зовут Чет.

Несмотря на то, что Чет находился в авангарде самого увлекательного нового вида спорта в мире, голос его звучал подозрительно скучно.

– Желаете ли вы сразиться с лучшими профессиональными игроками в формате «двое на двое»? – спросил он так же монотонно.

– Неужели те парни и вправду лучшие в мире профессиональные игроки? – спросила Робин.